class="p1">– У меня есть волшебная карточка, – ответил он. – Называется – удостоверение МВД. Что с ногой?
На ногах у Изольды были красные полусапожки, в которых она играла на сцене театра. Антон положил ее ногу на небольшой пуфик, и аккуратно снял сапог. Нога Изольды была вся в крови.
– О, классика жанра! Стекло в сапоги. Я думал – так только в фильмах бывает! Снимай колготки. – Изольда стянула колготки и бросила их на пол. – Хорошо, что ты в колготках, самые мелкие осколки в кожу не впились.
Он взял полотенце, которое лежало на зеркале, и, вытерев кровь, осторожно вытащил из ее ноги большой осколок стекла. Изольда поморщилась от боли и сказала:
– Как видишь, местные актрисы не отличаются большой фантазией. Мы с Лизой поизобретательнее были в этом плане. Господи, как больно! Я думала, что умру прямо на сцене!
– По тебе не заметно было. Почти. Как ты это вытерпела?
"Да, такая – и коня на скаку, и – в горящую избу! Но – только в том случае, если будет в этом заинтересована лично".
– Потому что я – актриса! На меня люди пришли смотреть, и я должна играть хорошо – несмотря на мелкие пакости.
"Прирожденная актриса. Браво!"
Антон закончил вытаскивать из ее ноги стекла. Их, к слову, было совсем не много. А значит – тот, кто это сделал, хотел всего лишь напугать ее.
Затем, он завернул ее ногу в полотенце и аккуратно похлопал ее по ноге.
– У тебя спирт есть? Или водка? Короче – продезинфицировать надо. А в интервью говорила – дружный коллектив! Помогают, советуют…
Изольда оживилась.
– А ты видел интервью, да? А что я скажу? Что весь коллектив – сплошь змеиный клубок? Да не волнуйся, Антон. Переживу. Еще посмотрим – кто – кого! Ты зачем приехал?
– За тобой. Возвращайся!
Получилось искренне – и это очень удивило Антона. Значит, он на самом деле этого хочет?
– Куда? В город, или к тебе?
– И то, и другое.
На секунду она задумалась. Затем, сказала:
– Нет. Антон, ты пойми! Я об этом всю жизнь мечтала! И я просто так от своей мечты не отступлю! Бороться буду, зубами выгрызать! Ты не представляешь, чего мне стоило эту роль получить…
"Почему? Представляю!".
– Через постель?
Изольда не юлила. Ответ был честным и прямолинейным. И это тоже заслуживало уважения.
– Да, через постель! Я тебе честно говорю, не обманывая, не придумывая зефирных историй о том, как мне неожиданно повезло, и мой талант заметили! Ты видел девочек, которые на заднем плане танцевали? Все – талантливые, хорошие девочки! И лет десять уже танцуют на заднем плане, потому как их талант на хрен никому не сдался! А я так не хочу. Если уж жить – то на переднем плане! Во всех смыслах. Чтобы все восхищались и завидовали! Антон, ты хороший. Но – уходи. У меня другие планы на жизнь. Я это все не брошу!
Антон встал и вышел. Изольда крикнула ему вслед:
– Спасибо за цветы!
***
В коридоре он столкнулся с лысым мужчиной, которого показывали по телевизору. Этот мужчина, постучавшись, зашел в гримерку к Изольде.
– Герман, ты видел, что она сделала? – она размотала ногу и показала ее мужчине. – Я думала – я умру прямо на сцене!
Мужчина посмотрел на ее ногу, но особой жалости в его взгляде не появилось.
– Ты молодец! Ты была восхитительна! Никто ничего не заметил! – он подошел и поцеловал ее.
– Герман, я не могу так больше. Уволь ее! Ну, пожалуйста…
Он удивленно посмотрел на нее. Как на дуру. Потом, ответил:
– Нет. Изольда, все интриги, которые вы плетете, это – ваше дело! Разбирайтесь сами! Я не могу уволить собственную жену.
– Бывшую! Вы же разводитесь! Или нет? Ты же обещал…
Герман поморщился, так как этот разговор ему начал надоедать.
– Изольда, мало ли что я обещал. Мы с Любой полжизни вместе. Она – мать моих детей. Она закрывает глаза на все мои интрижки. И нет – я с ней не разведусь. И, разумеется, не уволю.
Изольда, которая не ожидала такого поворота, заплакала.
– А как я буду работать? Они же съедят меня?
– Хочешь работать спокойно – думай, как влиться в коллектив. Если захочешь – будем встречаться. Хотя ты об этом даже не спросила! Главную роль в следующем спектакле я оставляю за тобой. Пока что!
Он вышел из гримерки.
Изольда, зарыдав, позвонила Антону. Но он не взял трубку.
***
Антон зашел в купе, в котором уже сидел пожилой полный мужчина. Он поздоровался и сел, закрыв глаза.
– Куда едете? По делам, в гости?
Антон открыл глаза. Мужчина смотрел на него добродушным взглядом уже успевшего немного выпить человека.
– Домой.
– А я в гости, – ответил его разговорчивый попутчик, хотя Антон его ни о чем не спрашивал. – К дочке, на день рождения. Еле успел на поезд. Не успел подарок купить. Как приеду – придется по магазинам идти…. Как думаешь – что купить ей?
Антон молча достал из кармана футляр с золотым кольцом, и протянул мужчине.
– Ого. Забери, ты что? Это же дорого! Или, давай – ка я его куплю у тебя? Сколько ты за него отдал?
– Так забирайте. Не пригодилось.
Мужчина посмотрел на него с сочувствием, искренним – не поддельным, как тут же отметил Антон.
– Отказала, да? Переживаешь?
– Не знаю. Хорошо, что отказала…
– Это почему?
– Потому что я ее не люблю. Она мне нравится… тем, что она интересная. Тем, что она – борец. Что идет к своей мечте напролом, любыми путями – и честно говорит об этом. Но – люблю я другую.
Теперь мужчина смотрел озадаченно, словно размышляя – в своем Антон уме или нет.
– А зачем этой поехал предложение делать?
– Не знаю. Не могу объяснить…
– А почему ты той другой предложение не сделаешь?
– Потому что это девушка моего друга. И он без нее не сможет…
Телефон Антона, который он положил на столик, зазвонил. Антон, не обращая внимания, закрыл глаза.
– Звонит, – мужчина посмотрел на телефон, – Изольда. Все, скинула уже. Три пропущенных. Не хочешь с ней говорить?
– Ни с кем не хочу. Уехать бы куда – нибудь… Заграницу, может, съездить?
– В Москву съезди. Я летом был там, походил везде. Знаешь, как там красиво!
– Нет, в Москву не хочу. Там отец, с этой своей! Мы не общаемся…
Телефон снова зазвонил.
– Звонит, – мужчина снова посмотрел
