примерно одно и то же. Например, упоминают её доброе сердце. «Огромное сердце в крошечном тельце, – подытоживает её подруга Ева Аттлинг. – Она выглядит хрупкой, но это Человек с большой буквы».
– Мне всегда казалось, что в ней куда больше энергии, чем в ком бы то ни было в группе, – вспоминает Лотта Скуг, подруга Мари и гражданская супруга Пелле Альсинга – ударника Roxette и собственной группы Мари. – До болезни она была самой энергичной из всех нас. В общем-то, она и сейчас способна задать жару – ну, если принять во внимание её проблемы. Подумать только, у неё на всё хватает сил, она не сдаётся и продолжает работать. Это просто потрясающе!
– Пожалуй, она самый щедрый и отважный человек, которого я когда-либо встречала, – заявляет Марика Эрландссон – одна из тех подруг, что были рядом с Мари в трудную минуту. Марика – гражданская жена Кларенса Эвермана – продюсера и клавишника Roxette с момента создания группы.
Марика подтверждает и моё собственное наблюдение: «Даже когда ситуация казалась безвыходной, в Мари не было ни зависти, ни горечи. Она всегда радовалась за других. В этом её уникальность».
– Она не просто прекрасный друг: примерно с середины 1980-х я считаю её настоящим образцом для подражания, – говорит Оса Гессле[4]. – Мы общались и путешествовали вместе ещё до создания Roxette. У Пера, Мари и Лассе Линдбома был хобби-проект «Exciting Cheeses», и тогда мы выступали за донаты. Все полученные от публики деньги я складывала в сумку. Нам было так весело! Я лично видела, как Мари благодаря сильному желанию и упорству смогла достичь таких высот. Она из простой семьи и сначала была ужасно застенчива. Но внутренняя сила и удивительный голос превратили её в звезду мирового уровня. Люди во всех уголках Земного шара вряд ли могут остаться к ней равнодушными. Мари всегда верила в себя, и ей удалось добиться чего-то невероятного. Поэтому-то она и служит для меня источником вдохновения.
Об энергии Мари говорят и другие. Режиссёр Юнас Окерлунд – создатель нескольких клипов Roxette и документального фильма «Den ständiga resan»[5], посвящённого Мари, говорит:
– Её всегда отличала потрясающая энергия, причём не только в том, что касалось работы. Вот уж настоящая рокерша: она пила пиво и частенько зависала в баре, когда заканчивался рабочий день. С ней никто не скучал. И при этом она была невероятно креативна и полностью отдавала себя музыке. Я встречал много суперзвёзд, но Мари и Пер выделяются на их фоне. Они не такие, как все: похожи на простых людей, в них даже есть какая-то безропотность. Думаю, всё дело в том, что они оба провинциалы.
Описать музыкальный талант Мари можно примерно так:
– Она наделена невероятной силой, – поясняет Томас Юханссон, председатель совета директоров компании «Live Nation», друг и коллега Мари. – Она поистине способна передать чувства и эмоции. В ней есть что-то особенное. Она такая хрупкая, а в голосе такая мощь. А ещё она принадлежит к той когорте певцов, которым удаётся донести до слушателя истинный смысл песни. Элтон Джон, Брюс Спрингстин, Род Стюарт, Ван Моррисон и Мари – вот эти талантливые артисты. Они убеждают слушателей поверить в историю, которую рассказывают. Я точно не знаю, как это происходит, – может, они просто-напросто правильно расставляют акценты. Если бы можно было начать всё сначала, я бы стал искать только такие голоса.
– У Мари есть потрясающая способность к импровизации, и она умеет чувствовать, когда и как нужно начинать петь. У неё уникальный голос, не похожий ни на какой другой, – говорит Пелле Альсинг.
– Она поёт лучше всех в Швеции, – соглашается Кларенс Эверман. – Она и Моника Сеттерлунд. Мари невероятно искренняя и полностью отдаёт себя творчеству. Неудивительно, что весь мир идёт за ней. У неё есть то, чего нет у остальных.
Об этой искренности и открытости говорят очень многие. Тексты, которые в устах других звучали бы наивно или глупо, у Мари наполняются смыслом и кажутся правдоподобными. «Этот день будет лучшим в моей жизни»[6] – эта строка Мари поистине вселяет надежду. Возможно, речь идёт о мужестве, о смелости проявить себя и открыть своё сердце, не пытаясь при этом умничать или иронизировать.
– Она действует интуитивно и может вдохнуть жизнь в свои песни, – говорит Чель Андерссон, работавший на звукозаписывающей компании «EMI», которая сделала Мари знаменитой. – Ей веришь. Её голос трогает до глубины души каждого, кто его слышит. Не знаю, как это происходит. Похоже, что между ней и слушателем устанавливается какая-то связь. В её манере пения есть невинность и наивность, проникающие прямо в сердце. А ещё Мари испытывает искреннюю радость, когда поёт, – и слушатели это чувствуют.
Работать над этой книгой помогали многие: друзья, близкие и коллеги Мари подолгу беседовали со мной, чтобы помочь воссоздать картину её прошлого. Всем этим людям я хочу выразить глубокую признательность. Это Пер Ларссон, Марика Эрландссон, Кларенс Эверман, Андерс Херлин, Пер Гессле, Оса Гессле, Мари Димберг, Кристофер Лундквист, Лассе Линдбом, Никлас Стрёмстед, Ева Аттлинг, Пелле Альсинг, Лотта Скуг, Оса Эльмгрен, Стефан Дернбрант, Мартин Стернхювуд, Ика Нурд, Томас Юханссон, Чель Андерссон, Юнас Окерлунд, родные Мари Тина Петтерссон, Герти и Свен-Арне Фредрикссон, Улла-Бритт Фредрикссон, Тони Фредрикссон, подруга детства Черстин Юнер, Бите Хенриссон, Буэль Андерссон и, главное, Микаэль Болиос – супруг Мари. Он был рядом во время её болезни и не просто поддерживал Мари, а стал настоящим бесценным свидетелем тех событий.
Хелена фон Цвейгберг
ЛЕТО 2015 ГОДА
«Только сейчас я могу произнести „опухоль мозга“». Рассказ Мари о болезни
ЭТОТ АД НАЧАЛСЯ 11 сентября 2002 года. 12 сентября я собиралась лететь в Антверпен: там у нас с Пером Гессле была назначена пресс-конференция. Roxette запланировали турне в рамках серии концертов Night of the Proms[7]. Организаторами выступали бельгийцы, и на пресс-конференции мы хотели рассказать о нашем участии в этом проекте.
Я должна была лететь утром, а Пер – накануне. Он ненавидит рано вставать и надеялся выспаться. А я, в свою очередь, не хотела лететь в первую годовщину нью-йоркских терактов. Мне казалось, что безопаснее будет подождать и смириться с ранним подъёмом.
В то утро Микке как раз прочитал мне статью об этих терактах.
В ней шла речь о молодом шведе, работавшем в одной из башен-близнецов. Самое ужасное – он просто исчез под завалами. Его родственники так и не узнали, что с ним произошло.
Помню, мы говорили о судьбе этого мужчины. Он, вероятно, думал, что это просто очередной день – самый
