мысли обретающими реальность, но в чужом исполнении. Мысли мои, словно призраки, проникают в мир через его уста, создавая парадокс, который я тщетно пытаюсь понять.
Время от времени, в моей точнее его голове всплывают его собственные воспоминания. Из детства, да и просто из жизни. Я вижу это всё как сама. Будто это было со мной. Хотя, в моей жизни такого не было.
Моя жизнь предстаёт передо мной, как загадочный сон, где образы и события исчезают, как дымка, сразу же после пробуждения. В памяти остались лишь слабые воспоминания прошлого, как россыпь звёзд в ночном небе, неясные и отдалённые.
Это состояние похоже на туман, который окутывает каждое воспоминание. События кажутся такими реальными, но в то же время далёкими, словно воспоминания о другой жизни. Я теряюсь в этом лабиринте неразгаданных воспоминаний, и до сих пор не понимаю, как я оказалась здесь, как эти нити прошлого переплелись с тем, что является моей реальностью. Это загадка, на чьём решении стоит весь мой мир.
Если так подумать я и не помню, как сюда попала. С каждым днём с отсчёта попадания сюда, мой разум всё больше туманится. Я сама начинаю чувствовать себя этим убийцей.
С того момента когда я попала сюда я тщательно следила за этим убийцей. Он не просто там какой-то слабый. Он серийный. На его счету было 20 жертв, которых я видела лично. Но я уверена, что он и раньше убивал.
Я до сих пор не совсем понимаю, почему он убивает. Но жертв он выбирает тщательно. Он узнаёт о них всё, их слабости, страхи, место проживания и даже их банковские счета.
После того как он узнаёт всё что ему нужно он начинает появляться в их жизни. Под предлогом коллеги или друга или просто приятеля.
Мастерски маскируясь под пушистого одуванчика, он веселит и развлекает их, создавая иллюзию беззаботных дней. Для них он становится невинным летним ветром, приносящим лишь радость и умиротворение. Однако в моём сознании, как свидетельницы его настоящей сущности, я знаю, что в каждой шутке, в каждой улыбке таится холодная тень истинных намерений. Видя, как он ловко вплетается в их жизнь, я понимаю, что в этой игре лучше не забывать, что за пушистым обликом таится гораздо более мрачная сущность.
Таинственной завесой его настоящей личности стало его настоящее имя, которое мне удалось раскрыть. В тот момент, когда он рассматривал свой паспорт, стало ясно, что это был первый раз, когда он не прибегал к использованию поддельных документов. Реальность, долго скрытая в тени, вдруг стала ярким светом на фоне его искусно выстроенных масок.
Но с этим открытием возросло и беспокойство, ибо узнав его настоящее имя, я вступила в более глубокую игру, где правила всё ещё оставались загадкой.
Его имя: Кайто Харукава.
Также мне известно, что у него есть один близкий друг. Он помогает ему в его деяниях.
Знаете, что меня больше всего удивило? Имя его друга: Хидэки Харукава. Это значит, что он его брат, а не друг. Неужели они имеют семейное дело.
У меня всплыло недавно одно из его воспоминаний:
Там была девушка, она была красива и стройна. В ней были черты Кайто и Хидэки.
В тот вечер они с братом что-то закапывали. Оно было в большом чёрном мешке. Может быть, это был мусор, но я не могу утверждать.
Когда они вернулись в дом, то их мама спросила:
— Кайто, как всё прошло? — её лицо казалось зловещим.
— Всё прошло хорошо мамочка.
— Рада Кайто. Вы с братом хорошо постарались.
Моё сердце забилось с тревогой, когда передо мной раскрылось это воспоминание. Образ матери выглядел странно, её лицо украшала кривая улыбка, вызывающая мурашки по коже. Кайто и его брат направились в ванную, включили воду, и начали обсуждать что-то важное.
В зеркале, я увидела, что это было воспоминание из детства.
— Кайто, мне страшно. (В его голосе было дрожание, его руки сильно тряслись)
Кайто пытался успокоить брата:
— Хидэки, всё будет хорошо, я уверен. Возможно в том, что мы больше не увидим папу, нет ничего плохого.
(На этом моменте мне стало не очень понятно, что значит их «больше не увидим»)
— Но Кайто! (Он начал кричать и плакать). Мама, она, она ужасна! Как она может! Мы ведь ещё дети!
— Тише Хидэки, мама услышит. Ты ведь знаешь, она ничего плохого не хочет.
— Она лишь заботиться о нас. (Говорил Кайто с каким-то безразличием в голосе)
— Ты считаешь это заботой?! Она скидывает на нас все свои грязные дела!
— Тише Хидэки, я же говорю, если она услышит, будет плохо.
— Я же говорю, она плохая! Ты сам её боишься!
— Хидэ…
Внезапно ручка двери повернулась. И в ванну зашла мама.
— О чём вы тут разговариваете?
— Ни о чём мама.
— Не ври мне! Вы думаете, я глупа?! Ничего не слышу?! Отвечай мне!
Она начала двигаться в сторону Хидэки и Кайто.
— Нет, мама прошу! Не надо! Мы больше так не будем! (Я слышала, плачь и крики Хидэки, но не знала, что происходит, потому что Кайто закрыл глаза)
На этом моменте воспоминание закончилось.
Иногда, в моменты размышлений, я находила в себе уверенность, что Кайто — хороший человек. Но постепенно открывалась, что это лишь ловкая маска, за которой скрывается сущность, далекая от идеала. Он искусно играет роль того, кем он не является — постоянно притворяется, манипулируя окружающими и себе подобными, словно дирижёр, управляющий невидимым оркестром своих лживых персонажей.
Каждая его улыбка, каждый жест наполнены тщательно выстроенными интонациями, создающими иллюзию благородства. Но под этой иллюзией скрывается мир теней, в котором каждый эмоциональный аккорд — не более чем манипуляция.
В его исполнении реальность теряет чёткие грани, и трудно отделить настоящее от вымысла.
В один из дней я узнала, что он знает, что я внутри его. Эта была немного странная ситуация.
Вечер приносил с собой моменты, когда Кайто уединялся перед зеркалом, начиная разговор со своим отражением. В тени комнаты он обращался к зеркалу, словно общаясь с живым существом:
— Я знаю, что ты здесь! Думаешь, я не слышу?! А я слышу каждое произнесённое тобой слово.
Некоторое время в комнате висела напряженная тишина. Затем Кайто снова взял на себя роль исполнителя в этом монологе:
— Молчишь?! Сказать нечего?! Я найду тебя, любой ценой!
Эти слова, прогремевшие в тишине, казались как вызов неведомому врагу, который таится внутри него самого. В эти моменты, когда зеркало становится свидетелем его внутренней борьбы, его решимость звучит как клятва,
