Читаем без скачивания Новый дом для Гарри - kbinnz

«Эм, пап… - неожиданно робко сказал Гарри. – А можно мне… ну, ты знаешь… рассказать кому-нибудь?»

Снейп издал многострадальный вздох и внезапно понял, что его рука, по какой-то таинственной причине, до сих пор обнимает мальчика за плечи. Он быстро отдернул руку, при этом сказав: «Насколько мне известно, остальные преподаватели запланировали на завтра определенное… мероприятие. Тебе следует поговорить с главой своего факультета, чтобы на него пригласили и твоих друзей».

Гарри начал подпрыгивать от восторга. «Ух ты! Вечеринка? Для нас? Круто! – мальчик опрометью бросился к двери. – Я скажу Лунатику… то есть, профессору Люпину… что ты любишь те маленькие пряники, которые печет Добби».

«Поттер! Даже не смей…», - начал Снейп. Его репутация не потерпит, чтобы его постыдное пристрастие к выпечке домашнего эльфа было предано огласке.

Однако он не успел закончить свое строгое предупреждение, поскольку Гарри резко развернулся и снова кинулся в его объятия, сбив ошарашенного папу с ног и заставив его плюхнуться на диван. «Спасибо, спасибо, спасибо! – прошептал мальчик. – Ты самый лучший папа на свете!»

После этого мальчик скрылся из виду, выбежав за дверь с такой скоростью, словно за ним гналась орда Пожирателей смерти. Снейп посмотрел ему вслед, чувствуя себя так, словно его только что оглушили Конфундусом. Поттер был вне себя от счастья, нет, экстаза, потому что его усыновил Снейп? Возможно… только возможно… он справился с родительскими обязанностями совсем не так плохо, как он опасался…

Глава 58

Вечеринка в честь усыновления Гарри удалась на славу. Создавалось впечатление, что ее посетили не меньше половины жителей Волшебного мира, а гламурные детали вечера заполнили светскую хронику «Пророка» на несколько дней.

Можно было подумать, что учителя сговорились компенсировать каждый пропущенный день рождения и невоспетое достижение в жизни Гарри и Северуса одним махом. С лица Гарри не сходила ослепительная счастливая улыбка, которая словно освещала весь зал. Всегда приятно, когда специально для тебя устраивают праздник, однако этот вечер был совсем особенным – ведь он был и для его папы тоже, и это помогло Гарри преодолеть свою обычную застенчивость. Подтверждение того факта, что он больше никогда не будет одинок – лучшего повода для праздника и не придумаешь.

К огромному удивлению Снейпа, он сам получил огромное удовольствие от вечера, когда почти все взрослые гости подошли к нему, чтобы поздравить или выразить свое восхищение. Это настолько отличалось от его нормального опыта, что он даже забыл скривить презрительную ухмылку. Правда, некоторые действительно посмели выразить сомнение или обеспокоенность насчет его кандидатуры, но к его огромному шоку рядом с ним тут же оказались разгневанные Блэк и Люпин, посылавшие скептиков куда подальше. Зельевар сумел мужественно выдержать тошнотворную улыбку Дамблдора вкупе с мерцающими глазами и взглядом «Я же говорил». Хотя, возможно, причина была в многочисленных тостах в его честь. Не знай он старого дуралея как облупленного, он бы решил, что древний волшебник ухмыляется.

Как ему ни понравилась вечеринка, Гарри был рад, когда она закончилась, и школьная жизнь пришла в норму. Нет, конечно, другие дети были очень признательны за нежданную возможность посетить званый прием, но сам повод праздника ни для кого не был новостью. Все ученики и так прекрасно знали, что Гарри был снейповским. Усыновление ничего не меняло для этих двоих, так что и другие дети разницы не видели. Гарри радостно вернулся к относительной анонимности, которой он так жаждал, и начал увлеченно строить планы о том, как спровоцировать войну розыгрышей между воронами и пуфиками.

Альбус воспользовался вечеринкой в честь усыновления, чтобы отвести Билла в сторонку поговорить. Как он и ожидал, старший сын Уизли с радостью согласился им помочь. Как и остальные члены его семьи, он очень привязался к Гарри, а его матушка все уши ему прожужжала о том, как Снейп чудесным образом превратил близнецов из злостных хулиганов в начинающих предпринимателей. Как результат, ради них он был готов на что угодно.

Через два дня после вечеринки Билл вернулся в замок, где его с нетерпением ждали его бывший директор и глава факультета. МакГонагалл и Дамблдор снабдили его сильно отредактированной версией событий, и Билл согласился подумать и сообщить свои рекомендации в течение недели. К всеобщему удивлению, в следующий раз он вернулся в Хогвартс уже с готовым разрешением гоблинов войти в хранилище Беллатрикс, а в случае обнаружения в нем темных артефактов, забрать или уничтожить их. Преподаватели, собравшиеся в кабинете директора, уставились на него с открытым ртом.

«Как, во имя Мерлина, вам это удалось, мистер Уизли?» - недоуменно спросила его Минерва.

Билл широко улыбнулся. «Ну, я вроде как заложил своего брата, - в ответ на шокированные взгляды окружающих, он громко рассмеялся. – Перси говорил мне, что он хочет работать с гоблинами после окончания школы, так что я заключил сделку с гоблинами Гринготтса. Я объяснил им, что в хранилище Бэллатрикс Блэк-Лестрандж находится очень опасный предмет, который, говоря по правде, им лучше всего удалить из своего помещения. По условиям сделки, они помогают нам избавиться от предмета, а за это они получат еще одного волшебника Уизли в качестве сотрудника».

«Неужели все и правда так просто, мистер Уизли, - сказал Снейп елейным голосом. – Гоблины отнюдь не славятся способностью идти на уступки».

Билл со смущенным видом прочистил горло. «Ну, не совсем так просто, - неохотно признался он. – Если они пропустят вас в хранилище, то, по условиям сделки, в случае отсутствия искомого артефакта, мы с Перси будем работать на них следующие 20 лет… бесплатно».

Поппи охнула от ужаса. «Ты продал брата в рабство на 20 лет!»

«Только в том случае, если мы ничего не найдем, - сказал Билл с вымученной улыбкой. – Так что давайте надеяться, что вы его найдете. Однако профессор Снейп прав – гоблины всегда стоят на своем. Мне нужен был большой куш, чтобы заинтересовать их, и это то, чего они хотели. Полагаю, что когда Перси заходил ко мне на работу во время каникул, они разглядели в нем потенциал или что-то вроде этого, и они потребовали его. Ведь без их сотрудничества, мы никогда не получим доступ в хранилище, так что мне пришлось пойти на риск. Вы сказали, что это ключ к победе над Сами-знаете-кем, так что это того стоило».

«Ты хотя бы посоветовался с братом и родителями?» - строго спросила Минерва.

Билл отрицательно покачал головой, выражение его лица стало предельно серьезным. «Вы сказали, что чем меньше людей об этом знает, тем лучше, так что я дал Гринготтсу Волшебную клятву. Если это не сработает, то предки наверняка отрекутся от меня, но я вполне уверен в том, что Перси выполнит свою часть моей сделки, даже если он откажется говорить со мной до конца жизни».

«Мистер Уизли! – лицо МакГонагалл посуровело. – Вы совершили огромную глупость!»

«Если вы ошиблись, и Сами-знаете-кто сможет вернуться, то огорчения моей семьи будут наименьшей из ваших забот, профессор, - твердо ответил Билл. – За последние несколько лет я видел много Темных заклятий, у меня нет иллюзий насчет последствий воскрешения Темного лорда».

«Прекрати вести себя как идеалистичная гриффиндорка, Минерва, - огрызнулся Снейп. – Уизли прав. Это вполне разумная ставка».

Наградив слизерница благодарной, хоть и изумленной улыбкой, Билл продолжил: «А теперь хорошая новость – если вы действительно найдете в хранилище что-то принадлежащее Сами-знаете-кому, то не будет никакой рабской работы, просто готовая должность для Перси после окончания школы. Гоблины согласились со мной, что в подобных обстоятельствах, они будут обязаны нам за помощь в предотвращении восхождения Сами-знаете-кого – для них это достойная цена за право войти в хранилище».

«Так гоблины накажут тебя, только если в хранилище не окажется хоркрукса? Но я думал, что гоблины соблюдают нейтралитет в делах волшебников, - возразил Флитвик. – Какое им дело, если это разрешение предотвратит возвращение Сами-знаете-кого?»

«Есть «нейтралитет» и есть «нейтралитет гоблинов», - объяснил Билл. – Они достаточно равнодушны к нашим делам, чтобы не принимать ничью сторону в большинстве случаев, но они прекрасно знают, что война вредна для банковского дела, и они более чем готовы на небольшие уступки, дабы защитить свои интересы и обеспечить благодарность победителей. Не секрет, что Сами-знаете-кто ненавидит все волшебные создания, и гоблины не так наивны, чтобы верить, что они сохранят монополию на британские волшебные банки, если он вернется и установит свой политический режим».

«В данном конкретном случае, было несложно убедить их пропустить нас в хранилище, поскольку владелица – осужденная преступница, которая не обладает юридическими правами для возражений. Более того, поскольку все ныне живущие члены семьи Лестрандж находятся в Азкабане, технически хранилище может считаться собственностью их ближайшего родственника. У братьев Лестрандж нет близкой родни, но Беллатрикс-то была до замужества Блэк, - Билл подмигнул Сириусу. – Кроме того, семьи Лестрандж и Блэк много раз роднились, так что с точки зрения гоблинов, они имеют право сообщить о данном проникновении только главе благородного и древнего рода Блэк, а не заключенным Лестранджам. Когда они сказали это, то я сообщил, что у нас есть личное разрешение главы дома, что позволило им снять с себя всю ответственность и решило дело».