— Почему?
— Там нет опасности, — туманно ответил мужчина.
— Это тебе духи твои рассказали? — скептически хмыкнул Феликс. Сорос опасно сверкнул глазами из-под плаща, в который все время кутался, и натянул капюшон поглубже. Ах, если бы его так оскорбил кто-то другой, то не прожил бы и пяти минут, но к этому шуту и повесе он чувствовал необъяснимую слабость. Мальчишка так напоминал его брата…
— Я чувствую, нам нужно туда.
— Хорошо, я доверяю твоему чутью, — ответил король, пресекая тем самым новую порцию язвительных шуток Феликса. — Андре, направь дозорных в замок, а мы проедем в обход. Перестраховаться все же не помешает.
— Дипломат, — хмыкнул капитан и поспешил назад, к своим людям.
— Ты мне скажешь, зачем нам так нужно в этот замок? — спросил король, когда они с тенью остались вдвоем.
— А если я скажу, что там находится твоя судьба, поверишь?
— Судьба? Я давно уже в нее не верю, — покачал головой Александр, усмехнулся и направил коня к развилке, ведущей в обход некогда величественного замка, а сейчас это были почти полумертвые развалины, как и все в этой богами забытой стороне.
Глава 1
— Ваша Светлость, вы видите? — спросила экономка, почти ворвавшись в комнату своей хозяйки. Графиня Мартон прекрасно все видела и без нее. Целая армия, воины солнечного ублюдка. Ей доложили еще утром, что они следуют с тракта, и графиня прекрасно понимала, что проехать мимо замка они не смогут, а значит, сама судьба, наконец, начала к ней благоволить.
— Вы уже приготовили покои для «дорогих» гостей? — скривилась графиня.
— Да, ваша светлость.
— Еще нужно почистить конюшни, набрать воды и сено, достаньте из запасов овес для этих адских лошадей. Солдат мы разместим там же, офицеров на первом этаже. Пусть леди Генриэтта распорядится об ужине и убранстве гостиной. Да, и… Ровенна уже вернулась с урока?
— Полчаса назад, Ваша светлость.
— Тогда пошли за ней. Скажи, чтобы надела самое лучшее платье… — графиня запнулась на мгновение, снова посмотрела в окно и решила, что было бы глупостью не воспользоваться такой чудесной возможностью. — Нет, я сама схожу.
Глаза экономки полезли на лоб, когда та услышала об этом. Да, ее светлость готова терпеть свою дочь только по праздникам, и то не всегда. А чтобы вот так к ней прийти… И все же она последовала за хозяйкой.
— Дочь моя! — проговорила графиня, ворвавшись в покои леди Ровенны, перепугав ту до смерти.
— Матушка…
— Я же просила не называть меня так. И что у тебя за вид? — скривилась она. — Немедленно исправить, Иола, позовите служанок. И платье.
Экономка почти подлетела к шкафу и начала доставать из него платья, которые придирчиво осматривала госпожа. Те, что ее не устраивали падали прямо на пол.
Леди Ровенна смотрела на это в полном шоке.
— Ваша Светлость, пожалуйста, объясните, что происходит?
— Сюда едет этот ублюдочный Солнечный король. И мы должны будем принять его, как подобает. Я уже распорядилась.
— Да, но при чем здесь я?
— А ты, моя дорогая, станешь главным, наиценнейшим призом, от которого Солнечный король не сможет отказаться.
— Нет, — испуганно прошептала девушка. — Он убийца, он убил моего отца.
— Он убил труса, которым и был мой дорогой супруг, и я очень благодарна ему за то, что он избавил меня от необходимости самой это сделать. А вот то, что мы с тобой нищие, за это мне стоит благодарить твоего дорогого папочку, надеюсь, он жарится на вертеле подземного бога.
— Пожалуйста, пожалуйста, матушка, сжальтесь, — всхлипнула девушка и бросилась в ноги матери. — Сжальтесь, умоляю. Я готова сделать все, прошу вас, прошу.
— Ты и сделаешь все, дитя мое, — почти безумно рассмеялась женщина. — Сделаешь все, чтобы ему понравиться, и тогда, быть может, он возьмет тебя к себе во дворец.
— Матушка.
— Замолчи, идиотка, — прикрикнула графиня и отпихнула дочь ногой. — Ты не знаешь, что такое нищета, ты не знаешь, что такое продавать себя этому старому уроду, спать с ним, и с другими… Король молод.
— Он — убийца!
— Он — король! И даже если он убьет всех, даже если он убьет тебя, он останется королем, победителем. Боги, какая же ты растяпа! Одевайся. Чтобы через час была внизу. В этом платье. И не реви, не хватало еще, чтобы король увидел тебя с распухшей физиономией.
Графиня ушла, осталась экономка, несколько служанок и плачущая навзрыд леди Ровенна Элиран единственная дочь графа Мартона.
Ей было тринадцать, когда началась война, длившаяся долгих семь лет. Все началось с таинственной смерти предыдущего Солнечного короля, власть должна была перейти к наследнику Александру, но он был еще слишком мал, чтобы править, поэтому решено было назначить для малолетнего короля регента.
На эту роль нашлось много охотников, и друзья, и враги мальчика. И в этой дележке все успели слегка подзабыть о самой королеве. Раньше тихая, незаметная, и бледная королева, которую даже король не принимал всерьез, кардинально переменилась, познала вкус власти, вкус свободы, вкус величия, расправила крылья и не позволила недругам сослать ее в какой-нибудь дальний монастырь. Подкупив, наобещав, предав всех, кого могла, королева обрела власть и стала регентом малолетнего Солнечного принца.
Конечно, королева прекрасно осознавала, что мальчишка рано или поздно вырастет и заявит права на трон. Поэтому она решила его уничтожить, не сама, конечно, но с помощью верных друзей и прихлебателей, коими обзавелась за много лет правления, но она не успела. У Солнечного принца тоже нашлись друзья и соратники, которые смекнули, на что рассчитывает королева и переправили малолетнего принца в западные земли Арвитана, в чудесный Стовийский форт, неприступная крепость, укрепленная силой преданных воинов и магией одновременно.
Когда Солнечный принц вырос, обрел верных союзников, силу и мощь, то пошел в столицу, заявляя свои права на трон. Так началась война. Мальчишка победил, королева бежала, но он все равно пошел за ней, настиг на краю земли. Так Кровавая королева отправилась на костер, так же, как и родитель Ровенны.
Девушка не знала его совсем, да и не любила, не успела полюбить. Отец всегда был в разъездах и, по большей части, жил в Эссире, столице Арвитана, а они с матерью здесь, на самых задворках империи.
Как и многие, Ровенна ненавидела и боялась молодого короля, ведь он не пощадил собственную мать, как может такой человек проявить милосердие хоть к кому-то?
— Миледи, — девушка обернулась, протянула руки к стоящей перед ней молодой женщине и та поспешила обнять захлебывающуюся в рыданиях девушку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
