доме имеется просторный, прохладный подвал?
Тот утвердительно кивнул.
Полутёмный узкий коридор казался бесконечным. Впереди шёл герр Мортен, высоко подняв масляную лампу — на их пути горящие свечи встречались не часто. Два солдата, несущие сундук, держались непринуждённо легко, но капитан, замыкающий процессию, видел по их напряжённым мускулам, что груз оказался не из лёгких. Наконец они пришли. Мортен остановился и повесил свой фонарь на штырь, торчащий из стены. Узкий холл закончился дверью. Потемневшая от времени древесина обита ржавыми полосками, выкованными в форме языков вздымающегося вверх пламени. Капитан нахмурился — он уже видел точно такую же странную дверь — и это не приступ дежавю, а реальное переживание. Но где, чёрт побери, он мог видеть подобное?
Из всех ключей, висящих на массивном, металлическом кольце, Мортен выбрал самый старый, с ромбовидной головкой и покрытый пятнами ржавчины. Понадобилось некоторое усилие, чтобы ключ повернулся в замочной скважине. Из тёмного дверного проема потянуло холодом. Запахло землёй, гнилыми фруктами и прелыми листьями. Тускло блеснули зелёные стёкла пенсне, хозяин дома снял лампу с крюка и решительно шагнул вперёд.
— Подождите здесь, — его сильный акцент жутко коверкал родной язык дорогих гостей, — Я лишь зажгу светильники.
Капитан кивнул и устало прислонился к шероховатой стене. Расслабился и прикрыл веки, но озарение заставило его снова широко распахнуть глаза. Мужчина вполголоса рассмеялся. Драгуны удивлённо воззрились на командира. Капитан небрежно махнул рукой — мол, не обращайте внимания — и снова опёрся о стену. Он продолжал вяло улыбаться — вспомнил, где видел подобную дверь. Тайная имперская тюрьма, надёжно скрытая в катакомбах. Нижние, труднодоступные уровни, камера, предназначенная для самых опасных ведьм, колдунов и чернокнижников. Распахнутая перед ним дверь не просто похожа на ту, тюремную — это именно та самая дверь. В том смысле, что их создал один и тот же плотник. Возможно, стоит поинтересоваться об этом факте у владельца дома. Но позже, сейчас на это нет времени.
Тёмный дверной проём осветился — на пороге появился Мортен, держащий лампу.
— Прошу вас, господа. Будьте осторожны на ступенях — они очень старые.
Голос мужчины, надтреснутый, дребезжащий, вызывал неприязнь. Особенно, когда он говорил по-французски.
Драгуны не дожидались команды — подняли ящик и начали спуск. Капитан поморщился, он приветствовал здоровую инициативу, но сейчас его подчинённые явно поторопились. Лестница слишком крута, а груз весьма тяжёл. Солдат, спускающийся первым, спиной вперёд, тоже это понял. Но слишком поздно — сундук сильно толкал его, ноги с трудом находили следующую ступень. Капитан заметил оказию и попытался протиснуться вдоль стены на помощь, но ничего не вышло, а стало только хуже — он толкнул второго драгуна и тот не удержал груз — ящик поехал вниз, подминая под себя первого горе-грузчика. Раздался хриплый вскрик, что-то смачно хрустнуло, деревянный короб съехал вниз, словно санки по ледяной горке, и гулко хлопнулся на пол подвала, который представлял из себя небрежно утрамбованную землю.
— Помогите ему, — бросил капитан, и, перепрыгнув через распростёртого на ступенях драгуна, бросился к ящику.
Удостоверившись, что груз не пострадал, он вернулся к солдату. Тот скрипел зубами, но имел бесконечно виноватый вид.
— Простите, командир, — процедил он, превозмогая явно сильную боль.
— Герр Мортен, посветите, пожалуйста, а ты, Поль, приведи помощь со двора.
Солдат, названный Полем, резво умчался вверх по лестнице; герр Мортен и капитан склонились над потерпевшим. Света особо не требовалось — всё и так прекрасно видно. На голени несчастного зияла рваная рана, сломанная берцовая кость торчала под странным углом, фонтанчики крови толчками выплёскивалась на деревянные ступени лестницы. Капитан рванул с талии белый ремень и перетянул повреждённую ногу чуть выше колена. Кровь постепенно остановилась. Вскоре прибежали остальные.
— Я покажу подходящую комнату — там удобная кровать со спинкой и мы сможем зафиксировать сломанную конечность, — французский Мортена звучал сейчас намного лучше, возможно, в самом начале их знакомства, гордый бош намеренно искажал язык оккупантов.
— Отнесите этого растяпу, куда укажет герр Мортен, позаботьтесь о нём и заканчивайте разгрузку, а ты, — палец, отличающийся ухоженным маникюром, ткнул трубача в грудь, — Останься и помоги мне.
Раненного бережно унесли, капитан снял со стены пылающий факел и осмотрелся. Они находились в коротком коридоре — трухлявые дощатые стены, земляной пол под ногами. В нескольких шагах от них тускло светился арочный проём.
— Берись за ручку, — сказал он трубачу и парень прекратил исследовать содержимое своих ноздрей.
Вытерев козявки о мундир, он взялся за бронзовое кольцо, ввинченное в стенку сундука. Они двинулись на свет и вскоре вошли под низко нависающую арку. Капитану пришлось пригнуться, чтобы не разбить лоб о каменную дугу.
— Вот так дела! — восхищённо воскликнул мальчишка.
Его голос моментально разнёсся по помещению, отражаясь от стен многократным эхом. Они оказались в просторном зале — те, кто его построил, явно разбирались в секретах архитектуры, позволяющих достичь столь прекрасной акустики. Стены оформлены глухими арочными проёмами, разделёнными красными кирпичными колоннами, мерцающими тусклым пламенем редких факелов. Пол выложен каменными, растрескавшимися плитами. В центре залы располагался прямоугольный камень, напоминающий каменный гроб или алтарь для жертвоприношений. Дальний угол завален ломаной мебелью и невнятной рухлядью.
— Туда, — кивнул капитан.
Они кое-как доволокли свою ношу до места и, со вздохом облегчения, опустили груз подле старинного комода с отломанными дверцами.
Послышались гулкие шаги; вернулся Мортен, на его лбу блестели капельки пота.
— Вашему солдату нужна медицинская помощь, месье капитан. Извините, что весьма небрежно предостерёг вас об опасности лестницы. Соблаговолите распорядиться, и я привезу из города врача.
Трубач, исполняющий при капитане обязанности личного адъютанта и переводчика, хотел облечь прозвучавшую на ломаном французском фразу в благозвучную форму, но капитан остановил его лёгким взмахом руки:
— Не надо армейских званий и титулов. Моё имя Жиль де Риньяк, и я у вас в гостях, — он протянул Мортену руку.
Тот принял рукопожатие.
— И не надо извинений, герр Мортен. Вы предупреждали. Это достойный урок — солдат не должен быть легкомысленным. От оценки ситуации и принятия верного решения зависит его жизнь.
Мортен склонил голову, выказывая уважение к словам капитана.
— Кстати, герр Мортен, — снова произнёс капитан, — Этот подвал... — он замялся, подыскивая нужное слово, — Он весьма необычен, и похож на некое святилище или усыпальницу. Просветите, в чём тут дело.
В зелёных стёклышках пенсне вспыхнули
