Вот, она произнесла эти слова. Она напряглась, ожидая, что спальня озарится молниями Тарна. Наджир сказала бы, что она втайне именно этого и хочет. В ней поднялось темное облако стыда. Может быть, это действительно так? Но рядом раздался мягкий, успокаивающий голос Ричиуса.
– Дьяна, посмотри на меня.
Она открыла глаза. Он улыбался ей – как обычно, когда она нуждалась в его поддержке.
– Не оплакивай человека, который не погиб, – ласково произнес Ричиус. – Тарн жив, Дьяна. Я в этом уверен.
– Правда?
Порой Ричиус не ошибался в самых безнадежных случаях.
– Да, я это чувствую. Он слишком силен и упрям, чтобы погибнуть в тот момент, когда Нар пытается захватить Люсел-Лор. Поверь мне.
– О, я тебе верю! – выдохнула она. – Верю. – Она проглотила стоявший в горле ком. – Да, ты прав. Конечно, прав. Прости меня. Я дура.
– Ты просто беспокоишься о нем, вот и все. Честно говоря, и я тоже. Но мы скоро получим от него вести – как только он сможет их нам послать. Не тревожься.
Она вымученно улыбнулась.
– Не буду. Но я все равно не ошибаюсь, Ричиус. Наджир сказала мне, будто и другие стали сомневаться в том, что Тарн жив. Если Кронин решит, что Тарн погиб, он может не прийти сюда.
– Он придет, – повторил Ричиус. – Если сможет. Он – человек чести. И, по-моему, он будет думать, что должен это сделать ради меня. Если нарский флот по-прежнему высаживает отряды на побережье, возможно, он просто не сможет нам помочь. Мы здесь слепы, Дьяна. Мы не знаем, что происходит. Возможно, Тарн уже прислал известия в Фалиндар, или лиссцы отбили Черный флот…
– Прекрати! – решительно сказала Дьяна. – Тебе необходимо отдыхать. Может, ты и чувствуешь себя лучше, но ты еще не поправился. Боль вернется.
– Но есть еще лекарство, да? Я могу просто смазать рану новой порцией.
– Да, но это не ускорит заживления. Для этого тебе нужен покой – по крайней мере еще день полежать в постели. Вечером я вернусь, посмотрю, как у тебя дела. Но ты не должен переутомляться. И отложи эту книгу. Постарайся поспать.
– Поспать… – мечтательно протянул он.
Уже в течение нескольких дней он не спал больше часа подряд. Это слово подействовало на него словно заклинание: веки начали слипаться.
И тут в дверях возникла тень Фориса. Дьяна ахнула и разбудила Ричиуса – тот сразу же сел в постели.
– Форис! – воскликнул он.
Дьяна почувствовала, как к ее щекам приливает кровь. Она опустила голову и поздоровалась с военачальником.
– Добро пожаловать домой, лорд Форис.
Он устало ей кивнул. В руках у него был жиктар, покрытый грязью. На рукояти виднелись красные пятна. Глаза у военачальника потухли и потемнели, испачканная одежда свисала с плеч лохмотьями. Одно предплечье было перевязано грязным бинтом, другое пестрело болячками – точно такие же покрывали спину Ричиуса. Форис прошел в комнату, тяжело ступая. Он был так измучен, что казалось, вот-вот упадет. Однако нашел в себе силы криво улыбнуться Ричиусу.
– Как он? – спросил военачальник.
– Он хотел поспать. Ваша жена помогала мне за ним ухаживать.
Форис подошел к кровати и осмотрел раны.
– Где моя жена?
Ричиус выпрямился.
– Дьяна, что он говорит?
– Она в лесу около замка, собирает листья для обожженных, – ответила Дьяна Форису. – Ей очень не терпится снова вас увидеть.
– А мне – ее. – Форис продолжал смотреть на Ричиуса. – Раз он проснулся, скажи этому мальчишке, какой он дурак. Скажи, мне следовало убить его за то, что он пытался меня спасти.
В голосе военачальника не было ничего, кроме добродушия. У Дьяны в глазах запрыгали смешинки.
– Военачальник благодарит тебя, Ричиус, – сказала она. Это было не совсем верно, но она знала: их обоих это не смутит. – Он говорит, ты поступил бесстрашно.
– Я вижу по его глазам, что он сказал совсем не это. Но ты можешь передать ему: не стоит благодарности. Если я правильно помню, он сделал для меня то же самое.
– Мне не нравится цвет его кожи, – заметил Форис. – И почему он такой худой?
– Он не мог есть из-за боли. Не беспокойтесь: я прослежу, чтобы сегодня вечером он поел как следует.
– Да, позаботься о нем. – Форис весело посмотрел на Ричиуса. – Он будет нужен нам, как только поправится. Но не слишком рано, слышишь? Только когда он действительно сможет.
– Спроси его, что происходит, Дьяна, – нетерпеливо попросил Ричиус. – Как дела? Почему он вернулся?
Дьяна усмехнулась.
– У него масса вопросов, милорд.
– Он услышит ответы позже. Я только что вернулся. Я устал и голоден, и я хочу увидеться с женой. – Форис направился к выходу. – Проследи, чтобы он ел. Ему нужно набираться сил.
– Да, милорд.
– Что он сказал, Дьяна?
– Потом, Ричиус. Сейчас спи.
– Но я хочу рассказать ему о моем плане!
– Он только что вернулся, Ричиус. И ему тоже надо отдохнуть.
Словно почувствовав беспокойство раненого, Форис вернулся к кровати.
– Все идет неплохо, Кэлак. И ты не единственный, кого я приехал повидать. У меня семья, Кэлак. Кафиф.
– Кафиф, Ричиус. Помнишь? Он хочет повидаться с семьей.
Ричиус кивнул.
– Кэлаку нужен отдых, – сказал Форис. Со странным выражением лица он указал Дьяне взглядом на дверь. – Выйди со мной в коридор. Я хочу поговорить.
Она замерла.
«Наджир, ты меня уже предала?»
Но нет – Форис еще не виделся с женой. Что ему могло понадобиться? Она пошла к двери, бросив Ричиусу ободряющую улыбку.
– Я приду вечером с едой. Спи.
Ричиус проводил их взглядом.
Только в коридоре Дьяна отважилась снова посмотреть на Фориса. Он пристально смотрел на нее. Устало взмахнув рукой, велел ей идти по коридору. Она старалась идти как можно медленнее – хотела оттянуть время разговора, дабы сообразить, что могло понадобиться от нее военачальнику.
– Как я вижу, ты хорошо заботилась о Кэлаке.
– Я сделала что могла, милорд.
– Хорошо. Тарн этого хотел бы. Наш долг – позаботиться, чтобы с ним ничего не случилось. Это и мой долг, и твой. Ты это знаешь, да?
Дьяна притормозила.
– Конечно.
Военачальник подозрительно сощурился.
– Ты смелая, да? Прекрасно. Тогда скажи мне правду. Я видел вас с Кэлаком вместе. Я видел, как вы друг на друга смотрите. Ты считаешь, что твой муж умер, женщина?
Кошмар. Дьяна едва справилась с собой, чтобы не выказать потрясения.
– Умер, милорд? Почему вы меня об этом спрашиваете?
– Я очень устал, женщина, и мне не до игр. Ты считаешь Тарна погибшим? Говори правду. Я пойму, если ты солжешь.
– Милорд, в чем вы меня обвиняете?
– Не пытайся лгать, чтобы спасти Кэлака, – прямо сказал Форис. – Это не угроза, как тебе могло показаться. Я хочу знать, томишься ли ты по нарцу. Я уже обвинял тебя в этом. Я должен знать, так ли это.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
