«Нищие не выбирают», — напомнил он себе. Лозунг не очень вдохновляющий.
* * *
Орландо показалось, что он видит Фредерикс вдалеке, бронзовые, отполированные доспехи — собственные доспехи Орландо — поблескивали в лучах солнца. Ветер крепчал. Вздымались клубы пыли и проносились мимо, Орландо вдавливал пятки в бока и почти лежал на напряженной шее коня. Та ясность видения, что появилась утром, начала угасать, взамен пришла настойчивость в достижении поставленной задачи. Временами он чувствовал возвращение лихорадки, и тогда вокруг начинали звучать голоса.
Здесь, вблизи битвы, народу было больше, чем в долине, но почти никто не пытался остановить его. Некоторые принимали Орландо за человека, чьи доспехи были на нем, но он не обращал внимания на их приветствия. Некоторые пытались преградить ему путь, и свои, и чужие, но он объезжал их, потому что не хотел тратить время на бессмысленный бой. Когда его вынуждали, он легко отбивался, благодаря скорости и длинному копью. Если он и убил парочку-другую троянцев, то лишь случайно, походя. Большинство выживших, которые спешили выйти с поля боя или остались там, когда бой отодвинулся дальше к крепости, не испытывали желания сразиться с одиноким всадником в золотых доспехах. Они старались уйти с его дороги.
Орландо это было знакомо. Когда Таргор участвовал в крупных битвах при Годзор Риме и в пенталийских болотах, благодаря его славе только известные герои да начинающие самоубийцы, надеющиеся сделать себе репутацию, решались сразиться с ним открыто, один на один. Странно, что он вспомнил о тех войнах сейчас, когда почти перестал чувствовать свое тело. В Срединной стране его переполнял адреналин, Орландо рычал от удовольствия — настоящее божество войны, — он рубил головы десятками, оставляя за собой искалеченные тела. Он вступал в бой с двумя, тремя, даже четырьмя противниками одновременно просто ради славы. А сейчас он хотел одного: выжить, чтобы исполнить одно единственное дело.
Гардинер приближался к центру битвы, которая перемешалась по полю, как живой организм, постепенно приближаясь к могучим стенам Трои. Орландо натянул поводья, объезжая раненого, и тут что-то ярко блеснуло среди толпы сражающихся, тот человек летел к стенам Трои, словно нес важное донесение в город. Это была Фредерикс, он был уверен — блеск шел от фигуры, скрючившейся позади возничего, — но было неясно, что же происходит. Ближайшие колесницы троянцев бросились за ней в погоню, и еще пара колесниц ехала с другой стороны, чтобы окружить ее, правда все они были еще далеко.
Но что же делает Фредерикс?
Он отчаянно хотел ее догнать, но тут Орландо заметил яму прямо перед собой и вдавил пятки в бока лошади. Колесница Фредерикс вдруг сделала разворот по большому кругу.
«Неужели она не видит, что эти люди гонятся за ней?»
Орландо ударил коня древком копья по крупу, приспустил поводья и ухватился за гриву — они приближались к свободному пространству между атакующими.
Что-то произошло с повозкой Фредерикс. Колесница подскочила, ударилась о землю, снова подскочила, но на этот раз это была лишь ее половина. Секунды три она ехала на одном колесе, и наконец кони и повозка рухнули, продолжая переворачиваться. Одно колесо взлетело и завертелось в воздухе, словно подброшенная монетка перед тем, как упасть орлом или решкой. Теперь обзор закрыли другие колесницы, спешащие на место крушения.
Он выкрикнул имя друга, но лишь несколько голов повернулось в его сторону — битва вступала в завершающую стадию, никто не был в безопасности.. Прямо перед ним появился человек в шлеме. Он так и не заметил Орландо, пока конь не сбил его.
Почти сразу масса дерущихся начала распадаться, и Орландо беспрепятственно понесся по долине. Проезжая мимо первой колесницы, преследующей Фредерикс, Орландо поднял копье, чтобы проткнуть либо возничего, либо его вооруженного седока.
«Нет, не буду, они ведь просто марионетки, — сказал он себе и полетел дальше. — Как надувные игрушки. Не трать силы на злость».
Но он в самом деле разозлился. Тогда, в Срединной стране, его переполняла радость возбуждения, а сейчас он не чувствовал ничего, кроме чистой злости.
Ему хорошо были видны обломки колесницы, до них было метров сто, он похолодел, увидев рядом лежащее в неестественной позе тело, но тут другая фигура выползла из травы и с трудом поднялась на ноги. На ней были доспехи Ахилла. Но не успел он порадоваться, как огромная бронзовая колесница резко затормозила возле фигурки, из повозки выпрыгнул высокий мужчина и затрусил к Фредерикс.
— Стой! — закричал Орландо, но ветер унес его слова в сторону. — Тебе нужен я!
Фредерикс шатало, она даже не пыталась убежать от вооруженного воина. Орландо пришпорил коня, будто лишняя пара метров поможет остановить страшное. Высокий мужчина поднял копье, прыгнул и швырнул его в Фредерикс.
Фредерикс отступила и полетела в канаву, что была у нее за спиной. Копье прошло сквозь то место, где она стояла секунду назад, пролетело еще метров двадцать и воткнулось глубоко в землю.
Подъезжали другие колесницы. Фредерикс стояла на четвереньках в канаве, пытаясь выбраться. Орландо приближался, слившись с конем, но так медленно! Мужчина, промахнувшийся в первый раз, вернулся к повозке за следующим копьем.
Теперь Орландо слышал его голос:
— Боги защитили тебя, Патрокл. У тебя есть копье, испытай свою руку, попробуй, пробьешь ли ты мой щит.
Фредерикс пошевелилась, но не встала. Орландо мог догадаться, что это она, только по своим доспехам, все лицо воина было залито кровью.
— Это я! — завопил Орландо. — Я нужен тебе, ублюдок!
Мужчина повернулся. Увидев густые черные волосы и мощные мускулы, Орландо в первый миг подумал, что он смотрит на себя в симе Таргора.
— Глаукус? — удивился мужчина. — Почему ты кричишь на меня, благородный лисианец? Разве твой дом не связан с моим родством и любовью моего отца Приама?
И тут сердце Орландо сжалось, он понял, с кем имеет дело. За последние два дня он наслушался рассказов про подвиги Гектора и знал, что худшего врага не придумать, но ничего уже нельзя изменить. Гардинер остановил коня и спешился. Земля казалась непривычно неустойчивой, будто он шел по облаку.
«О господи, кажется, я опять без сил»;
Оба героя повернулись лицом друг к другу, между ними была полоска неровной земли, каждый сжимал длинное копье. Остальные колесницы тоже подъехали, но их седоки, видимо, почувствовали важность момента и остановились в стороне, завороженно глядя на происходящее.
— Я не Глаукус — Орландо стянул с головы свой шлем, отчего его золотистые волосы рассыпались по плечам. — Я не позволю тебе убить моего друга.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
