виду, но схватили только воздух. Пыль столбом, и никого нет. Ни жертвы, ни призрачного водилы, взявшегося ниоткуда.
Долонтер громко смеялся, уезжая прочь с переулка, где его настигли прихвостни Большого Дядьки, которому он был должен денег. А прихвостням осталось лишь кашлять и материться, насколько хватало словарного запаса.
Долонтер и Старик, тем временем, выехали на ночную магистраль, где уже яркими неоновыми огнями зажглись фонари. Старик щёлкал сенсорную панель на мото-машине, вбивая координаты и меняя маршрут следования. Мото-машина синхронизировалась с остальными участниками движения на магистрали и заняла свое место, плавно перемещаясь по дороге.
– Ты, это,…чувак, – осторожно начал водитель. – Я, конечно, не знаю, во что ты там вляпался, но, будь любезен, кончай со всеми этими долгами.
Теплый воздух бил в лицо, развивал густые чуть отросшие волосы Долонтера, и он почему-то улыбался во все тридцать два, которые чудом остались целы во время сегодняшней неприятной встречи.
– Спасибо, что выручил, Старик! – Уклончиво ответил парень. – Но как ты узнал, где я?
– Твоя мама сказала, что ты в магазин ушёл. – Очень логично. – Однако, я заметил, что ты оставил свою стекляшку, кейс-карту, на полке. Чем бы ты расплачивался в магазине? Хорошо, что твоя мама не очень внимательная.
Дальше ехали в молчании две минуты. Мото-машина двигалась ровно, еле слышно рыкая на поворотах. Было уже довольно-таки поздно, поэтому других транспортных средств было мало.
– Дол, я, конечно, на мели, но, может быть, всё же удастся наскрести на сумму, что ты…
– Даже не думай! – Отрезал тот. – Я не разрешу тебе расхлёбывать мои проблемы. Сам справлюсь. Кроме того, на работе скоро повышение дадут. А где повышение, там и прибавка.
– Ну, как знаешь, – как-то грустно выдохнул Старик и направил мото-машину с магистрали на узенькую улочку. Потом внезапно изменил тон на задорный: – Вас до блока или тут высадить?
– Да уж до блока. – Не раздумывая заявил пассажир. Уж если пользоваться помощью, то по полной программе.
Транспорт затормозил около красивого капсульного дома со стеклянными дверьми. Старик подъехал туда, где виднелась табличка «№4».
– Ещё раз спасибо, что спас, – вновь поблагодарил Долонтер, слезая с мото-машины. – Обещаю, скоро я во всем разберусь. И обещаю больше в долги не влезать! А тем более не связываться с этим мелким предателем Большим Ди!
– Очень похвально, – кивнул головой Старик, щёлкая сенсорные кнопки.
Парень отсалютовал и направился к своему блоку. Дома ждали бесконечные упреки от мамы о том, что её сын ходит неизвестно где по ночам, неизвестно с кем и возвращается каждый раз с новыми синяками. Прекрасный матч-реванш между уставшей от жизненных забот матери-одиночки и её девятнадцатилетнего сорви-головы-сынка. «В левом углу» неоспоримые аргументы: «я же одна тебя воспитываю, представь, как мне трудно, а ты хоть бы помог!». Или «ты же такой взрослый, пора бы уже подумать о серьёзных вещах» и тому подобное. А «в правом углу» причитания не до конца выросшего подростка «ну, мам, я же и так устроился на работу, что ещё надо, а те негодяи котенка чуть не придушили…». Да, под котенком он, наверное, имел ввиду себя.
Так и разошлись – мама в свою спальню, оплакивать дорогу, на которой она не там свернула, а сын в свою, думать, где же он возьмет деньги для Большого Дядьки.
На следующий день поступил звонок от Старика. Долонтер закатил глаза и пикнул зелёный кружок на кейс-карте:
– Только вот не надо интересоваться как я тут и всё такое. У меня всё в порядке, кстати, спасибо, что разбудил, а то бы я проспал учебу.
– Какая учеба, Дол, суббота, – констатировали на той стороне связи.
Старик привык звонить без голограммы, и Долонтер решил свою тоже не включать. Да и не к чему показываться Старику на глаза таким лохматым спросонья.
– Нет-нет, о чём ты говоришь, я точно помню, суббота была позавчера, а сегодня понедельник и у меня две биофизики подряд, я что, зря модульную работу писал?
Старик не выдержал и захохотал.
– Ты заработался, Дол? А может, тебе вчера что отбили? Раз у тебя понедельник, тогда после твоей биофизики, я жду тебя в баре. Разговор есть.
– Ох, нет, опять про жизнь говорить будем? – Долонтер недовольно фыркнул, встал с постели и направился на кухню. – Я, между прочим, тебя ещё за подставу не поблагодарил. Знаешь, что мне вчера выслушивать пришлось?
– Сам виноват, парень. Поделом тебе. Стоит ли разводить антимонию насчёт того, что она – твоя мама, волнуется и бла-бла-бла?
– Нет уж, спасибо! – Отрезал Долонтер. Он уже дал команду кофе-машине и намазывал на тосты джем.
– Значит, договорились, в два часа, как обычно.
– Да с какого перепугу мне тащиться на твоё рандеву? Может, у меня планы были, – попытался отвертеться парниша, но, видимо, не его день был сегодня.
– Какие? Ты думал, что сегодня понедельник. Снова пойти в Гейм-Клуб и попытаться выиграть пару грошей, чтобы расплатиться с однокурсником? – Тон Старика за секунду сделался очень строгим, Долонтер даже перепугался, не всерьёз ли собеседник разозлился. – А потом проиграть всё, что осталось и остаток жизни по помойкам лазить или ещё что похуже?
– Ну, есть ещё бардели…
– Ты совсем сдурел, парень. – Устало вздохнул Старик. – Пора уже взрослым стать. Сказал, что разговор важный, значит, важный, и ты явишься. До встречи!
И кейс-карта обидно пикнула, оповещая о конце разговора.
Не то он испугался разгневавшегося Старика, не то потому, что уже второй раз за сутки услышал в свой адрес фразу «пора повзрослеть и заняться чем-то серьёзным», но после завтрака Долонтер всё же решился пойти на встречу с приятелем. Если сегодня и правда суббота, а не понедельник, то до работы должно быть ещё около четырёх свободных часов, так что половину из них вполне можно было бы потратить на Старика. Тем более, что последнее время они все реже и реже стали видеться. Может, это из-за того, что Долонтер рос с каждым годом, и у него появлялись свои заботы и проблемы? А может, он просто стеснялся своего образа жизни, благодаря которому должен был играть в Гейм-Клубах на ставках. Или не должен был? Может это просто уже вошло в привычку? А может он правда нуждался в помощи? А может просто устал от этого бешенного ритма учёба-работа-ставки-долги…
Так или иначе, он приехал к бару со смешным названием «Потёкшая карамель», куда с детства ходили все, кого он знал. У входа Долонтер приложил к считывающему устройству свою кейс-карту. Тут же слева голограммой высветилась его фотография, имя и сумма счета. Сумма была настолько мала, что компьютер не сразу одобрил вход. Однако, двери разблокировались, и Долонтер вошел внутрь помещения. Старик уже сидел за одним из столиков в углу и потягивал какой-то безалкогольный коктейль.
– Ууу, – протянул Долонтер, подсаживаясь, – я уж и не помню, когда
