Читаем без скачивания Многоярусный мир. Том 1. Сборник фантастических произведений - Филип Фармер

Белые отштукатуренные доски стены исчезли. Задняя стенка шкафа стала входом в мир. который, Роберт никак не мог себе даже вообразить.

Солнце лилось в отверстие, достаточно большое для того, чтобы он прошел через него, если бы нагнулся. Растительность, выглядевшая похожей на деревья — но не на деревья Земли — загораживала ему часть обзора. Сквозь ветви он увидел ярко-зеленое небо. Он опустил взгляд и осмотрел окружающее пространство.

У подножья гигантского валуна собралось шесть—семь кошмарных существ. Валун из красной, насыщенной кварцем породы, формой приблизительно походил на поганку.

Большинство существ с черными, лохматыми, уродливыми телами стояли, отвернувшись от него, кроме одного, демонстрировавшего свой профиль на фоне зеленого неба. Голова его грубо напоминала человеческую, а выражение лица было очень злобным. На его теле, лице и голове имелись выпуклости, комья мяса, придававшие ему полусформированный вид, словно создатель позабыл разгладить его. Две короткие ноги походили на задние лапы собаки.

Оно протягивало свои длинные руки к молодому человеку, стоявшему на плоской вершине валуна.

Этот человек был одет только в набедренную повязку из оленьей кожи и мокасины. Он был высок, мускулист и широкоплеч. Кожа его была коричневой от загара. Густые длинные волосы были рыже-бронзовыми, лицо — с длинной верхней губой. Он держал инструмент, который, должно быть, и издавал услышанные Вольфом звуки.

Человек отбросил ударом ноги одно из уродливых существ, когда то подползло к нему, цепляясь за валун. Он снова поднес к губам серебряный рог и тут увидел стоявшего за отверстием Вольфа.

Человек широко усмехнулся, сверкнув белыми зубами.

— Так, значит, ты явился, наконец! — воскликнул он.

Вольф не шевельнулся и не ответил.

Он мог только думать: «Теперь уж я точно сошел с ума! Не просто слуховые галлюцинации, но и зрительные! Что дальше? Следует ли мне с воплем убежать или спокойно уйти и сказать Бренде, что я должен сейчас же увидеться с доктором? Сейчас же! Без промедлений, без объяснений Бренде, я еду».

Роберт шагнул назад. Отверстие начало закрываться, белые стены вновь обретали свою твердость. Или, скорее, он начинал заново обретать реальность.

— Вот! — крикнул юноша на вершине валуна. — Лови!

Он бросил рог. Несколько раз перевернувшись, отбрасывая от серебра солнечные лучи, когда свет падал на него сквозь листья, он полетел прямо к отверстию. Как раз перед тем, как стены сомкнулись друг с другом, рог прошел через отверстие и ударил Вольфа по коленям.

Тот вскрикнул от боли, ибо в резком ударе не было ничего призрачного.

Роберт увидел сквозь узкое отверстие, как рыжий поднял руку и сложил большой и указательный пальцы в виде буквы «О». Юноша ухмыльнулся и крикнул:

— Желаю удачи! Надеюсь, мы скоро встретимся! Я — Кикаха!

Словно медленно смыкающийся во сне глаз, отверстие закрывалось. Свет померк, и предметы начали терять четкость очертаний. Но он мог видеть достаточно хорошо, чтобы бросить последний взгляд, и вот тогда-то девушка и высунула голову из-за ствола дерева.

У нее были нечеловечески большие глаза по отношению к ее лицу, такие же крупные, как у кошки. Губы ее были полные и алые, а кожа-золотисто-коричневая. Густые волнистые волосы, свободно свисавшие вдоль ее лица, были в тигровую полосу: слегка зигзагообразные черные полосы почти касались земли, когда она выглянула из-за дерева.

Затем стены стали белыми, словно закатившийся глаз трупа.

Все стало, как прежде, за исключением боли в коленях и рога, лежавшего у его лодыжки.

Вольф поднял рог и повернулся чтобы осмотреть его на свету в комнате отдыха.

Хоть и ошеломленный, он больше не считал себя сумасшедшим. Он заглянул в другую вселенную, и из нее ему было кое-что доставлено — почему и как, он не знал.

Рог был немного меньше двух с половиной футов длиной и весил меньше четверти фунта. Формой он походил на рог африканского буйвола, за исключением выходного конца, где он сильно расширялся. На узкий конец был насажен мундштук из какого-то мягкого золотистого материала. Сам рог был из серебра или посеребренного металла. Пистонов у него не было, но, перевернув его, он увидел семь маленьких кнопок в один ряд.

Внутри мундштука находилась паутина из серебристых нитей. Когда рог держали к свету так, что он проникал внутрь, паутина выглядела так, словно уходила глубоко в рог.

Именно тогда свет упал на рог таким образом, что Вольф увидел то, что пропустил во время первого изучения: посередине между мундштуком и раструбом был еле заметно начертан иероглиф. Он был не похож на все ранее виденное им, а Роберт был экспертом по всем типам алфавитной письменности, идеографиям и пиктографиям.

— Роберт! — окликнула его жена.

— Сейчас поднимусь, дорогая!

Он положил рог в правый передний угол стенного шкафа и закрыл дверь. Ничего другого он сделать не мог, кроме как убежать из дома с рогом. Если он появится с ним, его будут расспрашивать и жена, и Брессон. Поскольку он вошел в дом без рога, то не мог утверждать, что тот принадлежал ему.

Брессон захочет взять инструмент под свою охрану, поскольку он был обнаружен в доме, принадлежавшем его фирме.

Вольфа терзали сомнения.

Как можно вытащить рог из дома? Что помешает Брессону привести новых клиентов, возможно, даже сегодня, которые увидят рог, как только откроют дверь стенного шкафа? Клиент может привлечь к нему внимание Брессона.

Вольф поднялся по лестнице в большую гостиную. Бренда пристально поглядела на него. Брессон, круглолицый человек в очках, лет тридцати пяти, похоже, чувствовал себя неудобно, хотя и улыбался.

— Ну, как вам понравился дом? — спросил он.

— Очень, — ответил Вольф. — Он напоминает мне дома какие, были у нас на родине.

— Мне он нравится, — сказал Брессон. — Я сам со Среднего Запада. Я могу понять, что вы можете не захотеть жить в доме типа ранчо. Не то, чтобы я их хаю. Я сам живу в таком.

Вольф выглянул в окно. Полуденное майское солнце ярко светило с голубых небес Аризоны. Лужайка была покрыта свежей бермудской травой, посаженной три недели назад, новой, как и дома в этом недавно построенном районе «Хохокам Хоумс».

— Почти все дома одноэтажные, — говорил Брессон. — Земляные работы в этой твердой почве стоят немалых средств, но эти дома не дороги. Во всяком случае, за то, что вы получаете.

«Если бы почву не выкопали, — подумал Вольф, — чтобы дать место для комнаты отдыха, что бы тогда увидел человек с другой стороны, когда появилось отверстие? Увидел бы он только землю и таким образом лишился бы шанса избавиться от рога? Несомненно.»