Что там будет дальше, я дожидаться не стала, а то ещё и к объяснениям с этим негуманоидом припрягут, а это уж точно не моя работа. Тихонько выскользнула за дверь, благо не успела далеко от неё отойти, однако тут же ожил настенный экран общественного коммуникатора, каким оснащались все кабины. Явив не только лицо, но и монументальные плечи и тяжёлые руки с квадратными ладонями, которые он сейчас безотчётно, но весьма красноречиво сжимал в кулаки, Кея Гордона — начальника Пересадочной Станции и ответственного за всё и вся. Я даже не вздрогнула (только хвост опять недовольно дёрнулся). Не в первый раз он практикует такие неожиданные явления.
— Ну!?
А он как всегда немногословен. Я тоже пересказала случившееся так коротко, как только могла.
— Почему это не прописано в протоколе встречи?
— Это входит в стандартные настройки кабины и приёмного помещения для прибывающих из сектора М-12. От чего они сбились или кто их мог изменить не могу знать.
— Отчёт, — безапелляционно напомнил начальник.
— Не моя смена, — возразила я. — Лорра пусть пишет, — ещё чего не хватало! Мало того, что мне за неё работать пришлось, так и ещё и бумажки составляй. А, поверьте, дело это муторное. Мало указать причины возникновения конфликта и способ его решения. Нужно ещё подобрать два-три альтернативных варианта и доказать, что примененный тобой был наилучшим, а так же что он не задел эстетических, религиозных, политических и прочих чувств гостей. Муть страшная и главное бесполезная, но исправно требуемая аналитическим центром. Ни за что писать не буду — хоть режьте. И на всякий случай приготовилась процитировать соответствующий абзац из трудового кодекса, на дословное заучивание которого потратила последние остатки свободного места на импланте. Не понадобилось. Шеф тоже был в курсе моих привычек. Окинув меня напоследок тяжёлым взглядом, он с кривоватой, чуть заметной усмешкой бросил:
— Миленькие тапочки, — и как обычно, не прощаясь, отключился.
Я перевела взгляд вниз. Точно. Тапочки забыла переодеть. Я же дома сидела и никуда идти не собиралась вот и надела эту красоту несказанную: пронзительно-розовые шлёпанцы с пушистым зелёным помпончиком. Ужас и китч, конечно, но настолько удобные, что выкинуть рука не поднимается.
Двери пятьдесят четвёртой кабины распахнулись и выползший оттуда робот поволок ломаную мебель к реутилизатору, а я в очередной раз напомнила себе не задерживаться подле рабочего места, дабы не припахали к общественно-полезной деятельности. Впрочем, до индивидуальной кабинки монорельса, из которой я вышла десятком минут ранее, и которую никто так и не занял, была всего пара шагов. Но стоило только растечься по удобному сиденью, как ожила в ухе гарнитура. Если это шеф, точно пошлю — дала сама себе невыполнимое обещание. Как бы я не ругалась на внеурочные вызовы, а работой дорожила.
— Да?
— Привет, Тай! Чего такая кислая? — в уши ввинтился до отвращения бодрый голос Кеми.
— Да так, — жаловаться на неудачно начавшийся вечер было лень.
— Планы есть?
— А что, есть чем заняться? — выдвинула встречный вопрос.
— В заведенье Мадам Лили завезли новых мальчиков.
Шутка была из разряда «только для посвящённых». На самом деле Лили — Лиарлин Мэнсон держала никакое не «заведение», а самый обычный кафе-бар, куда регулярно заходили приехавшие с Земли на экскурсию или на выходные туристы. Пересадочная станция — одно из немногих мест, где можно было встретить живого настоящего инопланетника, или, хотя бы, послушать баек о них от местных работников. Таких, как мы с Кеми. И симпатичные девушки в такие вечера не оставались без компании. Так что это было очень заманчивое предложение. Какой бы большой ни была пересадочная станция, а за полтора года работы мы успели перезнакомиться со всеми постоянными её обитателями. А тут — новые лица. Может быть вечер не окончательно испорчен? Я ещё раз с сомнением глянула на свои тапочки. А ну и пусть. Я здесь, можно сказать, дома. Это они в гостях, вот пусть и смущаются, если что не так. Быстренько перебила адрес доставки и приготовилась вступить в воздух, пропахший сырой землёй, хвоей и жареным луком.
Здесь росли настоящие деревья. Ели, сосны, ливанские кедры, средиземноморские кипарисы, плотными шарообразными кустами сидели можжевельники (их никто не стриг, сами так растут) — все хвойные, каких только удалось собрать, представляли природу Земли, для тех из инопланетников, кто всё же проявит к ней интерес, но не имеет желания, или же возможности спуститься на планету. Правда, хвойные это только здесь, в других местах, другие виды. К примеру, возле здания Центробанка есть настоящий пруд с кубышками и зелёными лягушками.
Сады под куполом
Мягкие тапочки осторожно шуршали по стеклопластику, который покрывал сверху настоящую песчаную тропинку. Удобно для тех, кто хочет пообщаться с настоящей живой природой и не желает вляпываться в неё всеми своими конечностями. Такие дорожки проложены от всех остановок монорельса ко всем входам в общественные заведения. А вот если свернуть немного в сторону, можно пройтись и по песку, и по гравию, и даже по настоящему асфальтовому покрытию. Всё предусмотрено на любой взыскательный вкус. Правда, все эти чудеса увлекают только в первые месяцы жизни под куполом, потом становятся вполне привычной частью окружения.
Вечер достиг той стадии (затемнение купола 60 %) когда сами собой зажглись фонари на улицах. В матово светящийся шар на причудливо изогнутой ноге безнадёжно бился одинокий мотылёк. Стоп. Не может того быть. Не завозили под купол летающих насекомых, да и среди прочих произвели тщательнейший отбор. А, ладно не моего ума дела. Хотя, может Кеми это будет интересно, это кажется почти по её специальности?
В баре приглушённый свет и негромкая музыка создавали интимную, расслабляющую обстановку, а пара официанток с пушистыми хвостами и ушками (да, я не уникальна, нэка — стандартная геноформа) занималась не столько разносом напитков и закусок, сколько болтовнёй с клиентами. Кухня, как и везде на станции — автоматическая, так что пресловутый запах жареного лука хозяйке приходится распылять дополнительно, опять же для создания атмосферы.
— Девушка, вы не могли бы пошевеливаться скорее. Я уже пять минут заказа жду, — раздался раздражённый голос от одного из столиков. Мариза, та из официанток, у которой был рыже-полосатый хвост, пренебрежительно фыркнула. Права. Сюда ходят совсем не за этим. А кто хочет быстрого и качественного обслуживания, тот посещает автоматические станционные рестораны. Там, кстати, и кормят вкуснее — кухонные автоматы гораздо более новой модели, чем может себе позволить Лиарлин. Но молодому человеку было не до таких тонкостей. Он демонстративно постукивал по полу ногой в модном ботинке и длинным тонким чешуйчатым хвостом с шипом на конце по ножке высокого табурета. Важно и свысока оглядел всех присутствующих, на мгновенье задержав взгляд на моих тапочках. Один из тех, с кем за одним столиком угораздило оказаться мою подругу, в данный момент прятавшую глаза за длинной чёлкой. Кстати, симпатичные мальчики. И обеспеченные — явно не на последние сбережения сюда приехали. Может там ещё и разговоры интересные ведутся? Мои уши развернулись в нужную сторону.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
