Читаем без скачивания Загадка ее чар - Мелани Милберн

– Что ты делаешь после ужина?

Мод подбоченилась:

– Не знаю. Но уж точно с тобой никуда не пойду.

Флинн присвистнул:

– Достойный вызов. Мне это нравится.

Рядом возник Джо с подносом кофе.

– Кейти, ты работаешь или флиртуешь с клиентами?

– Простите, мистер Перуцци. Я не сразу поняла, о чем именно идет речь.

– Счета на седьмой и десятый столы! – игнорируя ее объяснение, приказал Джо. – Убрать второй и восьмой столы и накрыть заново. У меня кафе, а не дом свиданий.

Мод натянуто улыбнулась:

– Здесь нет ни одного мужчины, с которым бы я хотела пойти на свидание.

– В таком случае, может, принесешь кофе? – поинтересовался Флинн, когда Джо ушел.

Она выдержала его насмешливый взгляд.

– Пусть я лишусь и этой работы, но ты не станешь указывать мне что делать.

Флинн откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу. Нет, он явно никуда не торопится.

– Кстати, мне понравилась реклама туалетной бумаги. Ты была очень убедительна.

Мод подумала, что еще немного – и у нее начнут крошиться зубы. Сниматься в той рекламе было ужасно, а еще ужаснее – узнать, что это увидел ее враг.

– Кофе с ядом?

Он лишь усмехнулся:

– С куском пирога.

– Что там сейчас произошло? Ты красная, как помидор. – Марни кинулась с расспросами. – Я думала, тебя хватит удар.

– Я точно взорвусь, если снова вернусь туда. – Мод закатила глаза. – Как столь неприятный тип может пользоваться успехом у женщин? Пусть красив, да, но ведет себя безобразно.

– А мне кажется, он просто неотразим. – Марни мечтательно рассматривала Флинна, который после перепалки спокойно вернулся к газете.

Или делал вид, что читает. – У него такие карие глаза, такие темные и загадочные.

Мод снова фыркнула и, отрезав огромный кусок пирога, щедро сдобрила его взбитыми сливками.

– Вот. Если это не убьет его, я сдаюсь.

– Мне кажется, он в прекрасной форме. Похоже, часто посещает спортзал. А еще, он такой высокий. Заметила, как он пригнулся, когда вошел в зал? Видела?

– Пожалуйста. – Мод поставила перед Флинном поднос с заказом: кофе, вода и пирог.

– А что, приборы мне не полагаются?

– Кто бы мог подумать, что ты умеешь пользоваться столовыми приборами!

Флинн искренне рассмеялся:

– Тебе действительно нужно выступать на сцене.

– Вот я и стремлюсь.

– Успешно?

Мод не собиралась делиться с ним информацией о предстоящем прослушивании в Вест-Энде. Грандиозная пьеса Альберта Герни «Сильвия». Второго такого шанса у нее просто может не случиться. Это ее любимое произведение, в глубине души она чувствовала, что роль Сильвии создана для нее. Зрителей по всему миру невероятно увлекал этот персонаж, человек, который изображает собаку. Если прослушивание пройдет успешно, это может стать первой ступенькой к головокружительной карьере театральной актрисы, о которой она так мечтает. Кроме того, она желает получить эту роль самостоятельно, без каких-либо поблажек из-за своего происхождения, которым, собственно, и гордиться-то особо нечего. Мод не доверяла Флинну, чтобы делиться с ним подобным. Не хотела, чтобы ее звездный папаша или кто-то из его клики открывал перед ней двери, которые она собирается распахнуть сама.

– Сейчас принесу вилку. Уверен, что знаешь, как ею пользоваться?

Он смотрел ей прямо в глаза:

– Я бы хотел встретиться с тобой сегодня вечером.

– Нет. – Мод покачала головой, развернулась и ушла.

Флинн не сводил глаз с ее упругих ягодиц, обтянутых униформой, пока девушка не скрылась на кухне. Его всегда интриговал элемент преследования в самом начале знакомства, но с Мод Винвуд, очевидно, все иначе.

С самого начала она изо всех сил выказывала свою ненависть к нему. Проклинала землю, по которой он ходит, желала отравить воздух, которым он дышит.

Но за нарочито агрессивным поведением крылось что-то еще. Он это чувствовал. Нечто, в чем она никогда бы не призналась даже самой себе. Мод влечет к нему. Всякий раз, когда они оказывались в непосредственной близости, ее зрачки расширялись, как чернила, растекающиеся по бумаге, а глаза словно магнитом притягивались к его губам.

Да и Флинн чувствовал к ней самое дьявольское влечение. Рано или поздно она признается себе в этом. Тем не менее сопротивление делает ее еще более желанной, а он действительно привык добиваться желаемого. Всегда получал женщин, которые ему нравились. Ходить на свидания стало скучно. Он начисто забыл те времена, когда женщины его отвергали или хотя бы брали тайм-аут, чтобы подумать, прежде чем лечь в его постель.

По крайней мере, ни одна из тех, что появлялись в его жизни после Клер, которая разорвала их помолвку.

Флинн осекся. Ну вот, опять. Он ведь запретил себе вспоминать то время, когда чувствовал себя одиноким и подавленным. Тогда он очень хотел иметь семью, наглухо закрыть дверь в прошлое ради светлого будущего.

Теперь он совсем другой человек. Приходит, видит – побеждает. Уходит и никогда не перезванивает.

А с Мод Винвуд ему захотелось игры.

Он грезил ее телом, жаром дыхания на своей коже и тем, как она выкрикивает его имя. Пусть сейчас она играет роль Снежной королевы, ничего, совсем скоро – о, а он в себе уверен! – растает и уступит ему. Мод еще не знает, но в ближайшем времени они окажутся друг к другу гораздо ближе, чем она могла себе представить.

Глава 2

Мод настороженно вошла в дом, в который ее направило агентство. Он находился в фешенебельном районе Ноттинг-Хилл, внутри похожий на настоящий дворец. Именно это и не давало покоя. Она обвела глазами пространство, но не увидела причин для беспокойства.

Даже воздух в доме был словно пропитан достатком – какое-то явно дорогое эфирное масло. Она мечтала о таких удобствах все время, что жила в Глазго, в районе, застроенном муниципальными домами. Она плотно затворила дверь, однако порыв холодного ветра успел всколыхнуть хрустальные подвески люстры, освещавшей холл.

Мод слегка поежилась, уж очень это напоминало звон оков древнего привидения из сказки. Она усмехнулась. Кому здесь еще находиться, она совершенно одна. Давало о себе знать волнение в преддверии проб на следующей неделе. Даже сейчас оно ее не покидало, тревожило, как рой гудящих ос. Если все получится, ей больше не придется работать в кафе или присматривать за такими пугающе-роскошными домами. Когда она начнет регулярно выходить на сцену, сможет обзавестись собственным жильем. Снимет квартиру, а может быть, даже купит дом и обставит его с таким же вкусом.

Обычно ее направляли в жилища значительно скромнее, но чего уж тут жаловаться. Хотя Мод уже предчувствовала, как непросто после этаких-то удобств будет вернуться в ее жалкую лачугу. В любом случае прежде нужно найти место, куда вернуться, после того как истекут четыре недели контракта.

В доме работало отопление. Мод подумала о том, что оставить его включенным очень мило со стороны хозяев, к тому же, помимо дома, она должна присматривать за котом по имени Монти. Она вообще-то предпочитает собак, но, судя по всему, кот также не стремился знакомиться с ней и скрывался где-то в глубине дома. Глупо отказываться от такой приятной работы из-за каких-то предубеждений относительно семейства кошачьих.

К тому же нелишне помнить, что она актриса и обязана успешно притворяться, будто любит кого угодно и что угодно.

Мод задумчиво бродила по комнатам, высматривая питомца, и попутно интересовалась фотографиями пары, которая владела этим первоклассным жилищем. Картеры, насколько ей стало известно, были профессиональными адвокатами. Мод увидела на фотографиях их детей – прекрасных мальчика и девочку, обоим на вид не больше пяти. Ее проинструктировали, что она должна присматривать за домом и ухаживать за котом, пока семья гостит у родственников в Австралии.

Трудно равнодушно смотреть на радостные лица, глядящие на нее с фотографий. Детство Мод даже отдаленно не напоминало жизнь этих счастливых детей. Во-первых, у нее не было отца. То есть теоретически он существовал, но это отдельная история. Во-вторых, лицо ее матери редко бывало расслабленным и счастливым, как у этой женщины с фотографий. Мать еле сводила концы с концами. Что касается путешествий, их поездки ограничивались редкими визитами на Внешние Гебридские острова, где проживали набожные дедушка и бабушка. Отдых длился не более двух-трех дней, по истечении этого времени мать, устав от лекций и обвинений строгой бабушки, снова собирала чемодан, и они возвращались домой.

Мод увидела больше фотографий, когда переступила порог гостиной. Окна-двери выходили прямиком в сад. Даже сейчас, в январе, когда на густых кронах не осталось ни листочка, это место все равно было идеальной игровой площадкой для детей, которые могли дышать свежим воздухом, пока их родители общаются друг с другом в гостиной, слушают музыку и пьют вино. Мимо проехала машина. Свет ее фар выхватил алмазную россыпь дождевых капель на стекле снаружи.