Читаем без скачивания Божья кара - Юлия Алейникова

– Вы что-нибудь пили сегодня, гражданочка? – строго глядя на Женю, спросил приземистый неухоженный тип в неряшливом костюме.

– Разумеется, – еще больше обиделась Женя. – Три раза чай, два раза кофе, три раза минералку без газа и один раз какао со сливками из автомата.

– Так, – переглянулись полицейские. – А чем занимаетесь? Работаете, учитесь? – с легкой, едва уловимой ноткой язвительности спросил первый.

– Работаю, – буркнула Женя и полезла в сумку за рабочим удостоверением. – В молодежной редакции Тринадцатого канала, репортером. – И гордо сунула им в нос удостоверение. Пусть знают, что она не наркоманка какая-нибудь, а вполне достойный член общества, хоть и с синей головой.

– Хм, – хмыкнул старший. – Муз ТВ, значит.

– Не Муз ТВ, а молодежная редакция Тринадцатого канала[1].

– Потапова Евгения Викторовна, – продолжал он изучать документы.

– Совершенно верно, с кем имею честь? – продемонстрировала воспитание и умение себя правильно поставить Женя.

– Капитан Суровцев, следственный отдел. Другие документы есть? – невыразительно спросил он, по-прежнему разглядывая Женю как насекомое.

– Это ваша машина? – не дав Жене ответить, вмешался самый молодой из компании и наименее противный.

Девушка проследила взглядом за указующим перстом полицейского и увидела припаркованный неподалеку маленький джип. «Тойота», кажется.

– Нет.

– А чей? – строго спросил старший.

– Понятия не имею, – пожала плечами Женя.

– Козликов, пробей, кому принадлежит транспортное средство, – приказал он молодому. – Петров, усади барышню в машину. Пусть пока посидит.

– Ну уж нет. Уже третий час! Меня дома ждут! – попробовала возразить Женя, но, естественно, безрезультатно.

– Так позвоните и предупредите, чтоб не ждали, – бросил ей через плечо хамоватый тип, уже наполовину повернувшись к ней спиной.

– Они не умеют на звонки отвечать, – досадливо сообщила Женя, залезая в машину, стоять столько времени на ногах ей уже надоело, и она сочла, что предложение «присесть» не лишено смысла.

– У вас что, дети дома одни? – участливо спросил самый пожилой и, вероятно, человеколюбивый из стражей порядка.

– Нет. Кот с попугаем.

Глава 2

– Оля, они меня в чем-то подозревают, – ныла в телефонную трубку Женя.

Со времени происшествия на мосту прошло больше двух недель, а бедную Женьку все никак не хотели оставить в покое. Ее то и дело вызывали на беседы и приставали с разными каверзными вопросами, типа, когда именно погибшая прибыла на место происшествия и во сколько именно Женя ушла из гостей. Или когда последний раз она виделась с погибшей.

– Им, наверное, надо процент раскрываемости поднимать, вот они ко мне и пристали. Хотят ее смерть на меня повесить, – продолжала делиться своими догадками Женя. – Думают, раз с синей головой, значит, законченная дура.

– А что, ошибаются? – насмешливо спросила Ольга.

Женька на подобный выпад даже не обиделась. Ольга была ее лучшей подругой наравне с Лизой. Все трое учились вместе в школе с первого класса и были неразлейвода. Только Лиза была мягкой и доброй, а Ольга жесткой и циничной. Лиза была счастлива в браке, а Ольга вовсе не имела никакой личной жизни. Лиза работала стоматологом, а Ольга была сотрудником прокуратуры. К Лизе Женька обращалась за моральной поддержкой, к Ольге за действенной помощью.

– Оля, при чем тут моя голова? – как ни в чем не бывало продолжила канючить Женя. – Ты хоть понимаешь, сколько бед на меня разом обрушилось? Владик сбежал, Матвей болеет, да еще утопленница эта! Могла бы и посочувствовать.

– Я сопли размазывать не люблю, так что давай по пунктам. За то, что ты наконец от Корытко избавилась, надо в церкви благодарственный молебен заказывать, – щелкая зажигалкой, проговорила Оля.

– Что касается Матвея, – более мягко продолжила подруга, – тут уж ничего не поделаешь. Он прожил счастливую кошачью жизнь, дожил до преклонных лет, так что остается тебе лишь ждать неизбежного. А вот по поводу утопленницы, – Ольгин голос вновь обрел язвительные нотки, – в следующий раз, прежде чем оповещать о подобных происшествиях соответствующие инстанции, ты уж будь добра, посоветуйся сперва со мной.

– Оль, я же как лучше хотела. Думала, они ее спасти успеют, – жалобно пискнула Женя.

– Нашла дядю Степу. Тогда бы уж в МЧС звонила, – фыркнула подруга.

– Так ты мне поможешь?

– Ладно. Говори, кто делом занимается, – недовольно буркнула Ольга, чем вызвала довольную улыбку на лице подруги.

Женька сидела в редакции и смотрела в окошко, за окошком было серо, на душе тоже.

– Жень, ты чего такая печальная? – спросила, входя в комнату, Настя Чеботарева, ведущая из новостей.

– Кот вчера умер, – тяжело вздохнула Женя. – Лег к себе в корзину и умер, а мы с Сильвером думали, уснул. – И девушка вздохнула еще раз, тяжелее и протяжнее.

– Да, когда животные умирают, это просто ужас, – сочувственно кивнула из своего угла Марина. – Когда у бабушки с дедушкой собака умерла, я целую неделю плакала.

– Что коты. Я завтра на похороны еду, – усаживаясь в кресло рядом с Женей, вздохнула Настя. – Приятельница умерла.

– Молодая? – сочувственно спросила Марина.

– Как мы.

– А что с ней? В аварию попала? – отвлеклась от тяжелых дум Женя.

– Нет. Из окна выбросилась, – покачала головой Настя, наливая себе кофе.

– С мужиками что-то? – подперев рукой щеку, пригорюнилась Женя.

– Да нет. Мужики вроде ни при чем, там все трагичнее, – махнула рукой Настя.

Но рассказать, что именно произошло с ее знакомой, она не успела, потому как зазвонил телефон, и Настя, оставив недопитый кофе, умчалась на летучку.

Женя с Мариной остались вдвоем.

– Да. Вот жизнь, – вздохнула Марина, забирая Настин кофе. – Тут выбросилась, там спрыгнула. Тебя-то менты в покое уже оставили?

– Да уже дня три, как не дергают, – обернулась к ней Женя. – Олька молодец. Она кого хочешь по стойке «смирно» поставит.

– Ну да. Потому мужика и нет, – согласно кивнула Марина.

– Ольга говорит, ей по должности не положено. Коллеги ее ненавидят, потому что она не глупее их, а мужики этого не выносят, а прочие граждане так и вовсе шарахаются. Потому как прокурор – профессия конфликтная, а следовательно, требует особого психологического склада и накладывает неизгладимый отпечаток на характер, – еще раз вздохнула Женя, сегодня это у нее выходило особенно протяжно и мучительно сладко.

– А что у тебя с Владиком, помирились вы, наконец?

Вся редакция уже на протяжении многих лет была посвящена в Женину бурную личную жизнь, поскольку ссоры и примирения у них с Владиком случались регулярно и иногда с вовлечением общественности, так как Владик как никто другой обожал мелодрамы и публичность.

– Не-а. – Женька снова отвернулась к окну, чтобы Марина не заметила предательски помутневших от навернувшихся слез глаз. – Позвонил позавчера, велел привезти ему в театр вещи. Я как дура повезла. На что рассчитывала? Сперва на проходной его ждала минут сорок, пока он спуститься изволил, а потом он вышел, сумку взял и даже спасибо не сказал.

– Сволочь, – припечатала Марина. – А ты и правда дура. Повезла ему вещи! Женька, о чем ты только думаешь? Он же об тебя ноги вытирает. Бросай ты его к такой-то матери, и дело с концом.

– Да? А как я квартиру буду оплачивать? И вообще, – страшно себя жалея, проговорила Женя, по-прежнему глядя в окно.

– Сама заработай или другого мужика найди. Ты же еще молодая девица и даже симпатичная. – Она прищурившись вгляделась в Женю.

– Не знаю я, где другого найти и где заработать тоже. Шеф ни одного стоящего задания не дает, а в другое место не пристроиться, – еще раз тяжело вздохнула Женя.

– И что делать будешь? – неодобрительно спросила Марина.

– Помирюсь, наверное, – робко пробормотала Женя, чувствуя неизбежность сего шага.

– Ну и дур-ра, – стукнула чашкой по столу собеседница.

Об этом Женя и сама догадывалась.

Женька сошла с эскалатора и завертела своей пестрой головой. Они договорились встретиться с Ольгой на «Маяковской». Женя планировала отблагодарить подругу за помощь походом в кафе. Отыскав Ольгу возле книжного лотка, девушка радостно ткнулась коротким поцелуем ей в щеку.

– Спасибо тебе огромное. Кажется, они от меня отцепились! Три дня уже не звонят, – радостно делилась Женя, потряхивая пестрыми дредами. – Где посидим?

– В кафе мы не пойдем, – беря Женю под руку, проговорила подруга.

– А куда? – с любопытством спросила Женька, глядя на Ольгу преданными глазами.

Зрелище они являли собой колоритное. Так что неудивительно, что прохожие то и дело на них оборачивались. Ольга была одета в элегантное классического кроя пальто и черные лодочки, ее идеально уложенная, модно подстриженная шевелюра как нельзя лучше довершала образ. Женька весело подпрыгивала рядом, цепляясь за рукав подруги и потряхивая сине-розовыми волосами. Сегодня она была облачена в кислотного цвета кеды на толстой белой платформе, длинную пеструю юбку до пят и коротенькую кудлатую дубленку с вышивкой. В цыганском таборе такому гостю наверняка бы обрадовались.