– Нет, – не глядя на него, ответила Софья и, поднявшись, взяла со стола сумочку.
«Прочь из этого сумасшедшего дома, – лихорадочно думала она, сбегая вниз по лестнице. – Надо побыть одной и переварить все, что сказал Роман. Какое кошмарное потрясение! Значит, он проснулся после моего ухода, позавтракал и взялся за телефон… Чудовище!»
Ее старенький «Фольксваген» стоял неподалеку от входа. Софья нырнула в него с таким облегчением, словно нашла замечательное убежище от всех неприятностей, подстерегающих снаружи. Подняла голову и поглядела в зеркальце. Глаза казались дикими, а зрачки огромными, словно пуговицы. «Примерно такая морда бывает у белки, которая бегает в барабане», – тотчас же подумала она.
На самом деле Роман сильно ошибался в отношении своей жены. Первый брак сковал льдом ее сердце, а так называемый спаситель просто не смог его растопить. Чтобы любить горячо, он был слишком эгоистичен, а без любви Софья оказалась не способна раскрыть свою истинную сущность. Предполагаемый развод стал для нее настоящим шоком, который мгновенно все изменил. Теперь Софью можно было сравнить с флаконом, из которого выдернули пробку. Правда, она и сама не знала, что в том флаконе – легкие духи или яд.
День первый, понедельник
И пятницу, и субботу Софья пролежала на диване, уткнувшись носом в стену. В воскресенье на рассвете случился кризис, закончившийся бурными слезами. После чего Софья встала, позавтракала и отправилась в книжный магазин за моральной поддержкой. Она была умной женщиной и понимала, что утешения не стоит искать ни у родственников, ни у подруг. Родственники расстроятся сами, приумножив твои же горести. А подруги будут та-а-ак сочувствовать, что захочется их всех по одной перебить.
В магазине Софья приобрела книгу английского психолога «Все в твоих руках» и несколько часов подряд усердно ее конспектировала. Этот титанический труд увенчался определенным успехом – в три часа ночи Софье удалось уснуть, и на следующее утро она не только встала по будильнику на работу, но и подкрасила глаза, чего не делала уже года два как минимум.
В машине она сунула нос в зеркальце и постаралась улыбнуться так безмятежно, чтобы английский психолог, узри он ее нечаянно, остался доволен.
– Я выгляжу потрясающе, – сказала она вслух таким тоном, каким произносят заклинания. – Я молода, хороша собой, у меня отличная нервная система…
Хотя, по правде сказать, все в ней до сих пор вибрировало. Всю дорогу Софья продолжала громко нахваливать себя. Занятие оказалось чертовски увлекательным.
– Я – самая-самая, – сказала она в очередной раз и тут увидела Дымова. Конечно, в тот момент она не знала, что он – Дымов. На обочине стоял высокий мужчина в короткой дубленке с непокрытой головой, и на его темные волосы ложились мокрые снежинки. Рука его была поднята, и Софья, повинуясь порыву, плавно подкатила к тротуару. «Почему бы, черт побери, не подобрать привлекательного парня, если я уже почти что разведена? – бравируя, подумала она. – Недаром же в книжке написано, что новая жизнь начинается с нового образа мыслей!»
– Подвезете до конца Тверского? – спросил между тем привлекательный парень, приоткрыв дверцу и всунув в салон большую умную голову.
– Конечно, – махнула рукой Софья, хотя это было ей совсем не по дороге. – Садитесь.
Мужчина легко забрался внутрь и устроил на коленях новенький черный портфель с позолоченным замочком. Лицо его было чисто выбрито, отчего короткие, подстриженные по линеечке усы смотрелись щеголевато.
– Дмитрий Дымов, – представился он и, вздохнув, добавил: – Погодка сегодня – хуже некуда. Я свой гараж так и не откопал – времени не хватило. Приходится голосовать на каждом перекрестке.
– Ваша работа связана с переездами? – отчаянно кокетничая, спросила Софья.
– У меня свой бизнес, – сдерживая мужскую гордость, сообщил тот, ничего, впрочем, не уточняя. – Я его только начинаю. Так что меня вскоре ждут великие дела. А вы?
– А я – менеджер, работаю в рекламной фирме, – охотно ответила Софья.
– В какой, если не секрет?
– Называется «Артефакт».
– Ба! Да мы соседи! – оживился Дымов. – Я сижу на другой стороне улицы. Уже успел привыкнуть к вашей вывеске.
– Неужели? – нахмурила лоб Софья. – А я что-то…
– Ну, во-первых, снаружи у меня нет собственной таблички, – ответил Дымов. – А во-вторых, вы вряд ли проводите много времени у окна.
– Конечно, моя работа не оставляет возможности считать ворон, – кивнула Софья.
– А чем вы занимаетесь в свободное от работы время? – полюбопытствовал явно флиртующий Дымов.
– В настоящий момент развожусь с мужем.
Дымов мгновенно сориентировался и оживленно предложил:
– Может быть, мы остановимся и выпьем по чашечке кофе? – Он махнул рукой куда-то вбок. – Вон там отличное кафе. И есть местечко для парковки. Или вы спешите? А может быть, просто возражаете?
Софья не спешила и не возражала. Она сощурила глаза, надеясь, что Роман все это время будет икать, икать, икать и в конце концов лопнет от напряжения. «Да нужен мне этот иуда как рыбе зонтик! – мстительно думала она, позволяя Дымову поддержать себя под локоток. – Да я только захотела и сразу же нашла мужчину, который радуется моему обществу, словно рекламное дитя йогурту! Роман наверняка еще упивается своим решительным поступком, а я уже перестала переживать по поводу его. Совсем перестала».
– Если не секрет: почему вы разводитесь? – спросил Дымов уже в кафе и покрутил чашку в руках, будто волновался, ожидая ответа.
– Ну… Мы с мужем – совершенно разные люди. И недавно я поняла, что нам уже довольно притворяться и изображать образцовую семью. Он слишком занят собой и не в состоянии сделать наш общий дом тем местом, где мне хотелось бы проводить все свое свободное время… Последний месяц показал, насколько мы далеки друг от друга. Он так погружен в свою работу…
– Все мужчины погружены в свою работу! – улыбаясь, заметил Дымов.
– Но в те свободные минуты, которые у них остаются, они все же интересуются своими женами! – горячо возразила Софья.
– Моя бывшая жена хотела только денег, – вздохнул Дымов. – Раньше я работал в органах… Да-да! – подтвердил он, заметив, как у Софьи расширились глаза. – И бегал, как бобик, вечно полуголодный, вечно злой… Она меня бросила и сказала, что я никогда ничего не добьюсь, потому что не умею ни заставить людей проявить благодарность, ни достойно принять ее.
– То есть не берете взяток?
– То есть не беру, – хмыкнул он.
Потом он похвастался, что у него девятнадцатилетняя красавица дочь. Правда, живет она с бывшей женой. А с ним живет старая преданная кошка Федора.
Он и в самом деле был симпатичным. Софья сложила руки под подбородком, и по ее физиономии разлилось умиротворение. Ей было приятно, что она нравится Дымову. Однако ей хотелось бы понравиться ему еще больше. Поэтому она немедленно применила проверенное средство, которое всегда так возвышает женщину в глазах мужчины, – заткнулась и предоставила ему говорить о себе и о своих взглядах на жизнь.
Дымов мгновенно заглотил наживку.
– Я намерен заработать кучу денег, – признался он, улыбаясь. Несмотря на легкий тон, было понятно, что намерение его серьезно и твердо. – Уже набрал клиентов. Скоро Новый год, думаю, это символично – начать свой бизнес, так сказать, на рубеже. Добиться успеха для меня дело чести. И ничто не сможет остановить меня.
Лучше бы он не произносил этих слов. Как говорится, не буди лихо, пока оно тихо. Честолюбивый Дымов, по всей видимости, не был суеверен. И не пристегнулся ремнем безопасности, когда снова очутился в машине. Нет-нет, Софья вела свой «Фольксваген» безупречно. Но, к сожалению, все, что с нами происходит, зависит не только от нас самих. В тот момент, когда она по стрелке поворачивала на Бульварное кольцо, летящий на приличной скорости «Пежо» ударил в бок чей-то новенький «жигуленок», тот завертелся на перекрестке и въехал в ее автомобиль.
Кроме Дымова, в аварии никто не пострадал. Шофер «Пежо» выскочил из машины и орал на всех, кто попадался ему под руку. Сидевшие в «жигуленке» молодые люди поливали его матом. Сама Софья отделалась легким испугом, а вот ее непристегнутый пассажир ударился головой о лобовое стекло и упал без сознания.
После этого начался настоящий кошмар – милиция, «Скорая», Дымов на носилках без единой кровинки в лице. Софью то дергали, то успокаивали, заставляли рассказывать все снова и снова, она же оцепенела и долго-долго пребывала в прострации. Наконец очнулась в своем бедном помятом «Фольксвагене» с разбитыми задними фарами. И испуганно поглядела на черный портфель, сиротливо лежавший на соседнем сиденье.
Врачи сказали, что жизни Дымова ничто не угрожает. Однако было ясно, что из обращения он выпал надолго. «А как же его новое дело? – нервничая, подумала Софья. – Его клиенты? Его кошка Федора? Пожалуй, обо всем этом должен кто-нибудь позаботиться». В тот момент ей и в голову не приходило, что этим кем-то может стать она сама. Она полагала, что у Дымова есть друзья, родственники. В конце концов, бывшая жена и вполне взрослая дочь. Милиция их обязательно разыщет.
