Так чего же спрашивается кукситься и несколько дней подряд сидеть на холме за лагерем из-за такой фигни? Надо быстренько новую жену завести. …Только нормальную, не тощую, узкобедрую и безгрудую уродину, какой та была, а солидную, толстую деваху с неохватной жопой и арбузными сиськами, которая детишек как из пушки будет выстреливать. Такую не то что родами, такую и ломом убивать умаешься.
— …Дебил… — Каким-то неуверенными и испуганным голосом окликнул меня из-за спины Витек. — Там эти, которые реку перегораживают, совета твоего спросить хотят… Шаман Ундай говорит, что без тебя никак…
…Вот, еще одни потенциальные жертвы моей некомпетентности, готовы доверчиво лечь под нож гильотины, наивно поверив моим словам, что — «Все нормально будет, я тыщи раз так делал».
А я конечно делал. В детстве, в песочнице играя. Я там много чего делал. И плотины, и замки, и целые города. …В штанишки, вон помню, как-то раз тоже наделал, игрой увлекшись. Только тогда пострадал от этого только один я. А теперь, если я в очередной раз обделаюсь, куча народа пострадает. Ведь сейчас множество народа, вместо того чтобы пищу себе на зиму запасать, под моим чутким руководством возятся в воде, играясь в песочек. А если вдруг облом?
— …Так что им сказать-то, Дебил? — Продолжал ныть за спиной Витек. — Сказать что ты с Духами говоришь, и чтоб тебя не беспокоили?
…Вот блин, ученичёк. Только врать у меня и научился. А полезного чего… Ну да, читать-писать теперь худо-бедно может. Считает на уровне выпускника первого класса общеобразовательной школы. …А может даже и второго. Когда мы там таблицу умножения-то проходили? Ну и да, лечить под моим чутким руководством намастрячился. Хотя тут конечно больше результатов дала постоянная практика, чем моя «наука».
С мелкими и средней тяжести болячками теперь все только к нему и идут. И сдается мне, что выздоровевших у него куда больше чем у меня. Потому как он искренне верит в то что делает, а не прикидывается шаманом-лекарем.
…Вон с месяц назад, наверное, засек его за анатомическим исследованием сурка. Примотал, сволочь такая, верещащую от ужаса и боли зверушку к бревнышку и давай ее с отрешенной мордой на куски кромсать, пытаясь понять, что и как там у него внутри работает, и насколько все это соответствует тому, что я ему рассказывал. Одно слово — живодер. У меня бы на такое силы воли не хватило. А ему, видишь ли, интересно!
…Да уж, что там и говорить. Он настоящий, а я — фальшивка!
— А может все-таки пойдешь, посмотришь? — Продолжал за моей спиной канючить Витек. Причем делал это как-то на одной ноте и в заунывном ритме. Будто гипнотизировать пытался, гаденыш. …Это его Эуотоосик научил, хотя сам про гипноз только от своих учителей в этом ихнем Храме Икаоитииоо и слышал. Ну да я еще парочку советов добавил, извлеченных из пособия «Гипноз для чайников». …Когда-то пытался овладеть, думал девок клеить поможет. Хренушки. …А у Витька, сволочи недоделанной, похоже начало получаться своих пациентов в трас вводить. Благо, как я заметил, народ тут довольно внушаемый.
И теперь этот гавнюк на мне, чуть ли не с младенчества помещенном в мир рекламы, ярких притягивающих этикеток и огней витрин, силенки свои пробует, недоделок хренов!
Схватил лежащий рядом со мной булыжник и не глядя, на голос, швырнул за спину. Ожидаемого звонкого гула от соударения с пустой головой не последовало. А также визгов и стонов. Либо не попал, либо увернулся гаденыш. Ну да зато можно было расслышать его спешно удаляющиеся шаги.
Сделать гадость — тоже радость, вроде как полегчало. …Булыжников тут кстати много. То ли с гор скатываются, то ли каким-то ледником притащило. Мы по большей части из этих булыжников плотину и строим. Вбиваем сначала в дно два ряда свай из железного дерева, потом к сваям крепим плетеные щиты из веток того же железного дерева, благо оно в воде почти не гниет. А между щитами сыпем эти самые булыжники, смешанные с глиной, землей и мелким щебнем.
…Пойти что ли и правда посмотреть, что в мое отсутствие наши монстрики наворотили? А то ведь, без чуткого руководящего глаза, таких дров наломают, что потом замаешься переделывать. …Тут ведь оказывается, даже мастер узоров Ундай не представляет себе, что такое прямая линия. Или две параллельные линии. Перпендикулярные.
…Нет, серьезно. Не понимают они этого. Потому как практически и не видели никогда. Ведь в природе идеально прямые линии отсутствуют, это — чисто умственная абстракция.
В природе все закругленно, завалено, загнуто. Даже идеально прямое копье отнюдь не идеально, и обычно это никого особо не парит.
А тут я начал вести строительство плотины с обоих берегов одновременно. А чтобы сошлось посередине, долго и нудно «выцеливал» правильные ориентиры с помощью Витька, Ундая, Дилора — ответственного наблюдателя от Улота, и банды Дрис’туна. Много тогда кой-кому пришлось повозиться в ледяной воде, размечая и вбивая сваи-вехи в указанных мной местах.
…Что ни говори, а хорошее тогда было времечко. Веселое, беззаботное, полное трудового энтузиазма и желания вершить что-то новое. …Не то что сейчас.
Речушка, над которой я решил поиздеваться, была сравнительно небольшая. В среднем, где-то метров десять-пятнадцать в ширину и от метра до пяти-шести глубиной.
Текла она по довольно ровной местности (почему я ее и выбрал) и особо сильным течением не отличалась. Так что самым трудным было найти достаточно ровный участок берега, разлившись на который, речка образует заливные поля. Тут ведь мало затопить большое пространство водой. Надо, чтобы эта вода возвышалась не более чем на десять-пятнадцать сантиметров над землей. А поскольку подобных идеальных условий не существует, их придется сооружать самим. И что там не говори, а работенка эта куда более трудоемкая, чем я полагал.
Я-то как обычно думал, что стоить мне только перегородить речку, заставив воды разлиться достаточно широко, и можно смело умывать руки. Ан хренушки! Как показали дальнейшие раздумья и допросы Эуотоосика и Улоскат, плотина это даже не половина, а дай бог пятая часть всей работы. Самое главное и трудное — подготовить поля, обеспечив одинаковый уровень подтопления и регулировку воды, чтобы после прошедших где-то в горах дождей все наши насаждения не смыло бы водой, или чтобы они не погибли в засуху.
Аиотеекская каша (как мы стали называть это зерно), по словам моих «специалистов», особо капризной не была. …Если все время держать ее в воде, то обязательно чего-нибудь да вырастет. Даже если просто поливать постоянно, как делала это Улоскат позапрошлым летом, и то урожай будет обеспечен.
Вот этот постоянный доступ воды, я и должен был обеспечить.
…Да. Когда мы взялись за строительство плотины и подготовку полей, работы и неотложных забот появилось столько, что мне как-то совсем не до беременной жены стало. …Я даже роды Осакат пропустил, благо она-то родила без особых проблем, и помощи Великого Шамана не потребовалось — всех злых духов отогнал ученик Шамана и муж по совместительству.
Да уж, это было время постоянной штурмовщины, творческих споров и поисков. Тут уже не до какой-то там беременной дикарки… Столько важных работ и дел надо было сделать и причем срочно, поскольку весна уже была в самом разгаре, и давным-давно пора было пахать-сажать. А у нас, как оказалось, даже самых необходимых инструментов не было. …Вообще ни у кого не было в целом мире.
…Вот например горизонтальный уровень. Долго думал, как его сделать. Тем более что мне он нужен был достаточно большого размера, чтобы выравнивать поля.
Пытался даже что-то вроде узкого желобка в полоске глины изготовить, чтобы, налив в нее воду, можно было определять правильную горизонтальность. Хренушки. Будто бы я не знал, что при обжиге, такое изделие в лучшем случае изогнет и выкрутит дугой или пропеллером, а в худшем, оно просто треснет.
Оно и трескалась. Аж четыре раза подряд. Пока я не догадался обтесать длинную прямую доску и закрепить на ее краях обычные чашечки. Потом запустил эту доску в ближайшую большую лужу. И когда вода успокоилась, и доска перестала качаться, отметил правильный уровень в чашках. Если поверхность не горизонтальна, то вода в чашечках заметно не совпадает со сделанными рисками. Вот он горизонт! Вот она победа Разума над Природой, до жены ли тут?!
Вообще, прежде чем приступить к работе, пришлось налаживать целую мастерскую по изготовлению инструмента. И банда Дрис’туна оказала тут мне неоценимую помощь. Они и походную печь-горн самостоятельно сложили из булыжников, и вытесали деревянные лопаты, края которых мы потом оббили бронзовой полосой, чтобы лучше копала.
Да и беготня с уровнем и той хренью (не помню как она по научному называется[1]), которой землю исследуют, определяя разные высоты, естественно без них не обошлась.
