Читаем без скачивания Отступление с Земли - Артур Кларк

Приготовления заняли несколько недель, поскольку я не мог слишком часто покидать Англию. На моей небольшой космической яхте дорога от Лондона до острова Термитов занимала не много времени — меньше половины сектора.

Лаборатория была оборудована всем, что, по моим представлениям, могло оказаться полезным, и еще многими вещами, для которых я не видел немедленного применения, но которые могли пригодиться в будущем. Наиболее важным прибором являлся высокочастотный гамма-излучатель, который, как я надеялся, откроет мне все секреты, скрытые от невооруженного глаза за стенами термитника. Возможно, не менее полезным окажется очень чувствительный психометр, используемый при исследовании планет, где предполагается существование нового типа менталитета, не поддающегося определению обычным путем. Прибор способен работать с любой возможной ментальной частотой, а его широкий диапазон воздействия определяет наличие человека на расстоянии в несколько сотен миль. Я не сомневался, что смогу проследить мыслительный процесс термитов, даже если импульсы их абсолютно чуждого интеллекта чрезвычайно слабы.

Поначалу успехи мои были весьма невелики. При помощи излучателя я обследовал ближайшие термитники. Это было завораживающее занятие — следить за снующими по проходам рабочими, таскающими пищу и строительные материалы. Я наблюдал за чудовищно раздувшейся королевой, откладывающей в королевской ячейке бесконечный поток яиц: по одному через каждые несколько секунд, днем и ночью, год за годом. Несмотря на то что центром активности колонии была именно она, сфокусированная на ней стрелка психометра лишь слегка вздрогнула. Одна-единственная клетка моего тела оказала бы большее воздействие на прибор! Чудовищная королева являлась всего лишь безмозглым механизмом, даже менее чем механизмом, поскольку состояла из чистой протоплазмы, и рабочие заботились о ней так же, как мы заботимся о любом приносящем пользу роботе.

По многим причинам я не ожидал, что королева окажется силой, управляющей колонией, но я нигде не мог обнаружить какое-либо создание, какого-нибудь супертермита, который наблюдает и координирует действия остальных. Это не удивило бы ученых Третьей, поскольку они уверены, что термитами руководит исключительно инстинкт. Но мои приборы способны зафиксировать нервный стимул, который является составляющей автоматических рефлекторных действий, и тем не менее ничего не обнаружили. Тогда я усилил мощность до предела и нацепил пару примитивных, но очень удобных наушников.

Так я просидел много часов. Иногда слышались те слабые характерные скрипы, происхождения которых мы никогда не могли объяснить, но большую часть времени единственным звуком оставался шум, напоминающий рокот волн, разбивающихся о некий отдаленный берег, — источником этого шума служила общая масса планетарного интеллекта, влияющая на мои приборы.

Я уже начал приходить в отчаяние, когда произошел один из столь частых в науке инцидентов. Я разбирал аппарат после очередного бесплодного эксперимента и случайно толкнул принимающий контур так, что он указал на землю. К моему удивлению, стрелки начали бешено колебаться. Передвигая контур обычным способом, я обнаружил, что источник возбуждения находится практически прямо подо мной, хотя определить расстояние не представлялось возможным. В наушниках слышалось постоянное гудение, прерываемое редкими всплесками. Это звучало для всего мира как работа некой электрической машины, и никогда ранее не было отмечено, чтобы какой-либо интеллект функционировал с частотой сто тысяч мегамегагерц. К моему немалому раздражению, как вы можете догадаться, я должен был срочно вернуться в Англию, а следовательно, не имел возможности продолжить исследование.

Я смог вернуться на остров Термитов спустя две недели, предварительно произведя тщательный осмотр моей маленькой космической яхты из-за дефектов электросети. Некогда в ее истории, которая, насколько мне известно, была богата событиями, суденышко оснастили лучевыми экранами. Это были, надо сказать, очень хорошие экраны, слишком хорошие для законопослушного корабля.

У меня есть серьезная причина полагать, что на самом деле им не раз приходилось отражать атаки крейсеров Ассамблеи. Я не получаю большого удовольствия от проверки комплекса автоматических релейных цепей, но наконец это было сделано, и я на предельной скорости устремился к Тихому океану, передвигаясь так быстро, что моя реактивная струя превратилась в один непрекращающийся взрыв. К несчастью, скоро я вновь должен был снизить скорость, поскольку обнаружил, что перестал функционировать настроенный на остров направляющий луч. Я предположил, что перегорел предохранитель, и далее вынужден был производить ориентирование и навигацию обычным путем.

Инцидент привел меня в раздражение, но не встревожил, и наконец я стал снижаться над островом Термитов, не предчувствуя опасности.

Я приземлился внутри рва и подошел к двери лаборатории. Но едва я произнес пароль, металлический замок открылся и из комнаты вырвалась ужасающая струя газов. Я был настолько ошеломлен произошедшим, что только спустя некоторое время настолько овладел собой, чтобы понять, что случилось.

Несколько опомнившись, я узнал запах синильной кислоты, которая немедленно убивает человека, но на нас воздействует только спустя продолжительное время.

Вероятно, что-то произошло в лаборатории, подумал я, но тут же вспомнил, что для появления такого объема газа там было недостаточно химикатов. Да и что могло спровоцировать подобный инцидент?

Когда я заглянул в саму лабораторию, то испытал второе потрясение.

Помещение лежало в руинах, ни один прибор не уцелел, невозможно было даже определить, какому из них принадлежал тот или иной фрагмент. Вскоре удалось определить причину катастрофы: силовая установка, мой маленький атомный реактор, взорвался. Но почему? Атомные реакторы не взрываются без достаточно серьезных причин; если это случилось, то дело плохо. Я внимательно осмотрел комнату и немедленно обнаружил огромное количество маленьких дырочек в полу, подобных тем, что делают термиты, когда передвигаются с места на место. Мои подозрения, какими бы невероятными они ни были, начали подтверждаться. Я мог допустить, что насекомые наполнили мою комнату отравляющим газом, но представить, что они сумели расправиться с атомным реактором, — это уж слишком! Желая окончательно разобраться в происходящем, я принялся за поиски обломков генератора и, к своему изумлению, обнаружил, что синхронизирующие кольца замкнуты. На остатках осмиевого тороида все еще сохранялись прилипшие челюсти термитов, пожертвовавших жизнью в стремлении испортить реактор…

Я долго сидел в корабле, обдумывая этот выходящий за рамки обычного факт. Очевидно, катастрофа спровоцирована интеллектом, который я на мгновение обнаружил во время последнего визита. Если это правитель термитов — а кто еще это мог быть? — то каким образом он овладел знаниями об атомном реакторе и выяснил единственный способ, которым его можно было вывести из строя? По каким-то причинам — возможно, потому, что я слишком глубоко проник в его секрет, — он решил уничтожить меня и мою работу. Первая попытка оказалась неудачной, но он может предпринять еще одну, с лучшими результатами, хотя я не представлял, как он умудрится повредить мне за крепкими стенами моей яхты.

Психометр и излучатель были уничтожены, но я не собирался так легко сдаваться и начал охоту при помощи корабельного излучателя, который, хотя не предназначался для работы подобного рода, мог неплохо с ней справляться. Так как я лишился основного психометра, прошло некоторое время, прежде чем я обнаружил то, что искал. Мне необходимо было при помощи приборов тщательно осмотреть огромные участки земли, пласт за пластом. Внимательно исследуя все подозрительные объекты, на глубине около двух сотен футов я заметил темную, слабо светящуюся массу, сильно смахивавшую на огромный валун. С более близкого расстояния я, к великой радости, понял, что это вовсе не валун, а правильная металлическая сфера, около двадцати футов в диаметре. Мои поиски завершились! Когда я послал луч сквозь металл, возник слабый, затухающий образ, а затем на экране появилось логово супертермита.

Я ожидал, что обнаружу некое фантастическое создание, возможно, огромный голый мозг на рудиментарных ножках, но с первого взгляда понял, что в сфере не было ничего живого. От стены до стены этого огражденного металлом пространства располагалось скопление крохотных и невероятно сложных механизмов, и все они щелкали и гудели почти со скоростью света. По сравнению с этим чудом электронной инженерии наши огромные излучатели должны были показаться изделиями детей или дикарей. Я увидел мириады крохотных электронных цепей, периодически вспыхивавших направляющих клапанов и странных очертаний толкателей клапанов, снующих среди движущегося лабиринта приборов, абсолютно не похожих ни на что когда-либо созданное нами.