ту сумму, что он заплатил бы за выкуп — услуга должна быть весомой. Вот только была одна проблема. Первый Герцог не очень-то и уважал законы чести, а его сын, судя по поведению в бою и вовсе их презирал. А значит, есть большой риск не просто не получить ничего. Хуже. Такие люди воспринимают благородство как слабость, считают себя умнее других. Считают, что они нашли лазейку в этой системе, а их статус не позволит кому-то запретить им этой лазейкой пользоваться. Глупцы. Ведь именно из-за такого их отношения Эрин вынуждена пленить Ласло, а не разойтись добром к выгоде обоих родов. — Ох, матушка будет в ярости… — Пробормотала она, приближаясь к отползающему от неё маркизу. Тот положил пальцы в рот и громко свистнул, заляпав своей кровью брюки аристократки. Но никто не пришел на помощь, судя по продолжающимся звукам боя снаружи — просто не могли. Эрин делала шаг за шагом, а он все отползал, пока спина не уткнулась в ткань шатра. — Ладно, ты победила, но может выслушаешь моё предложение? — Уже наслушалась. Теперь ты выслушаешь моё. Сейчас ты отправляешься со мной в Третье Герцогство, где будешь гостить, пока мы не договоримся о выкупе с Герцогом. — Отец вам этого не простит. — Твоему отцу стоит беспокоиться не о нас… — С намеком произнесла она, возвращая револьвер в кобуру. Порыв ветра колыхнул ткань шатра… и бросил её в лицо. Сверкнули стальные когти, промахнувшись на пару сантиметров. Всё перемешалось, земля поменялась местами с небом. Её отбросило в сторону, запутывая в ткань. Тьма. — Аргх… — Прорычала девушка, пытаясь разорвать шелковые путы. Шелк трещал, но поддавался неохотно. Меч всё еще оставался в руке, но слишком длинный и неудобный в такой ситуации. Она обратилась к источнику и… Меч стал короче. Похоже, её отбросило достаточно далеко, чтобы артефакт перестал действовать. Девушка начала прорезать дорогу через горы шелка к свету. Клинок разрезал шатер, спутавшийся в ком, девушка поднялась и тут же пригнулась. Над головой просвистели когти. Грифон. И не один. Двое грифонов кружили над полем боя, медленно, но верно сокращая число конных рыцарей. Без стрелкового оружия кавалерия мало что могла сделать с грифонами, которые не спешили опускаться вниз для честного боя. Словно орлы, они атаковали с пикирования, вышибая рыцарей из седел. Пусть задние лапы грифона мало подходили для таких маневров, наваренные стальные когти, крепкий полудоспех, вес и скорость — позволяли им наносить удары не хуже осадного тарана. В лучшем случае рыцарь отделывался переломами. В худшем — уже не мог подняться. Несколько всадников, что сумели сохранить копья во время прорыва через пехоту, выбивались из сил, гоняясь за летучими тварями. Однако, летучие наездники не хотели рисковать и выбирали цели попроще, направляя грифонов подальше от копий. А с одним лишь мечом даже дотянуться до атакующего Грифона было тяжело. Это понимали и конные рыцари, не желающие быть чучелами для битья. Очередная жертва не собиралась без толку махать клинком, пытаясь отбить длинные когти. Рыцарь перехватил меч, остановил лошадь и дождавшись, когда враг приблизится… Метнул его в незащищенную грудь грифона, ускорив острый снаряд не только силой рук, но и магией. Вот только наездник не зря ел свой хлеб. Честь оседлать грифона доставалась лишь лучшим из лучших. Клинок срикошетил от воздуха, а стальные когти, словно топоры, на полной скорости врезались в доспех. Сочленения не выдержали, и рыцарь полетел на землю раздельно со своей рукой. Грифон замахал крыльями, набирая высоту на еще один заход. Со стальных когтей капала кровь. Эрин оглядывается, выискивая Ласло, и быстро его находит. Он с трудом забирается в седло того самого грифона, что охранял палатку. Девушка мчится к нему, но воздух вновь свистит. Рыцарь грифона решает прикрыть своего господина и пускается наперерез. Удлинившийся клинок сияет. Звон! Она проскальзывает меж лап и наносит удар, перерубая всё на своём пути. Стальные когти, доспех, лапу. Грифон издает крик боли. Отрубленные когти, сделав сальто в воздухе, глубоко зарываются в землю. Наездник уводит летучее чудовище подальше, оставляя за собой дорожку из алой крови. Девушка не отвлекается, отмахнувшись от атаки, она продолжает нестись вперед. Ласло, заметив её, подстегивает своего грифона. Тот начинает неуклюжий разбег, звеня длинными когтями по земле. Взмах крыльями — и он в небе. — Трус! — Кричит ему вслед девушка. Наследник Герцога улыбается и машет рукой. — Если от вас сбегают мужчины, то вам надо что-то делать со своим характером! — Издевательски выкрикивает он. Грохочет выстрел. Пуля легко догоняет наездника, просвистев возле уха. Ясно. Нужно взять чуть ниже и правее. Эрин отбрасывает меч и целится двумя руками. Фигура всадника мелькает между целиком и мушкой. Палец жмет на спусковой крючок… Цок! — Отвечает револьвер, ударив бойком по пустой камере. Шестая пуля осталась лежать под столом, в крестьянском доме. Грифоны улетают вдаль. Их фигуры растворяются в бескрайнем небе. Рыцари осматривают раненых, собирают убитых и вливают зелья в тех, кто находился без сознания. На ногах осталось не больше половины.
Эрин раздраженно вложила револьвер в кобуру и подобрала меч. — Найдите тело Маркиза и возвращаемся. *** Смог покрывал поле боя. Большое число трупов — верный путь к болезням, а так как антибиотиков не было… Рисковать эпидемией не хотелось. Команды для уборки тел отправились в поле вместе с теми, кто должен был брать пленных. Тела избавляли от брони и везли на телегах в кучи, откуда рабочие переносили их на бревна. Заполыхали костры.
— Стоять! — Крикнул я, заметив, что к куче вражеских воинов несут одного из наших. Его мундир весь в крови. — Он мертв, сэр. — Неправильно истолковал приказ, солдат, но остановился, поставив деревянную тележку на землю. — Я вижу. Передай всем приказ, чтобы их нужно свозить отдельно. И найди гонца в город, пусть кинет клич, что мне нужны работники для копки могил. Заплачу щедро. — Есть, а куда мне… — Пока оставь тут, я распоряжусь о месте. — Приказал я и направился к кострам, чтобы предупредить людей и там. И где чертовы офицеры, когда они так нужны? С перерытых снарядами полей вели пленных. Лишь некоторые были связаны веревками — слишком уж много пленных, веревок на всех попросту не хватало. Большинство плелось под конвоем стрелков. Тил накинулся на отряд, что в одиночку вел дюжего воина в изрядно побитых доспехах. — Идиоты! Почему не сняли доспехи? — У него рука сломана, сэр. И он вроде как сотрудничает. — Оправдывался сержант. Подойдя поближе, я с удивлением обнаружил, что вели они моего старого знакомого. Я смерил его взглядом снизу вверх. Веревки, что были выданы отряду для связывания пленных, поддерживали его сломанную руку. В другой руке он держал шлем. — Вижу, вам вновь нужен целитель, барон. — Не помешал бы. — Согласился Алуин. — Признаюсь, кого — кого, а вас я не ожидал здесь увидеть. — Решил, что в плену мне будет безопаснее. — Пожал плечом Алуин и поморщился от боли. — Нет, я имел в виду — на поле боя. — Уточнил я. — Жизнь не всегда дает выбор. Могу ли я оставить свой меч? — Он мотнул головой в сторону, где двое солдат с трудом тащили крупный двуручник. — Клянусь честью, что не буду применять его против вас или пытаться сбежать. Но не хотелось бы, чтобы его переправили. Семейная реликвия, как-никак. Я задумался. Мы уже договаривались пару раз, и он ни разу меня не обманывал. Так, почему бы и нет? — Хорошо, но только если снимешь доспех. Солдат нервируют бронированные туши. — Я бы снял, если бы мог. Нужен кузнец и долото. Ваши проклятые снаряды заклинили мне всё что только могли. — Пожаловался он. Касаюсь лат и после небольшого сопротивления, они рассыпаются на части.
