(все присутствующие поляки повторяют хором два последние стиха)
ЯГЕЛЛО:
Правдива песня! Поднимаю
Заздравный кубок с нашим медом
За лучшую из польских женщин,
За королеву! Пью здоровье
Твое, красавица-Гедвига!
РОТЕНШТЕЙН:
<...>
А каков
Литовский бард?
ОССОЛИНСКИЙ:
Не из трусливых.
РОТЕНШТЕЙН:
Глядит как волк, и тоже вздумал
Перечить князю. Важный рыцарь!
Потешник, шут и скоморох!
ВЕЙДАВУТИС (перебивая):
У нас не принято смеяться
Над стариками. По годам
Ты мог-бы внуком быть ему,
Так придержать язык не худо
Тебе о нем.
РОТЕНШТЕЙН:
Ты что за птица?
ВЕЙДАВУТИС:
Я птица из породы той,
Которой боги дали когти
И клюв могучий, чтоб справляться
С своим врагом.
РОТЕНШТЕЙН:
А кто просил
Тебя соваться в наши речи,
Сеньора птица?
ВЕЙДАВУТИС:
Мало, видно,
Тебя учили, рыцеренок,
Почтенью к старшим!
РОТЕНШТЕЙН:
Что? Ты смеешь
Так называть меня?
ВЕЙДАВУТИС:
Да, смею!
Залетный аист!
РОТЕНШТЕЙН (вынимает меч):
Защищайся,
Покуда жив! меня?
ВЕЙДАВУТИС:
Не горячись!
Вот этот меч исправно красил
Ваш белый плащ. Держись, мальчишка,
Пока живешь! (сражаются; вбегает Гедвига и становится между сражающимися).
ГЕДВИГА:
Что здесь за шум?
Как смели вы в покоях князя
Скрестить мечи? Отдайте оба
Сейчас их мне!
РОТЕНШТЕЙН (отдавая меч):
Охотно, панна.
Прошу прощенья; но не мог
Оставить я без отомщенья
Тех дерзких слов, которых даром
Еще никто передо мною
Не смел сказать (указывая на поляков). Спросите их!
ГЕДВИГА (к Вейдавутису):
Отдай и ты!
ВЕЙДАВУТИС:
Нет, никогда
Не отдавал меча я бабе,
И не отдам! Коль ты вмешалась
В наш поединок, так его
Нам отложить возможно, точно;
А уж меча не получить тебе от истого литовца.
Мы для него ножны имеем, (вкладывает меч)
И вот куда ему дорога!
А вашим ручкам непригоже
Держать меча, ведь он не легок
И не игла.
ГЕДВИГА:
Молчи, презренный!
Иль этот меч… (подымает меч).
ВЕЙДАВУТИС:
А как же мне
Твердил сегодня жрец, что с вами
Приехал в Вильну, что ваш Бог
Велит прощать врагам обиды.
Соврал, должно быть!
ГЕДВИГА (опуская меч):
Да, ты прав…
Погорячилась я, забыла,
Что ты наш гость. (входит Ягелло).
ЯГЕЛЛО:
Зачем в руках
Ты держишь меч?
ГЕДВИГА:
Произошли,
Среди гостей, горячий спор
И ссора; рыцарь Ротенштейн
Не выдержал и обнажил
Свой храбрый меч, но тотчас отдал
Его любезно.
ЯГЕЛЛО:
На кого же
Так рассердился Ротенштейн?
ГЕДВИГА (указывая на Вейдавутиса):
Вот на него. Все старики
У вас сварливы. Но пойдемте
Мы на балкон. Какая ночь!
Как блещут звезды! Что за воздух! (к гостям)
Надеемся, что здесь без нас
Не будет ссор? Пойдемте, рыцарь!
Вот вам ваш меч. Он здесь не нужен.
Здесь наше слово охраняет
Всех от обиды (все, кроме Вейдавутиса и Дангеруда, уходят).
ВЕЙДАВУТИС:
О, Ягелло!
Как ты погряз! Прав Наримунд!
Нам, старикам, лишь остается
Уйти в леса, а здесь погибло
Влиянье наше. Встань, Ольгерд!
И посмотри, что днесь творится
В твоем дому! Литва родная!
Тебе до гроба не изменит
Твой верный сын. Нет, прочь отсюда!
На Жмудь, в леса! И пусть мой прах
Сожгут жрецы, а здесь, бесславно,
Я не погибну: не отдам,
Не променяю, как торговка,
Я веры предков, но умру
В той самой вере, как родился.
Скорей отсюда! (уходит).
ДАНГЕРУД:
А по мне
Что ксендз, что жрец, — одно и то же.
И если князь уж окрестился,
Так нам раздумывать негоже
Об этом деле. Вера — это
Не то, что шлем, не жмет, не давит,
И коль придется, так поправит
Мою казну, а в ней вся сила;
Меня же и мою семью
Сама княгиня окрестила.
ДЕЙСТВИЕ II.
Комната в жилище креве-кревейто.
ПОЯТА (сидит задумавшись):
Конрад, мой ненаглядный рыцарь,
Как я люблю его! С тех пор,
Как я увидела впервые
Его у князя, так во мне
Забилось сердце сильно, разом,
И что-то вдруг мне указало,
Что это он (входит Бирута). Тебе что нужно?
БИРУТА:
Пришла спросить тебя, сегодня
Пойдешь гулять ты?
ПОЯТА:
Нет, останусь.
БИРУТА:
На целый день?
ПОЯТА:
Еще не знаю.
Быть может, вечером…
БИРУТА:
Куда же?
ПОЯТА:
Куда придется. А зачем
Тебе так нужно знать?
БИРУТА:
Да так.
Когда останешься, позволь
Пойти сегодня мне.
ПОЯТА:
К кому?
БИРУТА (улыбаясь):
Да не к кому. А, впрочем, если
Имеешь ты что передать
Иль переслать, так по дороге
Могу зайти я.
ПОЯТА:
Нет, сегодня
Не нужно, няня.
БИРУТА:
Да и то
Давно ли виделись.
ПОЯТА:
Давно уж!
БИРУТА:
Да ведь вчера.
ПОЯТА:
Вчера! С тех пор
Прошла вся ночь, проходит утро,
Пройдет и день, и не увижусь
Я с ним сегодня.
БИРУТА:
Правда, правда!
Ведь для тебя, моя голубка,
То время, что проводишь с ним,
Летит как ветер, без него же
Так долго тянется, как будто
Остановилося совсем.
ПОЯТА:
Ступай, Бирута! Я останусь
Сегодня дома.
БИРУТА:
Благодарствуй!
Так порученья никакого
К нему не будет?
ПОЯТА:
Нет, не будет.
БИРУТА:
А не зайти ли, по дороге,
Узнать, здоров ли?
ПОЯТА:
Как ты хочешь.
БИРУТА:
Ох вы, девицы! Видно, все мы
На тот же созданы покрой.
Прощай, голубка! Я зайду!
Прощай!
ПОЯТА:
Прощай! Послушай, впрочем...
Нет, ничего!
БИРУТА:
Уж говори!
Я подожду (входит прислужница).
ПРИСЛУЖНИЦА:
К тебе пришел
Жрец-вайделот.
ПОЯТА:
Который?
ПРИСЛУЖНИЦА:
Явнут.
ПОЯТА:
Зови сюда (прислужница уходит).
БИРУТА:
Я подожду?
ПОЯТА:
Не нужно, милая, ступай!
БИРУТА:
Прощай, голубка! (уходит).
ПОЯТА:
Явнут, он,
Как говорил Конрад мне, тоже
Уж втайне принял христианство,
И человек вполне надежный.
Зачем пришел он? (входит Явнут). Здравствуй, Явнут!
Что скажешь нам?
ЯВНУТ:
Пришел спросить,
Не пожелаешь ли сегодня
Придти во храм?
ПОЯТА:
Зачем?
ЯВНУТ:
Молиться.
Сегодня пятница.
ПОЯТА:
Ах да!
ЯВНУТ:
Я провожу тебя.
ПОЯТА:
И ты
Меня зовешь во храм молиться?
Ты, Явнут?
ЯВНУТ:
Да (тихо). Ты здесь одна?
ПОЯТА:
Одна.
ЯВНУТ (указывая на дверь):
А там?
ПОЯТА:
И там, должно быть,
Нет никого.
ЯВНУТ (вполголоса):
Сегодня рыцарь
Зовет тебя.
ПОЯТА:
Сегодня... Боже!
Совсем?
ЯВНУТ:
Совсем и навсегда!
Уж все готово! Ты со мною
Пойдешь во храм, но на дороге
В повозку сядем и поедем
К Понарской башне, там уж рыцарь
Все приготовил.
ПОЯТА:
Страшно... если...
ЯВНУТ:
Решиться надо! Коль упустишь
Подобный случай, так не скоро
Другой представится такой.
ПОЯТА:
Но жаль отца!
ЯВНУТ:
Но что же делать,
Когда нельзя устроить так,
Чтобы с обоими ужиться.
ПОЯТА:
А если вдруг узнают нас
И остановят, иль поймают
У самой башни.
ЯВНУТ:
Что ж, скажи,
Что ты хотела прогуляться
В лесу священном. Ведь в Закрет
Тебе никто не запрещает
Ходить гулять.
ПОЯТА:
Но не с тобой,
Да и не ночью.
ЯВНУТ:
Доверяет
Он мне во многом. А тебя
Так любит слепо, что поверит
Всему, что скажешь.
ПОЯТА:
Да, он любит,
А я… на что решаюсь…
ЯВНУТ (прислушиваясь):
Тсс!..
Идет отец твой!
ПОЯТА (тихо):
Уходи!
ЯВНУТ (тихо):
Зачем! Чтоб не будить напрасно
В нем подозрений, я останусь.
Так ты согласна?
ПОЯТА:
Я… не знаю…
ЯВНУТ:
Решайся!
ПОЯТА:
Да!
ЯВНУТ:
Пойдешь?
ПОЯТА:
Пойду!
(входит Лиздейко)
ЛИЗДЕЙКО (к Явнуту):
Зачем ты здесь?
ЯВНУТ (целуя полу его платья):
Пришел спросить,
Владыко вещий, не пойдет ли
Сегодня в храм твоя Поята.
ЛИЗДЕЙКО (к Пояте):
Что ж, пойдешь?
ПОЯТА:
Пойду, отец!
Сегодня пятница.
ЛИЗДЕЙКО:
Ступай.
Теперь для нас к богам молитва
Нужней всего. Настало время,
Когда отступник веры предков,
Наш князь, не только сам решился
