Соизмерим ли с этим количеством энергии какой-либо из источников энергии, которым мы располагаем или надеемся овладеть в будущем?
Говоря об энергетике, в первую очередь всегда вспоминают испытанные источники энергии — ископаемые топлива: уголь, нефть, газ. Запасы их ограничены. Разведанных запасов хватит на обеспечение человечества не более, чем на 1000 лет. Энергия, содержащаяся в ископаемых топливах, не может идти ни в какое сравнение с энергией вращения Земли.
Энергия распадающихся ядер урана и тория — великая надежда человечества. Количество этих элементов в земной коре таково, что заключенная в их ядрах энергия превосходит энергию всех запасов ископаемых топлив примерно в двадцать раз. Но и это ничтожно мало по сравнению с энергией вращения Земли.
В настоящее время ученые всего мира напряженно борются за управление термоядерными реакциями. Овладение ими позволит использовать в качестве ядерного горючего в первую очередь один из изотопов водорода — дейтерий, а затем, вероятно, и другие легкие элементы — литий и обычный водород.
Но и энергии термоядерной реакции дейтерия — его содержится в воде рек, озер, морей и океанов колоссальное количество — около 25 миллиардов тонн — уже достаточно, чтобы человечество почувствовало себя в силах изменить в случае необходимости направление земной оси. Ибо эта энергия примерно в 300 тысяч раз превосходит энергию вращения Земли.
Таким образом пессимистический вывод Жюля Верна о невозможности управления движением земного шара не кажется непререкаемым с точки зрения современной науки и, может быть, будет опровергнут практическими делами человечества, хотя и не в ближайшем будущем.
2
Интересно, что, рассказывая о инженерных деталях предприятия членов Пушечного клуба, Жюль Верн интуитивно предугадывает целый ряд явлений, которые стали реальностью только после первых атомных взрывов.
Вспомним описание гигантской пушки, врезанной в толщу горы Килиманджаро. Ее заряд весом в две тысячи тонн, состоящий из фантастического взрывчатого вещества — «мели-мелонита», должен был при выстреле сообщить ядру весом в 180 тысяч тонн скорость в 2800 километров в секунду. Простой расчет показывает, что энергия, которая сообщается при этом ядру, равна энергии взрыва гигантской термоядерной бомбы с тротиловым эквивалентом, равным двум миллиардам тонн. Это в сто раз больше самого мощного водородного взрыва, осуществленного на земле людьми, и примерно в двадцать раз больше энергии взрыва вулкана Кракатау, происшедшего в 1883 году в Индонезии.
Таким образом фантастический выстрел Жюля Верна соответствует еще не осуществленным, но теперь уже вполне реальным возможностям современной атомной техники.
Соответствие имеется и в другом отношении. Можно рассчитать, что если бы для выстрела, описанного у Жюля Верна, была бы применена такая атомная взрывчатка, какая содержалась в американских бомбах, сброшенных на японские города Хиросима и Нагасаки в 1945 году, и взрыв произошел бы с тем же коэффициентом использования, то заряд пушки должен был бы равняться примерно трем тысячам тонн. Это почти совпадает с весом заряда, названным у Жюля Верна. Жюль Верн интуитивно предугадал не только масштаб энергии выстрела, но и возможную степень концентрации энергии во взрывчатых веществах будущего.
При всяком выстреле возникают две мощных воздушных волны — дульная волна, образуемая пороховыми газами, выходящими из ствола пушки, и баллистическая волна, образуемая самим снарядом. Эти волны при таком мощном выстреле, какой описан у Жюля Верна, должны были бы по своему действию соответствовать ударной волне сверхмощного водородного взрыва. О действии такой волны и говорится у Жюля Верна в целом довольно правдоподобно, хотя эффект преуменьшен заметно. Например, сказано, что на расстоянии трех километров от пушки волна свалила, но не убила людей. Это слишком оптимистично. При таких условиях люди несомненно были бы уничтожены. Однако дальнейшее описание действия волны на целую страну и на корабли в прилегающем проливе довольно близко к тому, что следовало бы ожидать на основе современных наших знаний.
3
Ну, а могло ли бы существовать такое орудие, какое описано в романе? На этот вопрос надо ответить отрицательно. Для управления движением своей планеты человек должен будет применить иные методы, а не выстрел из сверхорудия.
Прежде всего выделение в стволе пушки огромной энергии неизбежно должно было бы привести к появлению давлений в миллиарды атмосфер и температур в миллионы градусов. Пушка при таких условиях была бы разрушена раньше, чем из нее вылетел бы снаряд.
Кроме того, земной шар нельзя рассматривать в целом как абсолютно прочное, твердое тело. Огромное давление вышележащих слоев приводит к тому, что внутренняя часть земного шара должна в некоторых отношениях напоминать жидкость. Поэтому возможно некоторое движение верхних слоев земной коры относительно внутреннего ядра. Поэтому всякий достаточно сильный толчок, осуществленный в какой-то точке на поверхности Земли, должен был бы привести не только к изменению движения Земли в целом, но и к ее деформациям весьма сложного характера. Ставя задачу управления движением Земли, люди будущего должны будут заботиться о том, чтобы не сломать его хрупкий механизм.
Возможно, через много миллиардов лет перед человечеством встанет необходимость изменить положение своей планеты. Чем может быть вызвана такая необходимость, тем ли, что ослабнет свет нашего неистощимого сегодня Солнца, или другими причинами, это не играет роли. Важно другое — эту задачу они, люди будущего, безусловно смогут выполнить.
Однажды на страницах журнала "Техника молодежи" мне пришлось для пояснения возможностей термоядерной энергетики выдвинуть мысль об управлении движением земного шара в космическом пространстве. При выявлении технических путей осуществления такой задачи оказалось, что удобнее всего расположить гигантский ядерный реактивный двигатель или группу таких двигателей где-либо около одного из полюсов земного шара, создав там один или несколько кратеров, которые будут играть роль камер сгорания и сопел двигателей. На дне этих кратеров, вероятно, будет целесообразно наморозить толстый слой льда и над ним уже произвести взрыв. Повторяя такие взрывы, можно будет создать тяговое усилие в миллиарды тонн и сдвинуть Землю с ее вековечной орбиты.
…Конечно, от первых атомных электростанций, свидетелями появления которых мы являемся сегодня, до этого атомного реактивного двигателя, который сможет превратить нашу планету в искусственно управляемый космический корабль, — тысячелетия развития человеческого гения. Но ничего невозможного в этом нет. Настанет время, и человек возьмет в свои руки управление движением своей планеты в космическом пространстве.
Проф. Г. И. Покровский
ПЛОВУЧИЙ ОСТРОВ[2]
Роман "Пловучий остров" был опубликован в 1895 году с иллюстрациями художника Леона Бенетта на страницах "Журнала воспитания и развлечения" и в том же году вышел отдельным изданием в двух томах. В оригинале роман озаглавлен "L'Ile a helice", что значит буквально "Остров на гребных винтах".
Жюль Верн работал над этим произведеннем в 1894 году, постоянно консультируясь со своим братом Полем Верном — капитаном дальнего плавания.
"Я скоро прибегну к твоей помощи, чтобы довести до конца "Пловучий остров", дружище Поль, — писал ему Жюль Верн 5 июня 1894 года. — Первый том уже закончен, второй будет готов через три месяца. Как ты считаешь, можно ли его (то есть пловучий остров. — Е. Б.) теоретически вести без руля, с помощью системы гребных винтов по левому и правому борту, приводимых в действие динамомашинами в миллионы лошадиных сил? Можно ли в конечном счете при медленном плавании заменить руль винтами?"
В другом письме от 8 сентября того же года Жюль Верн сообщает брату, что роман уже отдан в печать: "Дружище Поль! Я тебе посылаю сегодня первый том "Пловучего острова" в корректурных листах. Жюль Этцель,[3] который приезжает ко мне каждые две недели, чтобы поговорить о делах и литературе, сказал мне: "Это необыкновенно оригинальная вещь, вы проявили удивительную смелость мысли и превзошли самого себя". Ты сам можешь судить, справедлива ли такая оценка.
Во втором томе, полном разными событиями, ты увидишь, к каким последствиям приведет положение вещей, о которых шла речь в первом томе. Исправь гидрографические ошибки, если таковые встретятся. Если ты их обнаружишь в водоизмещении острова, его тоннаже, лошадиных силах, то укажи мне правильные числа… Повторяю тебе, что, по моему мнению, второй том "Пловучего острова" более любопытен, чем первый, благодаря своему юмористическому характеру. Здесь все будет соответствовать современным фактам и нравам, но ведь я прежде всего романист, и мои книги всегда будут казаться выдумкой".
