Нас разделяя низенький журнальный столик, на который Инна поставила бутылку виски, джин, тоник, лед – стандартный американский набор. Она полулежала, прикрыв ноги пледом, на длинном кожаном диване со стальными гнутыми трубками вместо спинки, а я сидел напротив в довольно удобном, хотя и тоже сильно стальном кресле. Вид из окна был так себе – серые высоченные домины, в стенах которых там и сям зигзагами торчали пожарные лестницы, поэтому я перевел взгляд на Инну.
– Значит, я мутант… – начал я.
– Увы, это так. Ты и сам это знаешь. А они это поняли не сразу. Сначала тебя в ту спецклинику поместили, чтоб, если получится, откачать и понаблюдать. Все-таки ты был первым неподготовленным организмом, на который пришелся такой вирусный удар. Откачали и стали наблюдать.
– Это я и сам знаю. Кстати, мне там много раз говорили, что если бы ты мне тогда ту штуку не вколола, я мог бы и не выкарабкаться. Так что спасибо.
– Не за что. Сколько же мне потом пришлось разных докладных и объяснительных писать. Сколько раз всю эту историю в деталях рассказывать. Кто где стоял, да сколько времени прошло с момента укуса до ввода препарата, раз десять меня туда-сюда бегать заставляли и время замеряли, ну и все прочее. А к тебе так и не пустили, хотя я очень просила. А они все отказывали. Я ведь тебя, Стас, тогда несколько раз похоронила. После каждого их отказа хоронила. А потом ты появился. Но уже другой… Так что у тебя там намерили? Какие новые способности? Мне можешь сказать, ведь я и так знаю. Просто проверить хочется.
– Если знаешь, то сама скажи, а я проверю. – Во мне что-то екнуло.
– Необъятная, идеальная, совершенная память. Помнишь каждый день за последние двадцать лет. Можешь восстановить каждый день по минутам. Совершенно точно воспроизвести любой разговор. Потому не делаешь никаких заметок, а по блокноту водишь только для виду, чтоб не заподозрили. Так?
– Так. – Мне стало не по себе, и я хлебнул джину. Тонику бы поменьше, подумал я, и Инна, перегнувшись через столик, долила в стакан джина.
– Уникальные способности к языкам. Ты их впитываешь как бы из воздуха. Европейские современные ты освоил, арабский, китайский и японский тоже. Древнегреческий и иврит в обойме, теперь взялся за санскрит. И все это скрываешь. Так?
– Так, – хрипло ответил я. – Инка, ты что мои мысли читаешь?
– Конечно, – просто ответила она. – Я ведь тоже мутант. До кролика были какие-то смутные обрывки, а после кролика и клиники – ты как открытая книга. Это был настоящий ад. Ты представляешь, что должна чувствовать любящая женщина, которая может читать мысли своего избранника, скажем помягче, не сильно ее жалующего? Я ведь была готова тебе ноги мыть и воду пить. А ты… В тот Новый год в моей квартире я могла… Неважно. Забудь.
Она резко мотнула головой.
– Все-таки бабы дуры. «Забудь». Знаю же, что ты ничего не забываешь, и тут же ляпнула «забудь».
Я пью мало и редко, а потому в голове у меня уже шумело и Инка покачивалась где-то не в фокусе. Мне было нехорошо, то ли от избытка джина, то ли от Инкиных известий.
– Выйди на свежий воздух, полегчает. Постой, куртку накинь, я же помню, как ты легко простуду хватаешь.
9.4
Воздух и правда помог. Подташнивать перестало, в голове «прояснилось, но меня это совсем не радовало. Я изо всех сил старался ни о чем не думать. Значит, и Шеф тоже видел меня насквозь? Он-то почему? И как защититься?
Дверь на балкон растворилась, и Инка потянула меня за рукав.
– Не старайся. И медный таз не поможет.
– Так ты абсолютно все про меня знаешь? И где я, и что, и с кем…
– Ну, не все, но довольно много, чтобы понять, где ты работаешь и зачем ты здесь. И про Лену знаю… И про Светку, так что про них можешь не рассказывать. Все-таки мы довольно долго в ресторане посидели, а мыслей у тебя навалом. И много о ней, самой лучшей. Я ей завидую.
– А зачем же ты в ресторане прикидывалась? Светский разговор вела.
– Ну, неприлично ведь было бы просто сидеть и на тебя пялиться. Потом в разговоре всегда мысли разные возникают, ассоциации, образы… Да я вроде и намекала…
– А ты еще чьи-нибудь мысли можешь читать? И как это вообще, ну, воспринимается…
– Нет, только твои и могу, потому как ты мутант, подобный мне. Очевидно, у нас произошли идентичные мутации. Мы же все-таки в одном месте работали. Общий вирус. Я ведь тоже его как-то подхватила, хотя порция была поменьше. А как ощущаю, не знаю.
– Рассказывай все, что знаешь, – потребовал я.
– Конечно. Кому ж рассказывать, как не тебе. Как здесь выражаются, ночь еще молода, до утра далеко, кое-что рассказать успею. Тем более что заботиться о полноте твоего восприятия и точности дальнейшего воспроизведения не приходится. Доложишь все в лучшем виде, товарищ майор.
9.5
Сов. секретно
Экз. единственный
22 октября 1987 г.
Отчет о беседе с Инессой Зайтлин (Цейтлиной Инной Григорьевной), 21 октября 1987 г., Нью-Йорк
По указанию Центра встретился с доктором Инессой Зайтлин (до эмиграции в Израиль, 1973 г., а затем в США, 1974 г. – Инна Григорьевна Цейтлина, 1941 г. рождения, незамужем). В настоящее время (с 1975 г.) работает ассистентом профессора Колумбийского университета, г. Нью-Йорк, по специальности биохимия и вирусология. В период с 1963 по 1968 гг. И. Г. Цейтлина являлась младшим научным сотрудником Научно-исследовательского института криобиомедицины АН УССР в городе X. Кандидат физико-математических наук, доктор философии.
По ее словам, в период с февраля по август текущего года в Колумбийском университете в тесном сотрудничестве с лабораториями ряда других стран, в том числе СССР, при координации Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), были проведены детальные, всесторонние исследования возбудителей массовых заболеваний в различных районах земного шара, в основном в северном полушарии. В Южной Америке, Австралии и Новой Зеландии отмечались лишь единичные случаи, при этом, как выяснилось, все заболевшие прибыли из других пораженных регионов. Результаты исследований показали, что возбудителем региональных эпидемий (ВОЗ пока не пришла к согласию о том, следует ли считать эти вспышки пандемией) является комплекс вирусов неизвестного происхождения. Активным возбудителем служит ретровирус, поражающий исключительно человека. На подопытных животных исследуемые вирусы ожидаемого действия не оказывали. Неожиданным для исследователей оказалось то, что сам по себе данный ретровирус отличается малой вирулентностью и способен к воспроизводству только в комбинации с несколькими другими сопутствующими вирусами, предварительно подавляющими иммунную систему организма, после чего ретровирус поражает генетический материал клеток, ответственных за воспроизводство человека, то есть яйцеклеток и сперматозоидов. Были обнаружены значительные вариации состава комплексов, что существенно осложнило и замедлило идентификацию способов и механизмов воспроизводства различных вирусов в организме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
