на комбинезоне — единственное внешнее напоминание о том, что Настя всего лишь биоробот, который притворяется человеком. «Хорошо, что она не видит унизительную метку», — думал юноша. Впрочем, другие люди не упускали случая указать Насте на ее место.
— Привет, — сказал Марк.
— Здравствуй, — ответила девушка, беспокойно оглядываясь: некоторые колонисты уже делали ей замечание, что Настя недостаточно почтительна с Марком: не обращается на вы и не говорит о себе как о вещи — в среднем роде. Она бы никогда не позволила себе дерзостей, просто Марк настаивал.
— Вот… проходил мимо… решил заглянуть, — начал Марк по обыкновению, — как дела?
— Хорошо… — Настя снова с опаской осмотрелась вокруг, — а твои?
— Как увидел тебя, стало лучше, — проговорился Марк неожиданно. Обычно он заранее продумывал, что скажет, и с трудом находил слова, которые оправдывали бы его ежедневные посещения. Не отвечать же, что просто пришел побыть рядом, что единственная награда за каждые прожитые сутки — эти несколько минут в оранжерее… рядом с ней.
Настя покраснела и опустила глаза. Она не знала, что ответить.
— Не хотелось тебя смущать… Как твои розы? — пытался покончить Марк с неловкой паузой.
Настя задумалась: «Сказать, что это не мои розы, ведь я всего лишь робот и не могу чем-либо владеть? Нет… роботу нельзя спорить с людьми. Ответить, что с цветами все хорошо? Нет… так я соглашаюсь, что розы принадлежат именно мне, а не колонистам».
— Прости… сбой в программе, — ответила Настя и сразу пожалела о сказанном: «Я нехорошо отозвалась об основателях колонии, которые написали для меня алгоритмы».
Разговор не клеился, как и все предыдущие. В такие секунды Марк каждый раз пытался вспомнить заранее подготовленные вопросы, но они всегда вылетали из головы.
— Ну, я пойду? — наконец, сдался Марк.
Настя молча кивнула и опустила глаза. Марк направился к выходу, ругая себя за очередную бессодержательную беседу и уже думая о завтрашней встрече.
*****
Марк подошел к двери своего жилого модуля. Он поднес руку к экрану разблокировки электрозамка, но что-то его остановило — ладонь застыла в нескольких сантиметрах от сенсорной панели. Марк постоял так некоторое время, после чего опустил руку и отвернулся от двери. «Так больше не может продолжаться, — заключил он, — признаюсь в любви, и будь что будет».
Путь обратно преодолел почти бегом: боялся растерять внезапно появившуюся смелость еще до встречи с Настей. Когда дверь в оранжерею, наконец, отворилась, послышался отдаленный женский крик.
«Кто это? Настя?!» — встрепенулся Марк, прислушиваясь.
Крик повторился. Марк бросился в ту сторону, откуда донеслись звуки. «Апельсиновые деревья, — сообразил он на ходу, — каждый день в это время Настя именно там».
Крик снова повторился. Он был громче — Марк понял, что не ошибся в выборе направления. Через мгновения уже был слышен плач. Это был Настин плач.
Марк в несколько прыжков достиг поворота, который выводил из лабиринта кустарников в апельсиновый сад. Он выбежал из-за угла и увидел чью-то тощую жилистую спину в нескольких шагах от себя. Обладатель спины заносил руку над жертвой, которую придавливал к земле своим весом. В его туго сжатом кулаке сверкал нож. На лезвии была кровь.
Марк попытался выкрикнуть «стой!», но вместо этого получилось что-то воинственное и неразборчивое — то ли звериный рык, то ли боевой клич первобытного человека. В руке будто сама собой возникла мотыга, еще мгновение назад прислоненная к дереву неподалеку. Марк махнул ею, до конца не понимая, что происходит.
Глава 3. Побег
Настя пыталась выбраться из-под тела. Марк не сразу пришел в себя: он стоял как завороженный, сжимая в руке черенок мотыги. Всхлип Насти вывел из забытья — Марк отбросил мотыгу, словно раскаленную кочергу, подскочил к девушке, чтобы высвободить ее.
— Ты ранена? Я видел кровь! — засуетился Марк, осматривая Настю, когда она поднялась.
— Нет… это его кровь.
Марк в растерянности поглядывал то на девушку, то на труп Шрама. Да, это был Шрам. Мертвый Шрам. Его остекленевшие мутнеющие глаза смотрели прямо на Марка. Смятая голова была скошена набок, словно у тряпичной куклы.
— Он как будто с ума сошел: явился, достал нож, начал резать себе руки, смеяться и спрашивать, зачем я на него напала, — торопилась объясниться Настя, — потом сказал, что вынужден обороняться, и набросился на меня.
Марк принялся рассматривать тело: да, руки и грудь убитого были исполосованы порезами. Настя тоже взглянула на труп и вдруг зарыдала, задыхаясь:
— Что я наделала?!.
— Спокойнее… Настя! — говорил Марк, встряхивая девушку за плечи, — ты ни в чем не виновата.
— Я же сопротивлялась…
— Он хотел убить тебя!
— Биоробот не должен был… — начала было Настя, но Марк оборвал:
— Хватит. Не хочу это слушать. Давай лучше подумаем, что делать.
Они помолчали.
— Скажем, что это я его ударила, а ты просто проходил мимо, — предложила Настя, — иначе они казнят тебя: никто не посмеет нарушить Уклад, хоть даже ты сын Старейшины. Пусть лучше меня утилизируют, ведь для биоробота счастье — спасти жизнь человека. Я и мечтать не могла о том, чтобы пригодиться для такого великого дела…
Марк лишь поморщился и отмахнулся:
— Не мешай… я думаю…
Они снова помолчали.
— Мы уедем, — сказал Марк решительно.
— Куда?
— За сто пятьдесят миль отсюда есть заброшенная исследовательская станция Древних. Я бывал там: аварийные системы работают, кислорода и еды хватит на годы. О базе никто не знает. Все подумают, что мы погибли от рук Нечисти или просто умерли в пустыне — искать не будут.
*****
Марк уже позвонил отцу и попросил дать срочное разрешение на выезд. Сказал, что просто хочет прогуляться и поднять себе настроение. Старейшина был не против. «Быстрее забудет своего проклятого биоробота. Шрам за это время с ней и разберется… если еще не разобрался», — подумал он.
Теперь предстояла задача посложнее — провести Настю в ангар для марсоходов. У входа дежурил другой биоробот, который был запрограммирован следить за соблюдением пропускного режима.
Увидев подходящих Марка и Настю, биоробот-охранник вытянулся и задрал подбородок, глядя на человека. Так его запрограммировали. Это считалось выражением почтительного отношения.
— Вход запрещен, — сказал охранник Насте, преградив ей дорогу.
— Мне нужен этот робот-флорист. Оно посадит модифицированные семена в Долине. Хотим проверить, будут ли они там расти на открытом воздухе, — вмешался Марк.
— Без разрешения не положено-с.
— Я его получил, — возразил Марк.
— Только на Вас лично-с. Отдельного разрешения на биоробота нет-с.
— Не думал, что на пронос вещи тоже нужен пропуск, — хмыкнул Марк, — звякни отцу сам и не срывай экспедицию: это как раз его задание. Я спешу.
Охранник смутился и задумался.
