называет Запорожье островом.
Местами Патурссон непоследователен в изложении. Например, в главе XV он начинает рассказывать о своей остановке на острове Ямбург, но потом его мысль прерывается и он переходит к рассказу о коренных народах Сибири. Возможно, именно из-за этого фрагмент «Сила воображения в одиночестве полярной ночи», обозначенный в подзаголовке главы XV, так и не был написан автором. В главе XXIII автор, описывая русскую свадьбу, упоминает, что стол ломился от закусок, среди которых было и мясо, но, когда речь заходит о главных блюдах, он пишет, что русские даже на свадьбах едят «непритязательную» еду – поэтому, мол, мяса на столе не увидишь. В главе XXVII, рассказывая о рыбаках, ранее сидевших в тюрьме, он утверждает, что никто из них не родился в Сибири, а в следующих строках говорит, что один из них все-таки рожден именно там.
Очевидно, подобные несостыковки объясняются тем, что книга создавалась на основе многочисленных путевых заметок автора, накопившихся за шесть лет поездки, и автор не до конца сумел подчистить и унифицировать текст, – это, впрочем, никоим образом не умаляет его достоинств.
Книга была написана и впервые издана на датском языке, который до середины ХХ века был основным письменным языком фарерцев. Однако в одном месте (гл. ХХ) автор не удержался и употребил в кавычках фарерское слово tinganaest (совр. tinganest), означающее «гостинец», – видимо, не найдя подходящего датского аналога. В главе VII он упоминает фарерское название игры в ниточки – krágefótur (совр. krákufótur), дав лишь буквальный перевод на датский («нога вороны»), хотя в датском языке эта игра называется по- другому (kattens vugge, то есть «кошачья колыбель»).
Свои путевые заметки Патурссон опубликовал в двенадцати частях в 1900–1901 годах. В 1901 году они были выпущены единым томом под названием «Сибирь в наши дни» (Sibirien i vore dage). Датский издатель настоял на замене имени Сигерт (Sigert) на созвучное ему, но более распространенное Сигурд (Sigurd), считая, что это прибавит популярности книге доселе неизвестного молодого фарерского автора.
Несмотря на настоящий бум арктических экспедиций, охвативший мир в конце XIX – начале XX века, Сигерту Патурссону не суждено было превратиться в настоящего полярного исследователя, хотя у него и были все предпо10 сылки к этому. Однако путешествовать он не прекратил. После возвращения из России в 1895 году он посетил ряд других стран, в том числе Монголию и Египет. Впоследствии опять бывал в России, на этот раз предпочтя морозному северу теплый юг: в 1911 году на русском языке была издана его книга «Курорты Кавказа; Кавказские Минеральные Воды», а в 1912 году – «Курорты Крыма». В обоих случаях автор фигурировал под именем Сигурд О. Патурссон и Киркюбе, где последние два слова (í Kirkjubø, то есть в Чирчубёвуре) относились к его малой родине, которую фарерцы нередко отмечают в своих причудливых фамилиях.
Книга «От Фарер до Сибири» будет интересна специалистам по истории, этнографии, географии, уралистике и другим дисциплинам. Для жителей Сибири она будет познавательна как описание жизни и быта их недавних предков, живших почти 130 лет назад. Не менее интересна она и для обычного читателя, ищущего в книге не скучных информационных выкладок, а приключений – их в произведении Патурссона тоже представлено с избытком, причем не выдуманных, а пережитых им самим в реальности. И, наконец, выход этого произведения будет приятным подарком как россиянам, интересующимся Фарерами, так и друзьям России с Фарерских островов.
А. С. Мельников
Хронология путешествия Сигерта Патурссона
Июнь 1889 – май 1890: начало путешествия (Фарерские острова – Шотландия – Швеция – Финляндия – Санкт-Петербург – Москва – Самара – Уфа – Екатеринбург – Тюмень)
Май – август 1890: Тюмень – Тобольск – Самарово – Обдорск – Обская губа – Тазовская губа
Август – октябрь 1890: проживание на острове Находка в Тазовской губе
Ноябрь 1890 – январь 1891: Нейве-Сале – Южный Таз
Январь – февраль 1891: попытка достичь Новой Земли. Возвращение на Южный Таз
Февраль – май 1891: Гыданская губа – полуостров Таймыр – возвращение на Южный Таз
Лето 1891: Тазовская губа
Осень 1891: полуостров Ямал
Ноябрь 1891 – январь 1892: Сургут, Тундрена. Отъезд в Тобольск
Февраль 1892: Тобольск
Февраль 1892 – июнь 1893: Тюмень
Февраль 1893 – поездка в Ирбит на ярмарку
Июнь 1893: Тюмень – Тобольск – Самарово – Тундрена – Сургут – Томск
Лето 1893 – март 1895: Томск и окрестности
Март – май 1895: Томск – Барнаул – Бийск – Барнаул – Томск
Июль 1895: Томск – Мариинск – Ачинск – Енисейск – Красноярск – Иркутск
Июль – сентябрь 1895: Иркутск – Ангара – Енисейск – Туруханск – Гольчиха – Енисейский залив
Сентябрь – ноябрь1895: Енисейский залив – Северный Ледовитый океан – остров Белый – остров Вайгач – остров Вардё (Норвегия) – Тромсё – Олесунн – Ньюкасл (Великобритания) – Лондон – Копенгаген – Фарерские острова
Сигерт О. Патурссон (1869–1931)
Глава I
Из Фарер в Россию
Прощание с Фарерами. – Курс на Торсхавн. – В Шотландии. – Любопытные датчане. – Путешествую по Швеции. – Разговариваю в Емтланде по-фарерски. – Изучение русского языка в Стокгольме. – Проблемы с таможней в Санкт-Петербурге. – Москва. Башня Ивана Великого. – Из Москвы в Самару, а затем в Уфу
Это случилось погожим июньским утром 1889 года. Я в последний раз поцеловал семью и друзей, окончательно с ними попрощавшись. После этого я отправился на пароме до Торсхавна[3], где должен был сесть на почтовое судно. Величественная фарерская природа казалось мне красивее, чем когда-либо ранее. На черных, как уголь, горах, возвышавшихся над зеленой равниной, где находился мой дом, золотое сияние солнца встречалось с каплями воды, которые делали цвет скал еще чернее. Подобно тому как сверкает и светится дорогая шкура черной лисы, когда шевелятся ее отдельные волоски, или как сияют драгоценные камни в оправе, так в это утреннее время светила и сияла обрывистая гора над пещерой Сверрахола[4]. Море блестело как зеркало, цветы распустили свои лепестки, через фьорд слышались крики куликов, из выси небесной синевы доносились песни жаворонков, а над морем крупными стаями пролетали кайры.
Мое восемнадцатилетнее сердце застучало необычным образом, когда в глубине души зародилось новое, ранее неведомое чувство – тоска по дому как неотъемлемая часть любви к родине.
Но мне нужно было отправляться в путь. И когда пароход «Тюра» после полудня поднял якорь, я,
