Идейными предпосылками формирования положения о народном суверенитете являлись труды ученых-мыслителей XVII–XVIII веков. Томас Гоббс, Джон Локк, Шарль Луи Монтескье, Жан-Жак Руссо в своих работах определяли возможные механизмы народовластия, они исходили из признания источником и носителем власти в государстве не Бога, монарха, но народа.
Швейцарский мыслитель середины XVIII века Эмер де Ваттель в своей работе «Право народов, или Принципы естественного права, применяемые к поведению и делам наций и суверенов»[5] (1758 год) впервые в истории права описал правовой статус народа, соответствующий общепризнанным международным нормативным правовым актам, национальному законодательству современных передовых демократических государств.
Развитию правового статуса народа препятствовал монархический режим, существовавший в абсолютном большинстве государств мира вплоть до конца XIX века. Георг Еллинек писал, что в XIX веке монарх признавал себя самостоятельным субъектом, не связанным конституционными положениями. Из этого вытекает первостепенность воли монарха в государстве, его верховенство относительно конституционных положений.
В правовой литературе Западной Европы XVIII–XIX вв. народ стал отождествляться с государством, понятия нация и народ становились синонимичными. Наличие единой нации понималось как залог сильного государства в экономическом, политическом, культурном плане. Каждой нации – государство, примерно так можно охарактеризовать западный подход к пониманию народа (нации), из этого вытекает доктрина «одна нация – одно государство». В Западной Европе данная доктрина господствует и в настоящее время. Для европейской правовой мысли народ и нация являются синонимами, по этой причине вопрос об их различии не исследуется учеными Западной Европы.
Российская правовая мысль развивалась крайне консервативно в отношении исследования вопроса правового статуса народа до 1917 года. В начале XX века многими отечественными юристами отрицалась правосубъектность народа, народный суверенитет. В России по-прежнему господствовал монархический принцип, согласно которому «монарх – опекун недееспособного, а не поверенный дееспособного народа»[6], «в целом несправедливо то, что верховная власть первоначально принадлежит народу»[7].
Следует заключить, что народ был признан источником власти, обладателем суверенитета в мире и в России только после длительного исторического периода, начавшегося в период Великой французской буржуазной революции XVIII века и продолжавшегося в течение всего XX века (более полно становление народного суверенитета будет рассмотрено в параграфе втором главы первой настоящей работы).
В различные исторические периоды понятие «народ» в России имело различное содержание. В Советском государстве под народом понималась определенная общность людей, которая изменяется в зависимости от задач прогрессивного развития, решаемых обществом в данный период. Таким образом, советский народ есть новая историческая общность, охватывающая рабочий класс, колхозное крестьянство и народную интеллигенцию различных национальностей, сложившаяся в результате полной, окончательной победы социализма и перехода к строительству коммунизма.[8]
Классовый характер Советского государства отражался на понятии «народ», его главными составными частями являлись рабочие и крестьяне. При этом полноправными членами народа признавались трудящиеся, в статье 3 Конституции СССР 1936 г. закреплялось: «Вся власть в СССР принадлежит трудящимся города и деревни в лице Советов депутатов трудящихся». К тому же, до 1936 года «классово чуждые элементы»: «кулаки», «контрреволюционные элементы» и так далее были лишены избирательного права, в связи с этим они не являлись частью народа – носителя народного суверенитета. Стоит отметить, что в Российской Федерации советское понимание народа неприемлемо, народ не может ассоциироваться только с трудящимися, иметь классовый характер. К примеру, определенная часть народа России представлена безработными гражданами, добровольно либо по независящим от них причинам отказавшимися вести трудовой образ жизни, но это не «вычленяет» их из числа народа[9].
Постановка вопроса о многонациональном народе России в качестве носителя народного суверенитета возможна только при определении политико-правовой природы данного субъекта и установлении его отличий от иных близких ему по значению явлений: нации, населения, общества.
В России исследование народа в качестве субъекта права неразрывно связано с определением понятия «нация». Исторические причины, в их числе Октябрьская революция 1917 года, определили различные подходы к определению понятий «народ» и «нация», которые имеют важное политико-правовое значение.
Нация в России понимается в качестве общности лиц, имеющей общее происхождение, культуру (язык, традиции, обычаи), как правило, проживающей компактно на определенной территории. С 1917 года все нации в России имели этнический характер, то есть им не были присущи межэтнические начала. Нация прочно не ассоциировалась с одним государством, в одном государстве могло проживать множество национальностей, чья правосубъектность признавалась Советским государством. В статье 70 Конституции СССР 1977 года помимо советского народа упоминались нации.
В Российской Федерации правовой статус народа (многонационального народа Российской Федерации) и наций определяется совершенно иным образом.
Нормы конституционного права России, положения науки отечественного конституционного права позволяют привести основные отличия между многонациональным народом Российской Федерации и нациями:
1. Многонациональный народ Российской Федерации является носителем суверенитета, единственным источником власти в Российской Федерации (часть 1 статьи 3 Конституции России). Российское государство учреждалось многонациональным народом Российской Федерации, оформлением чего являлись конституции. В преамбуле Конституции России 1993 года говорится: «Мы, многонациональный народ Российской Федерации…». Это подтверждает наличие у многонационального народа Российской Федерации народного суверенитета, учредительной власти. Термин «нация» в России содержится только в некоторых конституциях республик в ее составе. В преамбуле Конституции Республики Башкортостан от 24 декабря 1993 года провозглашается положение об образовании Башкирской автономной республики в составе РСФСР в 1919 году в результате реализации права башкирской нации на самоопределение. Аналогичные по юридическому смыслу положения содержатся в Конституциях Удмуртской Республики от 7 декабря 1994 г. (часть 1 статьи 1), Республики Саха (Якутия) 4 апреля 1992 г. (преамбула), Республики Татарстан от 6 ноября 1992 г. (преамбула). Нации учреждали государствоподобные образования (республики), в то время как многонациональный народ России явился субъектом образования Российской Федерации. Нация является источником власти в республиках в составе России наряду с представителями различных национальностей, проживающими на ее территории. Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 6 декабря 2001 г. № 250-О «По запросу Государственного Собрания – Курултая Республики Башкортостан о толковании ряда положений статей 5, 11, 71, 72, 73, 76, 77 и 78 Конституции Российской Федерации» указал, что народ республики не может являться единственным носителем суверенитета и источником государственной власти в республике, так как это исключает власть многонационального российского народа на территории субъектов Российской Федерации. Следовательно, в России признается существование нации на региональном уровне, в том числе, в определенной мере ее учредительная власть (на примере образования республик в составе России). Главное отличие между многонациональным народом России и нациями состоит в учредительном характере их власти и влиянии этого на государственное строительство. Единство государственной власти, российская государственность являются порождением многонационального народа России, следствием его народного суверенитета; государственность республик в составе России – следствие национального суверенитета и народного суверенитета;
2. Многонациональный народ Российской Федерации объединяет всех граждан вне зависимости от их национальной принадлежности. Его начала выражены в гражданстве, объединяющем всех лиц посредством правовой связи с государством. Нации, в ее традиционном российском понимании, как было отмечено выше, свойственно этническое начало (по крайней мере, в ее советской трактовке). Группа лиц принадлежит к нации не на основании установленных законом правил; лица объединяются в нацию и принадлежат к ней по качественно иным основаниям. Это фактическое и юридическое отличие многонационального народа России от наций.
