- Счастливого пути! - услышали они напутствие лесного сторожа.
- Самого счастливого! - частила участливая сорока.
Кот смотрел то вдаль, держа козырьком лапу над глазами, то, сложив обе подзорной трубой, осматривался по сторонам. Он, видимо, беспокоился и чего-то ожидал.
Ожидать пришлось недолго. Тотчас из-за деревьев на дорогу высыпала настоящая шайка разбойников. Разбойники всегда подстерегают тех, кто мирно идет своим путем. Убедившись, что путники были именно в этом роде, они отбросили всякие опасения. Шпага у Кота на боку - единственное, обо что можно было уколоться. Но по своей древности она показалась им попросту смехотворной.
- Наше вам с косточкой! - гаркнул на путешественников атаман, толстенный коротышка с пистолетом в виде самоварной - грубы. - Канальи! пробаюкал он, обращаясь к своим, - как вам нравится этот столбняк тридцать первой степени?
Разбойники загоготали, подбрасывая шапки.
- Почему же непременно тридцать первой? - дипломатично начал Кот.
- Читать умеешь? - выпятил грудь атаман. - Что написано?
- Бяка. - Прочитал Кот.
- Правильно, - лихо подмигнул атаман. - Это ты. А с этой стороны, что написано? - он повернулся к Коту спиной.
Кот прочел на майке:
- Бойдодыр.
- Верно, это я. - Ликовал толстяк. - Каждой бяке свой Бойдодыр, понятно. Бой, так сказать, до дыр.
- Дыр-дыр, - невпопад брякнул Кот. - А это, простите, на каком языке?
- На бойдодырском! - парировал атаман.
Гогот усилился. Коту прищемили шпагу.
- Сдается мне, что эта девчонка - принцесса, - подкатился толстяк к Падине. - Ишь, как смотрит! Королевна! Придется твоего королевского папу потрясти как следует, чтобы в моем мешке чуточку прибавилось золотых монет. Самую что ни на есть чуточку!
Оглядев остальных, он безнадежно крякнул:
- Жидковаты! Из таких ничего не выжмешь, кроме слез для жалостливых. А вот котик пригодится, мы его отправим мышей ловить в нашей хижине.
Кот сердито застучал хвостом по сапогам.
В тот же миг Кота подняли на воздух. Парень, тощий, как болотный пень, словно из-под земли выскочив, ухватился за его сапоги. Пока все бестолково разевали рты и награждали друг друга тумаками, сморчок в сторонке уже постукивал обновой.
- Фирма! - причмокивал он. Кота связали.
Глава четвертая ВЫНУЖДЕННАЯ ОСТАНОВКА
Снова горит костер. Правда, теперь он горит у разбойничьей хижины. Хижина не хижина, а так - небольшой клуб с колоннами на высоком крыльце. В открытые окна слышно было, как бушевал атаман:
- Ребята! Выкуп нам обеспечен, так что гуляйте, кто во что горазд, я сегодня щедрый.
- Га! - отвечали кувыркающиеся через голову голоса.
Треснула колода карт, хлопнула пробка. Разбойники изо всех сил старались развеселиться.
Пленники теснились вокруг костра.
- И чего это он расхвастался, как будто ему наобещали золотые горы! Полина пожала плечами. При этом она старалась припомнить, как она действовала, когда папа был Бабой-Ягой, а она Иваном Царевичем.
Никто не охранял сидящих у костра. Кого было охранять, если один из них отсутствовал сам по себе, двое других были опутаны собственными цепями, а Полина - не из тех, кто спасается за счет других. О связанном Коте и упоминать не стоит. Его довольно крупная фигура внушала полное доверие своей неподвижностью. Чего-чего, а связывать разбойники умеют.
- Дело в шляпе! - подбадривали они друг друга, со смехом показывая на шляпу Кота, висевшую на воткнутой в землю шпаге. Они утопали в море хвастливых воспоминаний, и впрямь - то-то молодцы!
Быть может, им показалось, что на сей раз они поймали самого сказочника и он не знает, что будет дальше с его сказкой? Нет, сказочник ушел далеко вперед и вынужден остановиться только из-за того, что его герои выбиты из колеи. Сейчас он достанет из дорожной сумки следующую главу.
Глава пятая НА ПРЕЖНЕМ МЕСТЕ
Сидя у разбойничьего костра, пленники совершенно не знали, что предпринять.
- Надо у атамана отнять пистолет.
- Поджечь хижину.
- Но ведь тогда сгорят разбойники, - сказала Полина.
Ни одно предложение не прошло.
Ледышка трясся всем телом. У него от страха еще раз замерз снег в карманах и превратился в сосульки. Он отламывал их и сосал, рискуя заболеть Северным Полюсом.
Бумажный прошелестел:
- В газете ничего чрезвычайного не сообщается. - Он сделал вид, что продолжает читать газету и немедленно уронил ее в огонь. Тоща Бумажный зажмурился, надеясь, что если темно изнутри, то и снаружи меньше заметно.
- Неужели от моего былого рыцарства осталась только эта рисовая побрякушка! - тряхнул цепью Железный.
- Ну что ж, придется действовать мне, - раздался решительный голос, и все вдруг увидели, что среди них есть еще один - Тот, когорт отказался от себя. Выглядел он совсем неплохо.
- Да, я всегда казался себе не умным, не храбрым и не красивым. Я привык воображать себя очередным любимым героем. Не помню, что я читал недавно? Смешно сказать, Д'Артаньяном я пробыл целых четыре года. Каков бы я ни был, но сейчас я должен стать самим собой. На меня никто из разбойников не обратил внимания, но я все-таки не пустое место.
Для начала он развязал Кота.
Полина посмотрела на Кота и шепнула ему:
- Ты без шляпы и без сапог похож на кота Ваську, такой смешной!
- Терпение! - возразил Кот, мотнув головой в сторону открытых окон. Попробуем обойтись без осложнений.
- Я придумал одну штуку, - сказал Тот, кто отказался от себя.
Он достал из кармана ножницы, баночку клея и цветные карандаши.
- Ты собираешься рисовать?
- И да и нет. Карта местности из бумаги, - нет ничего легче кое-что переменить в ней.
Он примерился и стал вырезать из зеленого луга разбойничью хижину. Потом вынул ее и потряс. Из нее попадали обескураженные разбойники. Заглянув в нее с обратной стороны, он все переделал на иной лад. Заново раскрасил стены и крышу, а над высоким крыльцом нарисовал большую вывеску: ИГРОВЫЕ АВТОМАТЫ
Аккуратно обмазанная клеем, преображенная хижина вернулась на свое место, так что комар носа не подточит.
Очнувшиеся разбойники вскочили и уже собирались дать стрекача, но толстяк недаром был атаманом. Увидев вывеску, он первый бросился к игротеке, едва успев обронить на бегу:
- А про пиратов игра есть?
- Надо, чтоб было много золота и пистолетов! - добавил кто-то, едва поспевая за своим на диво быстроногим шефом.
- Вперед, канальи! Золото, стрельба, пираты - выбор на самый широкий разбойничий вкус! - вдохновенно балаганил Тот, кто отказался от себя.
Всякий знает, как любят разбойники играть, и не только в казаков-разбойников или в карты - у них вся жизнь игра, как сами они любят повторять. Каждый спешил занять место в игротеке.
Кто не успевал, набивались в окна и двери. Парень, тощий, как болотный пень, неуклюже висел на створке окна. Хватило ума, догадался, что ему страшно мешают огромные сапоги Кота. Он сбросил их и стал устраиваться в окне поудобней. Располагаясь на чьей-то спине, он умудрился одному увальню прищемить ухо.
Подсобрав свои сапоги, Кот не заместил привести себя в надлежащий вид, после чего пощекотал своего обидчика кончиком шпаги. Тот завертелся, захихикал и окончательно лег на своего бедолагу-сподвижника.
Ледышка выплюнул льдинку и сказал:
- Надо разбудить Железного и Бумажного. От волнения они, кажется, заснули. Как бы они не застряли на этой картинке.
- Да, сказал Тот, кто отказался от себя, - нам пора отправляться дальше. Эти, - он кивнул на бывшую разбойничью хижину, - больше нам не помеха. И не только нам. Пока они заняты игрой, все путники на этой дороге в полной безопасности. Пожелаем игрокам долгого азарта. Долгий азарт - здоровый азарт! - подвел черту помудревший избавитель.
Глава шестая НЕЧТО О ЛЕТАЮЩИХ ЧАЙНИКАХ
- Как много здесь бабочек! - Полина бегала, вспугивая с цветов лепестки шоколадниц и лимонниц.
Набегавшись, она задумалась.
- Хотела бы я знать, почему бабочки куда-то пропадают, когда начинаешь их ловить? Сперва одна, за ней другая - смотришь, а на лужайке и вовсе нет никаких бабочек.
Никто не нашелся, что ответить на это.
- Ага, наверное у них есть телефоны, - догадалась Полина, - и они сообщают друг другу об опасности.
Откровенно говоря, Бумажному все эти бабочки представлялись чем-то легкомысленным, чтобы всерьез думать о них.
- Тем более, что в газетах писать о бабочках не принято, - неожиданно выпалил он. - Что в них такого, подумаешь - насекомое!
- И превосходно! - Кот взял Полину за руку. - Я лично не способен представить бальное слово "бабочка", припечатанным газетными крючками и закорючками. Для этого больше подходят такие слова, как, например, погода, грипп, летающие тарелки.
Летающие тарелки? Бумажный посмотрел в небо, - не объявятся ли эти, как говорится, вездесущие, но непостижимым образом неуловимые явления природы? Он смотрел в небо с таким выражением, будто внушал им немедленно появиться. В конце концов можно читать о чем угодно, но не худо бы увидеть хоть что-нибудь из этого своими глазами.
