Землянин хмыкнул.
- Не морочьте мне голову! Я ведь отлично понимаю, в чем дело. Цветы из дыма - важная статья экспорта вашей планеты. Не хочется вам терять доход, вот вы и сопротивляетесь. Но все это детские уловки. И потом, можете не беспокоиться - компенсация будет более чем достаточной. Не пожалеете.
- И все же не удастся вам привить на Земле наше древнее искусство. Не будет у вас цветов из дыма.
Космический корабль возвращался на Землю. Представитель мощной финансовой организации, удачно завершивший свою миссию, передал сообщение руководству:
- Все в порядке... Конечно, они упирались, пришлось воздействовать силой... Нет, не беспокойтесь, все легально. С согласия фальфианского правительства.
Он умолчал о том, как удалось получить это согласие: угрозы, чуть ли не ультиматум. Впрочем, фальфианцы, возражая или соглашаясь, оставались абсолютно бесстрастными. Лишь загадочная улыбка мелькала порой на их тонких, красиво очерченных губах. "Чурбаны бесчувственные, - подумал тогда землянин, - ведь увозят их древнее, традиционное, единственное в своем роде искусство. Вместе со всеми хранителями. Навсегда". Но потом, в космопорте, он даже ужаснулся: тысячи фальфианцев пришли проводить свои цветы в последний путь. Оказывается, цветы из дыма, которые земляне считали такими же призрачными, как сам дым, были неотъемлемой частью жизни этой маленькой планеты.
Но вот Фальфа, крохотная горошинка, потонула в космической мгле. Древнее искусство было в руках землян - на борту космолета. Здесь же находился и верховный хранитель - тоненькая, совсем молоденькая девушка с миловидным, ничего не выражающим лицом. На Земле ее, чего доброго, сочтут за слабоумную.
Должность верховного хранителя была выборной и пожизненной. Пять кланов, передававшие это искусство из поколения в поколение, с малолетства обучали детей делать цветы из дыма. Каждый клан выбирал самого одаренного ребенка, и после нескольких лет учебы пятеро юных мастеров держали экзамен перед верховным хранителем. Он и выбирал из них себе преемника.
Говорили, что теперешний верховный хранитель - самый талантливый за последние несколько сот лет.
Землянин сквозь открытую дверь видел девушку. Она играла дымом. Ее нежно очерченное лицо ничего не выражало.
Цветы из дыма...
Странное искусство, порожденное своеобразной цивилизацией на краю Вселенной. Жители Фальфы творили с дымом чудеса. С незапамятных времен они умели придавать ему самые причудливые формы и цвета. Возможно, этому способствовало почти полное отсутствие ветра на их планете.
Вот и сейчас бледная девушка творила чудеса. В ее руках было четырнадцать трубочек с клапанами. Тонкие пальцы бегали по клапанам, как по клавишам музыкального инструмента. Из каждой трубочки поднимался дым семи различных цветов. Верховная хранительница, сама похожая на полупрозрачный ароматный дым курительной палочки, создавала удивительные картины. Ее гибкие, словно без костей, руки парили в воздухе, а над ними плавали лепестки, гирлянды из шариков, нити, облака. Струйки дыма то утолщались, то утончались, колыхались, клубились, волновались. Может быть, это искусство правильнее было бы назвать дымовой живописью или скульптурой, но все же название "цветы из дыма" наиболее полно и поэтично передавало его сущность. Цветы... то, что быстро и причудливо расцветает и живет мгновение... Цветы, зыбкие как мечта. Дым был разным но только по цвету и форме, но и по весу. Более легкий устремлялся вверх, тяжелый стелился понизу. Дым одинакового с воздухом веса расплывался горизонтально, как туман. Девушка замерла на секунду и взглянула, что получилось. Землянин тоже смотрел как зачарованный. Все это казалось ему прекрасным, внезапно ожившим сном... Но девушке что-то не понравилось. Она сделала быстрое, едва уловимое движение рукой. Прекрасная рука качнулась, и вслед за ней колыхнулось сиреневое кольцо, косо висевшее в воздухе. Симметрия чуть-чуть нарушилась, родилось что-то новое, необычайно гармоничное и совершенное. Тонкие нити начали замысловатый танец и соткали настоящий - живой! - цветок. От золотисто-желтого стебля, висевшего в центре, потянулись тонкие, нежно окрашенные веточки. Внизу застыли похожие на каменные глыбы клубы беловатого дыма. Сиреневое кольцо стремительно раскручивалось, образуя бледно-алые бутоны. Они росли, меняли окраску, становились желтыми, голубыми, мелочно-белыми. А над всем этим завивались и развивались то ли тонкие щупальца орхидей, то ли мотки разноцветной шелковистой шерсти...
Землянин смотрел, затаив дыхание, на прекрасный цветок сна, менявший очертания каждое мгновение.
Девушка, застыв как статуя, тоже смотрела на свое произведение.
- Ну как? - спросил Саж, которому выпала честь сопровождать верховную хранительницу на Землю.
- Восхитительно! Мы, земляне, тоже умеем ценить прекрасное. Если эта мисс покажет свое искусство членам различных обществ любителей, воображаю, какая будет сенсация!
Саж печально покачал головой.
- Ничего не выйдет. Цветы из дыма погибнут. Верховная хранительница, покинув Фальфу, ничего не сможет сделать.
- Ерунда! - возразил землянин. - Мы это запечатлеем на пленку - сотня кадров в секунду, - затем весь процесс будет проанализирован электронным мозгом. Так что красота фальфианского искусства будет сохранена для Земли на вечные времена.
Практичный землянин был прав. Как только верховная хранительница прибыла на Землю и продемонстрировала свое мастерство, начался настоящий "дымовой" бум. Землян уже давно привлекало это своеобразное искусство. Повсюду были созданы общества любителей. В специальных клубах читались лекции о создании цветов из дыма. Наладили массовое производство дымовых трубочек и особых пластиковых футляров для хранения цветов - земляне, менее терпеливые и усидчивые, чем фальфианцы, ленились каждый раз заново делать цветы. Появилась масса брошюр и руководств, якобы дававших подробную инструкцию, как обращаться с дымом, а на самом деле написанных кое-как и наспех. Какой-то деляга-изобретатель придумал специальное вспомогательное приспособление, с помощью которого легче было орудовать трубочками: дело в том, что фальфианцы были семипалыми, и у землян "не хватало" пальцев. Но гвоздем программы, разумеется, являлась сама верховная хранительница. Ее пребывание на Земле льстило тщеславным жителям нашей старой планеты. Действительно, разве не обидно - какая-то захолустная Фальфа, и вдруг на ней есть нечто такое неповторимое, чего у нас нет!
Теперь верховная хранительница жила на Земле, и, таким образом, Земля сама стала верховной хранительницей неповторимого древнего искусства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
