на которую нельзя подтолкнуть группу. Будет вам дичь, парни!
Жизнь – это не только работа или служба в моём случае. В жизни есть быт, родители, всякие девушки… С бытом всё просто – следи за тем, чтоб холодильник не пустел или наоборот не покрывался буйной плесенью, мой посуду, делай уборку… честно говоря, подзадолбал этот быт. Но жить в грязи не готов и не обучен. Родители один раз после получения новой квартиры приехали полюбопытствовать и убедиться, что у их сына всё хорошо, а потом успокоились. Я даже подозреваю, что до этого момента они не очень верили в мои истории про службу в органах и чудесное увольнение со срочной службы. Удостоверение любой слепить сможет, а вот квартиру в столице – только мастер. Всякие девушки радовали своим разнообразием, но одновременно расстраивало, что они всякие, а не те единственные, за которых в огонь и в воду. Так бы парочку-троечку единственных я бы предпочел тем пяти всяким.
Отдельная квартира с евроремонтом привлекала внимание, даже при отсутствии такого термина как «евроремонт». Приличная радиоаппаратура была пока в мечтах, но кое-что вполне приличное, хоть и поюзанное, то есть из комиссионки у меня было и пело. А вот телевизора не было. Пожалуй, эта деталь более всего прочего удивляла гостей. А еще замок на двери подъезда. Эта фишка из будущего была принесена мной и внедрена с безжалостностью сатрапа и палача. Жильцы нашего подъезда покумекали, подумали, вспомнили, как выглядят лифты во многих многоэтажках и сообща купили новый замок, да сами его и установили. Пара избитых мной соседей, не признававших за обчеством права навязывать пролетариям свои порядки, быстро прониклась уважения. Открывать с ноги запертую дверь подъезда перестали. Особенно смешно получилось с одним из них, когда он вызвал милицию и написал заявление на меня. Через пятнадцать суток, когда он вернулся с общественно-полезных работ, дядька даже поблагодарил, что я его не упек на два года за злостное хулиганство. А то понимаешь «Мой дом тут стоял раньше, я поутру выходил ссать на крыльцо. Я и сейчас с крыльца ссать буду, из принципа! Или с балкона, ежели лень вниз идти!» За принципы не все готовы погибать.
Занятия по огневой подготовке у этой группы вел тоже я. И тоже в нетрадиционной манере. Экспериментировать, так до упора.
- Бойцы, кто из вас умеет обращаться с огнестрельным оружием, поднимите руки. – все подняли.
- Хорошо, поднимите руки те, кто занимался практической стрельбой. – две руки.
- Ладушки. Поднимите руку, кто участвовал в огневом контакте с противником. – ни одной.
- А теперь вопрос, с чего вы тогда решили, что умеете обращаться с оружием? Вам кто-то сказал или вы сами себя убедили?
- Мы офицеры, нас учили! Нормативы сдавали! Стреляли!
- Хорошо, посмотрим. Идем в тир, одевайтесь.
Вместо тира я повел группу на построенный по моим эскизам стрелковый городок с перемещаемыми препятствиями и стенами. По выражениям лиц вижу, что двое действительно знакомы с такими условиями ведения огня, Федоров и Ларкин. Улыбаются в предвкушении преимущества перед товарищами.
- У меня в руке так знакомый вам всем Макаров. А вот еще один. Курсант со славной оружейной фамилией Федоров и… а вот Скворцов пусть подходит. Размещаете оружие так, чтоб не было видно и попрыгали. – На радость, ни у кого из-под курток стволы не посыпались. – Воины, вам задача: по команде достаете оружие и делаете по выстрелу друг в друга. Кто первый нажмет на крючок до щелчка, тот и победил. Но пока обоим по штрафному очку.
- За что, товарищ Милославский?
- Взял в руки оружие, сразу проверил статус. Вы сейчас не знаете, что у вас в руках, заряженный ствол или кусок железа, которым только драться.
- Так вы заряженные не дадите.
- Это с чего?
- По технике безопасности.
- А, ну да. Начали!
Ожидаемо, Федоров отработанным движением извлек Макарова из-под куртки, снял с предохранителя, передернул затвор и не вытягивая рук выстрелил в живот Скворцова. А его товарищ к тому моменту еще только передергивал затвор, подняв оружие на уровень груди. Немая сцена – Скворцов лежит на земле скрючившись, Федоров стоит столбом, выронив пистолет, а вся остальная группа разевает рты в немом вопросе.
- Вот на такой ерунде становится видно, владеете ли вы оружием, понимаете ли, зачем оно в ваших руках. Вставай Скворцов, нечего валяться на холодной земельке. Или она тебе силушку дает богатырскую?
Морщась от боли, бедолага поднялся, не выпуская из руки изготовленное к бою оружие.
- А вот за это хвалю! Даже раненый, наш товарищ не выпустил из своих рук Макарова. Не то, что Федоров, испугался и бросил свою пукалку.
- Товарищ Милославский, что это было?
- Это был педагогический прием под названием травматический патрон. Ослабленная навеска пороха плюс резиновая пуля. Убить не убьет, но ума добавит всяким идиотам, которые считают, что Жорж Милославский за них будет печься о технике безопасности при обращении с оружием. В дальнейшем будете на полигоне убивать друг друга такими резинками. И ежели кто не выживет, значит он отсеялся.
- Чего-то крутенько, товарищ Милославский.
- Так не в бирюльки играем, братцы. По всему миру люди умирают, порой наши люди. Лучше, пусть здесь самые тупые отсеются, чем потом важные операции будут гробить.
- А такая методика с кем-то согласована?
- Рекомендую подать докладную на меня в компетентные органы. Выберите из своих товарищей любого и сдайте ему меня. А то сразу мне стуканите, я приму меры. И хорош звать меня товарищем Милославским. А то вдруг я вам не товарищ, или товарищ, но не всем. Зовите просто Жорж. И можно на «ты». Поняли? И смотрите, никаких «так точно»!
- Жорж, а почему ты сказал, что Федоров - славная оружейная фамилия?
- Хм, да уж. Дремучесть и забывчивость. Генерал Федоров – создатель первого серийного автомата. Его оружием еще в шестнадцатом году пытались вооружить Российскую армию.
- Так он Их генерал, царский?
- И наш советский тоже.
- А почему тогда никто ничего не знает про автомат Федорова? Не стрелял?
- Дорог был. Технология того времени не позволяла сделать автомат массовым оружием. Мир не дорос тогда до него. С лекцией по истории закончили. Получаем пистолеты с системами скрытого ношения. Задание на сегодня – извлечение, изготовка к стрельбе, выстрел. Кто в две секунды не уложится, будет бегать кругами. Кто застрелит товарища, будет отчислен. Федоров
