А потом особый агент Маккормак высказал поразительное откровение. Он тоже читал письма редактору, поэтому теперь обратился к автору предупреждений с призывом поговорить. Полицейские будут рады выслушать его. Будут рады помочь.
К началу одиннадцатичасового выпуска новостей спасательные отряды прибыли на реку Саванна, и подозреваемый наконец получил прозвище. Журналисты вещательной компании «Фокс» окрестили его Экокиллером. Этот сумасшедший наверняка считал, что, убивая женщин, спасает планету. Он не был Джеком Потрошителем.
Мужчине хотелось наорать на них. Крикнуть, что они ничего не понимают. Но что он мог сказать? Он смотрел телег новости. Одержимо вырезал из газет статьи. Посетил бдение при свечах, устроенное обезумевшими родителями несчастной Тамары Макдэниелз – девушки, которую последний раз видели в узкой черной юбке и туфлях на платформе.
Тела на сей раз не нашли; река Саванна редко возвращает то, что взяла.
Однако двухтысячный год еще не кончился.
Июль. Температура превышала сорок градусов в тени. И две сестры, Мэри Линн и Нора Рей Уоттс, поздно вечером отправились поесть с подругами мороженого. Обе исчезли где-то на темной петляющей дороге, ведущей к дому.
Мэри Линн нашли два дня спустя возле триста первой автомагистрали. Температура в тот день приближалась к сорока градусам. В горле мертвой девушки оказалась коричневая ракушка, покрытая тонкими полосками. Ноги были испещрены стебельками травы и грязью.
Полиция хотела скрыть эти детали, как и многие другие раньше. Их снова разгласил кто-то из служащих судмедэкспертизы.
И наконец люди узнали, что было известно полиции – что предполагал мужчина – в течение прошедшего года. Почему первую девушку Экокиллер всегда оставлял у большого шоссе, где ее легко было найти. Для чего ему вообще были нужны две девушки. Первая представляла собой просто-напросто реквизит, необходимое для игры орудие разового использования. Она была картой. Истолкуй указания правильно, и, возможно, найдешь вторую девушку еще живой. Если будешь действовать быстро. Если жара не убьет ее раньше.
На поиски отправились опергруппа и бригада журналистов; особый агент Маккормак объявил в теленовостях, что, поскольку на теле Мэри Линн обнаружены морская соль, стебельки спартины и болотная улитка, он санкционировал всеохватывающий поиск на трехстах семидесяти восьми тысячах акров соленых болот Джорджии.
«Но в каком районе, идиоты? – написал мужчина в своем альбоме для вырезок. – Вы должны бы уже получше понимать этого человека. Часы тикают!»
«У нас есть основания полагать, что Нора Рей еще жива, – объявил особый агент Маккормак, как уже объявлял однажды. – И мы вернем ее домой».
«Не давай обещаний, которых не можешь исполнить», – написал в альбоме мужчина. Однако наконец он ошибся.
Последняя вырезка в набитом альбоме: «27 июля 2000 года. Нора Рей Уоттс извлечена полуголой из трясины одного из соленых болот Джорджии. Восьмая жертва Экокиллера продержалась пятьдесят шесть часов при сорокаградусной жаре, под палящими лучами солнца, в едкой соли, потому что жевала спартину и обмазалась защитным слоем грязи. Теперь на газетной фотографии видно, как ее, целую и невредимую, полную жизни, вертолет береговой охраны поднимает в голубое-голубое небо».
Полицейские в конце концов поняли эту игру. В конце концов одержали верх.
Вот и последняя страница альбома. Ни новых вырезок, ни фотографий, ни расшифровок вечерних «Новостей». На ней мужчина вывел четким почерком всего четыре слова: «Что, если я ошибаюсь?»
И подчеркнул их.
Двухтысячный год кончился. Нора Рей Уоттс выжила. И Экокиллер нападений больше не совершал. Год за годом наступало и проходило лето. Жаркие месяцы мучили добропорядочных обитателей Джорджии немилосердным зноем и неотвязным страхом. Но ничего не случалось.
Три года спустя «Атланта джорнэл конститьюшн» вернулась к той теме. В ответ на расспросы о семи нераскрытых убийствах, о трех летних периодах парализующего страха особый агент Маккормак ответил: «Наше расследование не окончено».
Мужчина не вклеил в альбом эту статью. Он скомкал ее и швырнул в мусорную корзину. Потом пил до глубокой ночи.
«Все позади, – говорил он себе. – Все позади, я в безопасности, это ясно как дважды два – четыре».
Но в глубине души сознавал, что ошибается. В ряде случаев нет проблемы «если», есть только проблема «когда»…
Глава 1
Квонтико, штат Виргиния15 часов 39 минут. Температура 35 градусов
– Господи, ну и жарища. Кактусы не выдержали такого зноя. Пустынные скалы тоже. Уверяю тебя, именно это и произошло перед тем, как на Земле исчезли динозавры.
Никакой реакции;
– Ты всерьез считаешь, что оранжевый-это мой цвет? – снова завела разговор сидевшая за рулем.
– «Всерьез» – это преувеличение.
– Ну, красное тоже идет не всем.
– Верно.
– Знаешь, это пекло прямо-таки убивает меня! —У Алиссы Сэмпсон, начинающего агента ФБР, лопнуло терпение. Она подергала свой костюм семидесятых годов из полиэстера, тщетно пытаясь добиться движения воздуха под ним, стукнула ладонью по рулю и раздраженно вздохнула. Снаружи было тридцать пять градусов, в «букаре», видимо, за сорок. Погода для костюмов из полиэстера не самая подходящая. Собственно говоря, и роль бронежилетов они выполняли не слишком хорошо. Под мышками у Алиссы расплывались ярко-оранжевые пятна. Пахший нафталином костюм в красно-розовую клетку начинающего агента Кимберли Куинси выглядел немногим лучше.
Улица, где стояла машина, была тихой. Ничего не происходило ни в бильярдной, ни в городском пассаже, ни в закусочной. Минута шла за минутой. Секунды тянулись медленно, как скользящая по щеке Кимберли капля пота. Над ее головой находилась пристегнутая к потолку, но в любую минуту готовая к стрельбе винтовка «М-16».
– Вот о чем никогда не скажут в век диско, – проворчала Алисса. – Полиэстер не дышит. Господи, да что там у них?
Алисса заметно нервничала. До поступления в бюро она была бухгалтером в суде, и ее высоко ценили за укоренившуюся любовь ко всему напоминающему ведомость. Дай ей компьютер, и она почувствует себя в раю. Однако тут была не укромная контора, а боевое дежурство.
Теоретически уже вот-вот должна была появиться черная машина со здоровенным, вооруженным до зубов предполагаемым торговцем оружием. В машине он мог оказаться не один. Кимберли, Алиссе и еще трем начинающим агентам следовало остановить машину и арестовать всех, кто находился в ней.
Руководил операцией Фил Лехейн, бывший нью-йоркский полицейский, который имел наибольший опыт работы на улице. Том Скуайр и Питер Винс находились в первой блокирующей дорогу машине, Алисса и Кимберли – во второй. Кимберли и Том, как хорошие стрелки, были вооружены винтовками. На Алиссу с Питером возлагалось тактическое вождение, для самозащиты у них были пистолеты.
В лучших традициях ФБР они были не только проинструктированы и одеты для этого ареста, но и прошли предварительную тренировку. Однако на репетиции Алисса споткнулась, вылезая из машины, и при падении ударилась лицом. Верхняя губа ее распухла, в правом уголке рта темнела засохшая кровь.
Раны Алиссы были поверхностными, однако ее донимало беспокойство.
– Сколько можно ждать, – ворчала она. – Он должен был появиться у банка в четыре. Сейчас десять минут пятого. Небось и не выехал еще.
– Опаздывают люди.
– Специально, чтобы поиграть у нас на нервах. Разве ты не злишься?
Кимберли наконец взглянула на партнершу. Нервничая, Алисса становилась болтливой. Кимберли– немногословной и резкой. В последние дни она почти все время была такой.
– Когда появится, тогда и появится. А теперь помолчи!
Алисса плотно сжала губы. На миг в ее светло-голубых глазах что-то вспыхнуло. Гнев? Обида? Смятение? Трудно сказать. Кимберли была одной из женщин в управляемом мужчинами бюро, поэтому ее грубость казалась почти кощунством. Им полагалось поддерживать друг друга. Женская власть, женская солидарность и тому подобная дребедень.
