Остановились в каком-то дворе по пути к ближайшему проспекту. Денис положил руку на подголовник сидения и наклонился ко мне.
— Да, я тоже нервничаю, — интимно прошептал в ухо. — Только ты не о том подумала. Знаешь, мы свободные мужчины бываем такими голодными. Не хочу тебя разочаровать.
По его тону не очень поняла, шутит он или издевается. Или просто уговаривает меня. Повернула голову и практически уткнулась в его соблазнительные губы. Мы уже целовались однажды. Не на последней встрече, а после того самого ужина. Тогда как-то все само собой получилось — спонтанно, безумно, внезапно. До сих пор схожу с ума, когда вспоминаю. А потом как-то не сладилось больше. Да и негде было, не в офисе же.
Денис медленно облизнул нижнюю губу, подхлестывая мой пульс. Как же хочется, чтобы прикоснулся.
— Лена, поехали ко мне. Останови, когда захочешь. Или не останавливай. Только не уходи вот так.
И вот теперь он поцеловал меня. Медленно, прочувствованно, тягуче. Лучшего приглашения и не надо было, но когда Денис отстранился, восстанавливая дыхание, поняла, что ждет ответа. Внимательно посмотрела в глаза с широкими зрачками, на чуть хищные губы, яркие после наших ласк. И у самой лицо горит и безумно хочется продолжения… Но я вдруг, как никогда прежде, ясно поняла — обратной дороги уже не будет. Для меня не будет. И честно, секс с боссом — не самый разумный выбор.
Глава 2.
Денис, 4 месяца назад
Командировка началась не лучшим образом. Странно, постоянно езжу и все не привыкну. Город крупный, лето только началось, филиал не такой уж запущенный — что еще нужно? Знаю, что, только вот признаться себе в этом боюсь. Надоела такая жизнь — хочется стабильности, чтобы кто-то ждал. Я ведь даже собаку не могу завести с такой работой. Хотя генеральный уже вроде и намекает, что хватит ездить. Сказал, найдет место потеплее в головном офисе. Ответил, что подумаю, а сам затосковал. Перестану уезжать из Москвы, а дома все так же пусто и одиноко будет. Нет, не то чтобы я постоянно страдал по этому поводу — свободная, разгульная жизнь чаще всего меня абсолютно устраивала. Особенно в плане женщин — хочешь блондинка, хочешь брюнетка, нужна рыжая — не проблема. С моей зарплатой в принципе можно быть и уродом, но и тут повезло — женщины считают меня вполне привлекательным. Поэтому с подружками на ночь проблем никогда не было. Но последнее время мысль о том, что устал возвращаться в пустую квартиру, тяготит все сильнее. Еще в самолете решил, что эта поездка станет последней. Вернусь домой и займусь охмурением какой-нибудь сексуальной студенточки. Разумеется, с прицелом, что учебу она забросит и засядет дома гладить рубашки, варить борщи и рожать детей. Не так уж мне все это и нужно, в общем-то. Со стиркой отлично справляется прачечная, борщ я не люблю. Да и супы ем крайне редко, предпочитаю стейки — ресторанов в Москве, к счастью, предостаточно. А дети… Ну пора уже наверное, под сорок все-таки. Жилье есть, возможность кормить, одевать, учить, развивать — тоже. Так чего тянуть? Студентки, они все примерно одинаковые. Надо просто выбрать ту, которую захочется больше чем однажды по пьяни после клуба. Кстати, таких связей у меня что-то давненько не было — старею, видимо.
Самарский филиал порадовал разнообразием красавиц, люблю работать в окружении женщин. Тем более точно знаю, они будут наизнанку выворачиваться, лишь бы обратить на себя мое внимание. А чем этого можно добиться? Только отличными результатами работы, чтобы руководство с восхищением гладило меня по шерсти.
В мой первый рабочий день здесь произошло одно недоразумение — на совещание не явилась начальник отдела аналитики. Что-то там с ребенком, какие-то семейные проблемы — даже вникать не стал. Велел вызвать со всеми отчетами, как только появится. И она появилась, сразу же после обеда. Елена Родионова — глаза опущены, бледная, испуганная. Похоже, секретарь преувеличила степень моего раздражения по поводу ее прогула.
— Добрый день, Денис Витальевич. Вызывали? Я принесла все отчеты, которые вы просили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Проговорила едва слышно, а глаза не поднимает, смотрит в пол, в руках сжимая приличную стопку бумаг. Тяжело ей, наверное.
— Присаживайтесь, Елена Владимировна.
Кивнул ей на кресло напротив себя, а сам откинулся на спинку, разглядывая подчиненную. Ничего особенного — светлые волосы собраны в пучок, минимум косметики, летний брючный костюм невыразительного пастельного цвета, балетки и бесцветный лак. Слишком много женщин у меня было, некоторые вещи я выхватываю с одного взгляда. На безымянном пальце кольцо, замужем. Ну и ребенок, насколько я понял.
Женщина суетится около моего стола, раскладывая папки в нужном порядке. Делает это сосредоточенно и молча, будто боится ошибиться, перепутать. На меня все так же не смотрит, а вот я уже разглядел все, что хотел.
— Что у вас случилось, Елена Владимировна? — она замирает, не открыв очередную папку. — Почему вы так задержались сегодня?
Сам не понимаю, зачем спросил. Не интересны мне проблемы сотрудников. Мне их работоспособность и результативность нужны, а не оправдания.
— Не с кем было оставить ребенка. Садик сегодня закрыт, там обработка какая-то, — затараторила, быстро заканчивая раскладывать бумажки передо мной. — И вот… Все заняты, никто не смог посидеть с самого утра.
Она устало опустилась в предложенное кресло, будто выдохлась. Переплела пальцы и сжала до белизны.
— Я понимаю, вы не в восторге от подобного. Очень постараюсь, чтобы этого больше не повторилось. Руководство в курсе моей ситуации и всегда снисходительно относилось ко мне, ведь я вышла из декрета значительно раньше, чем положено. Я обязательно задержусь сегодня и все сделаю.
— Сколько ребенку?
— Два с половиной.
За все это время она так и не посмотрела на меня. Это начинает раздражать.
— Не надо задерживаться — никаких срочных задач пока нет. Мне нужно подробно ознакомиться со всеми отчетами. Наверняка появятся вопросы, я вас вызову. А пока идите работайте, а потом домой, к семье.
— Спасибо, Денис Витальевич.
Елена Владимировна стремительно сбежала из моего кабинета, оставив почти неуловимый запах тонких духов. Остаток дня он сопровождал меня — кажется, все документы из отдела аналитики пропитались. Возможно, благодаря этому я никак не мог выкинуть ее из головы. В воспоминаниях Родионова и мои впечатления от нашей встречи обретали подозрительно иные акценты. Костюм из невыразительного стал нежно-мятным, скучный пучок превратился в строгую деловую укладку, неброский макияж — в признак сдержанности и стиля, а страх перед новым начальником — в милую застенчивость. К вечеру это уже не просто раздражало, а прямо-таки сводило с ума. Голова разболелась — и от мыслей, и от запаха духов. Еще полчаса храбрился и пытался вчитываться в отчеты, но буквы разбегались перед глазами. Оставил секретарю записку со списком срочных дел на утро и отправился искать ужин.
Поиск приличных ресторанов в новом городе — всегда та еще головная боль. Тут и отзывы не помогут, только удача. Выбрал ближайший к офису паб, забил маршрут в навигатор и поехал навстречу вечерним приключениям. День выдался тяжелый — нужно развеяться.
Отвлечься не получилось, поужинал и домой спать. Сил на охмурение партнерши на ночь просто не было. Да и не увидел никого привлекательного в ресторане. Зато хоть мысли о подчиненной выветрились. Вернулись, впрочем, они уже к обеду — вопросов по отчетам накопилось столько, что ковыряться дальше без пояснений просто бессмысленно. Но вопреки моим ожиданиям, начальника отдела аналитики снова не оказалось на месте. Тогда я вызвал директора филиала и потребовал от него объяснений.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Понимаете, Денис Витальевич, у Елены Владимировны довольно сложная ситуация. Ребенок маленький, а помощников нет. В принципе, это распространено среди молодых мам, и я не считаю это поводом ставить на сотруднике крест.
— Если честно, не очень понимаю, — хотя и всерьез задумался об услышанном. — Лев Леонидович, а вам не кажется, что филиал оказался в таком тяжелом финансовом положении именно из-за вашей политики в области персонала?
