Читаем без скачивания Не тряси родословное дерево - Дональд Уэстлейк

Что касается прошлого мистера Фаулкса, то он рассказал мне о себе с самого начала. Вырос он в довольно обеспеченной семье на севере штата Нью-Йорк, занимался скупкой и перепродажей акций в городе Олбани, но теперь отошел от дел. Овдовел он шесть лет назад и, поскольку его первый брак не был благословлен детьми, остался совсем один.

Следующие три месяца я провела очень активно. Мистер Фаулкс — Геральд — водил меня повсюду: в музеи, на концерты и, когда мы познакомились получше, даже в театр. Предупредительность и внимание он проявлял постоянно, и мы встречались почти каждый день.

Мои собственные генеалогические исследования все это время, разумеется, не продвигались вперед ни на шаг. Не хватало времени, да и мысли мои постоянно занимал Геральд. Где уж тут заниматься давно ушедшими в мир иной родственниками. Обещавшие интересную информацию наводки из «Генеалогического обмена» так и остались без расследования, поскольку я не написала ни одного письма. И хотя после моего объявления в «Обмене» мне пришло много писем, они все лежали нераспечатанными в ящике моего стола. И пока ухаживание продолжалось, все оставалось по-прежнему.

Через три месяца Геральд сделал мне предложение.

— Я уже не молод, Генриетта, — сказал он, — не особенно красив (на мой взгляд, он был очень красив) и даже не очень богат, хотя на оставшиеся мне годы я сберег достаточно. Я мало что могу предложить тебе, кроме самого себя, своей скромной компании и заверения в том, что я всегда буду рядом.

Какое великолепное предложение! Прожив девять лет вдовой и даже в мечтах не представляя себя снова женой, вдруг получить такое красивое предложение, да еще от столь обаятельного джентльмена!

Я сразу дала согласие и тотчас же позвонила Тому, чтобы сообщить ему радостное известие. Том и его жена Эстелла устроили для нас праздничный обед, а затем мы принялись за планы на будущее. Пожениться мы решили через три недели. По-вашему, слишком скоро? Да, пожалуй, но никаких причин ждать дольше у нас не было. Медовый месяц решили провести в Вашингтоне, округ Колумбия, где живет мой старший сын Роджер. У него весьма ответственная работа в Государственном департаменте. А после мы собирались вернуться в Бостон и поселиться в милом старинном доме на Бикон-Хилл. Прежние хозяева продавали дом, и мы решили его приобрести.

Планы! Приготовления! Как заполнены были мои дни, совсем недавно еще такие пустые!

Почти всю последнюю неделю я потратила на подготовку к отъезду с квартиры на Ньюбери-стрит. Мебель должен был перевезти Том, пока мы с Геральдом будем в Вашингтоне, но мне предстояло упаковать все вещи, и я энергично принялась за дело.

В конце концов я добралась и до своего письменного стола, где лежали забытые мои генеалогические труды. Я села за стол, чувствуя себя немного усталой, потому что с раннего утра и до самого вечера занималась делами, и решила хотя бы привести бумаги в порядок, прежде чем все упаковать. Сначала я занялась почтой, накопившейся за последние три месяца.

Всего пришло двадцать три письма. В двенадцати из них у меня запрашивали информацию о различных семействах из моей родословной, упомянутых в том объявлении, что я отправила в «Обмен», в пяти предлагали информацию мне, и еще шесть касались Юфимии Барбер. Поскольку именно Юфимия Барбер познакомила нас с Геральдом, я решила эти письма прочесть целиком.

И тут меня ждало ужасное потрясение. Я прочла все шесть писем, потом долго сидела за столом без сил, глядя куда-то в пространство и осмысливая чудовищную картину, вырисовывающуюся перед моим внутренним взором. Никаких сомнений в правдивости этой картины у меня уже не осталось, абсолютно никаких.

Судите сами. Вот что я знала до того, как прочла письма о Юфимии Барбер: Юфимия Стоувер родилась в 1765 году в городе Салем, штат Массачусетс. В 1791 году она вышла замуж за Джейсона Барбера, вдовца из города Саванна, штат Джорджия. Через два года, в 1793-м, Джейсон умер от расстройства желудка. Тремя годами позднее Юфимия появилась в Виргинии и вышла за Джона Андерсона, также вдовца, который умер в 1798 году от расстройства желудка. В обоих случаях Юфимия продала собственность покойных мужей и уехала.

А вот что добавили к моим знаниям письма:

От миссис Уинни Мэй Катберт из Далласа, штат Техас: через два года после смерти Джона Андерсона, в 1800 году, Юфимия Барбер появилась в Харрисбурге, штат Пенсильвания, и вышла замуж за Эндрю Катберта, вдовца и преуспевающего торговца провиантом. Эндрю умер в 1801 году от расстройства желудка. Вдова продала его магазин и уехала.

От мисс Этель Саттон из Луисвилля, штат Кентукки: в 1804 году Юфимия Барбер вышла замуж за Самюеля Николсона, вдовца и преуспевающего владельца табачной плантации. Сэмюель Николсон умер в 1807 году от расстройства желудка. Вдова продала его ферму и уехала.

От миссис Изабеллы Паджетт из Конкорда, штат Калифорния: в 1808 году Юфимия Барбер вышла замуж за Томаса Нортона, в те годы мэра Доувера в штате Нью-Джерси и вдовца. В 1809 году Томас Нортон умер от расстройства желудка.

От миссис Луэллы Миллер из Бикнелла, штат Ута: в 1811 году Юфимия Барбер вышла замуж за Джонаса Миллера, вдовца и состоятельного судовладельца из Портсмута в штате Нью-Гэмпшир. В том же году Джонас Миллер умер от расстройства желудка. Вдова распродала его собственность и уехала.

От миссис Лолы Хопкинс из Ванкувера, штат Вашингтон: в 1813 году на юге Индианы Юфимия Барбер вышла замуж за Эдварда Хопкинса, фермера и вдовца. Эдвард Хопкине умер в 1816 году от расстройства желудка. Вдова продала ферму и уехала.

От мистера Роя Камби из Канзас-Сити, штат Миссури: в 1819 году Юфимия Барбер вышла замуж за жителя Канзас-Сити Стенли Татчера, владельца речной баржи и вдовца. Стенли Татчер умер от расстройства желудка в 1821 году. Вдова продала его собственность и уехала.

Доказательств более чем достаточно. Интервалы без дат могли просто означать, что смертоносным чарам Юфимии Барбер поддались еще несколько вдовцов, среди чьих потомков не оказалось любителей генеалогии. Кто знает, сколько мужей она убила? Ведь речь шла о настоящих убийствах, жестоких убийствах ради наживы. Я располагала сведениями о восьми преступлениях, но не исключено, что она совершила еще восемь или еще восемнадцать. Кто может знать так много лет спустя, сколько раз Юфимия Барбер безнаказанно убивала?

Непостижимая женщина. Все ее мужья — в прошлом вдовцы — были людьми одинокими, которых эта коварная женщина наверняка могла увлечь. Она охотилась за вдовцами и вдовой покидала их всех.

Геральд.

Я уверенно оттолкнула возникшую вдруг мысль. Этого не может быть, в этом нет ни зернышка правды.

Но что я знала о Геральде Фаулксе, кроме того, что он сам мне рассказал? И ведь я сама вдова, одинокая, способная увлечься. И тоже неплохо обеспеченная.

Люди говорят: «Куда отец, туда и сын». Но возможно ли, чтобы то же самое относилось и к пра-пра-пра-пра-правнуку?

Ужасно было даже думать так о Геральде. И все же я не могла выбросить эту мысль из головы. В конце концов я решила, что мне ничего не остается, кроме как попытаться подтвердить те его биографические данные, с которыми он меня познакомил. Если сказанное им окажется верным, то он не может быть извергом, которого я себе вообразила.

Он говорил, что долгое время работал на бирже в Олбани. Я тут же позвонила старому другу первого мужа, маклеру в Бостоне, и спросила, не может ли он узнать для меня, занимался ли в Олбани акциями последние пятнадцать-двадцать лет человек по имени Геральд Фаулкс. Он сказал, что легко это выяснит при помощи каких-то справочников и позвонит мне. Позвонил и ошарашил известием: Геральда Фаулкса нет ни в одном справочнике.

Я все еще отказывалась верить. Надев пальто и шляпу, я вышла из дома и отправилась прямиком в телефонную компанию, где после долгих полуправдивых объяснений насчет генеалогических исследований мне удалось убедить одну из сотрудниц поискать для меня старую телефонную книгу города Олбани.

Геральд Фаулкс не числился ни в первом указателе, ни в разделе «Акции и ценные бумаги».

Итак, все правда. Я легко могла представить себе метод Геральда. Созрев для очередной жертвы, он принимался искать в том или ином генеалогическом журнале кого-нибудь, с кем у него в прошлом обнаруживались общие предки. Затем он знакомился с этой женщиной, быстро определял, вдова ли она, подходит ли она ему по возрасту и располагает ли достаточно большим счетом в банке, после чего начиналось ухаживание.

Надо полагать, он впервые совершил ошибку, использовав в качестве посредницы Юфимию Барбер. Я сомневаюсь, что он представлял себе, что идет по ее следам. И наверняка никто из шестерых, написавших мне о ней, не мог догадаться об истинной роли Юфимии Барбер в судьбе их далеких предков, поскольку все они знали только об одном ее браке и об одной смерти.