Я миновал рощу и стал взбираться на холм. За моей спиной постепенно разгоралась заря, но небо впереди еще было темным, еще пестрело точками самых ярких звезд. Скоро, совсем скоро я увижу свой город. Еще пара сотен шагов по этой пустынной предутренней дороге. Совсем, совсем немного, совсем ничего, если сравнить с дорогой, оставленной позади. Можно не спешить. Какой смысл торопиться, если цель так близка, если до вершины холма уже рукой подать? Но я все ускорял и ускорял шаги, ноги сами несли меня вперед, так, будто вернулись мои молодые годы, будто не было позади долгих лет скитаний, невзгод, одиночества и тоски.
Все это в прошлом, все это уже позади, а впереди - мой родной город. Я почти бегом поднялся на вершину холма - и замер, пораженный тем, что открылось передо мною.
Мой город лежал внизу, под холмом. Такой, каким я всегда помнил его. Окруженный старыми стенами, с башней дракона на холме, с островерхими крышами домов, над его домами и улицами, над холмом с башней, в этом сером рассветном небе зловещим знаком беды чернел знак дракона. Все поплыло перед моими глазами, земля резко наклонилась и ударила меня в грудь.
Наверное, я очнулся почти сразу. Встал, машинально отряхнулся, слизнул кровь с разбитой губы. Снова, уже спокойнее, посмотрел вперед. Да, знак дракона чернел над моим городом. Стоило скитаться столько лет, стоило пройти столько дорог, чтобы вернуться в родной город накануне его гибели! Я даже застонал от отчаяния, которое полнило душу. Знак дракона! Проклятие, веками висевшее над городом. Предвестник смерти.
Но нет, не все еще потеряно! Отчаяние - дорога к гибели. Сама судьба распорядилась, чтобы я вернулся в свой город в этот самый страшный для него день. Опоздать было бы гораздо страшнее. А пока еще есть надежда вперед!
И я побежал вперед, к воротам города. Дорога спускалась в ложбину, и на какое-то время он скрылся из вида. А когда появился снова, то был уже гораздо ближе. Бежать было тяжело, временами я сбивался на шаг, но потом, чуть собравшись с силами, снова гнал себя вперед, жадно глотая ртом воздух. Вперед, скорее, пока еще есть время хоть что-то сделать для спасения, пока еще остается хоть какая-то надежда!
Мешок за плечами мешал мне бежать, книга била по спине при каждом шаге, но какое-то время я и подумать не мог о том, чтобы расстаться с ней. Но городские ворота приближались медленно, слишком медленно, и наконец, еще раз взглянув на знак дракона, нависший над городом, я остановился и скинул мешок с плеч. Огромный приметный валун вылез из земли у самого края дороги, несколько чахлых кустов выбивалось из-под его основания. Я сошел с дороги, засунул мешок между ними и валуном, слегка расправил ветви. И бросился бежать дальше. Я должен был успеть, я должен был встретить беду там, в городе, вместе с его жителями. В такой день ничья помощь не может быть лишней.
Мне не хватило дыхания для того, чтобы добежать до конца. Когда дорога, обогнув овраг, подошла к стене, я уже шел - шатаясь, тяжело дыша, держась рукой за правый бок. И только у самой стены вдруг удивился тишине и спокойствию, царившим вокруг. Я огляделся и не поверил своим глазам. Дорога была совершенно пустынна. Никто не бежал прочь из города, ни единого тревожного звука не раздавалось из-за его стен, так, будто все его жители вымерли. Или спали.
Спали.
В это я не мог поверить.
Как можно спать, когда знак дракона чернеет в небе над головой? Неужели все в городе ослепли, неужели никто из них, взглянув поутру на небо, не поднял тревоги? Почему не слышно криков, призывающих тех, кто силен духом, встать на защиту города? Почему малодушные не бегут прочь из него? Или один лишь я вижу зловещий знак, нависший над его стенами?
Все еще не решаясь поверить в это, я из последних сил ковылял вдоль городской стены. Наконец дорога обогнула Толстую башню и по мосту над давно высохшим рвом устремилась к воротам. Уже совсем рассвело, и они были открыты. Два стражника стояли на мосту и о чем-то разговаривали громкими голосами. Один из них сказал что-то смешное, и оба захохотали, вспугнув вышедшую из ворот шелудивую собачонку. Это было настолько невероятно, что я застыл на месте, не в силах поверить тому, что видел. Я стоял как парализованный, и смотрел на этих хохочущих накануне гибели людей, и не верил своим глазам. Потом медленно-медленно, готовый к чему угодно, поднял голову и посмотрел на небо.
Знак дракона, знак гибели по-прежнему висел над городом, прямо над моей головой! Он был отчетливо виден на фоне совсем уже светлого утреннего неба, хотя его четкие и строгие еще полчаса назад линии уже начали расплываться в воздухе. Так и должно быть. Еще полчаса, и этот знак последний предвестник грядущего бедствия - исчезнет, чтобы потом огнем запылать на небе в час гибели города, если мы не сумеем отвратить ее.
Медленными, неверными шагами я двинулся вперед по мосту. Стражники не обратили на меня внимания, собачонка, помахав хвостом, отвернулась. Я прошел темным проходом под башней, никем не задержанный вышел на небольшую площадь за воротами и огляделся по сторонам. Все здесь было родным и до боли знакомым, все было именно таким, каким я вспоминал это в долгие годы странствий. Только дом в правом дальнем углу площади немного подновили, заложив попутно кирпичом одно из нижних окон, да мостовая кое-где пришла в негодность, только исчезли каменные столбы, что раньше стояли при въезде на Рыночную улицу, да перекрасили фасад караульного помещения. Но смешно было бы надеяться увидеть свой город таким, каким он был перед тем, как я покинул его столько лет назад.
Я ждал этих перемен, столь обычных для города, живущего нормальной жизнью. Но я не мыслил увидеть эту нормальную жизнь под знаком дракона!
Я быстрыми шагами пересек площадь и пошел - бежать я не мог - по Рыночной улице. Вид мой, наверное, был странен, потому что двое прохожих, которые, разговаривая, шли навстречу, вдруг замерли на месте и замолчали, уставившись на меня. Но я не стал задерживаться и прошел мимо, не сказав им ни слова. Через сотню шагов я свернул в узкий переулок, потом через проходной двор - как все здесь было знакомо! - вышел на Кузнечную улицу и теперь уже побежал, потому что дорога шла вниз, к Ратушной площади.
Скорее туда, к ратуше, где в этот утренний час уже толпится народ. Я побежал бы и к рынку, но до рынка было дальше, и улица шла в гору, а я не хотел, не мог терять ни минуты. Скорее! Пока знак дракона еще виден на небе, надо указать на него, надо заставить их увидеть его. Кто знает, когда, в какой час беда обрушится на город? Кто знает, сколько времени осталось нам для спасения?
Я выбежал на площадь и на несколько мгновений замер, не зная, что сказать и как сказать. Здесь были люди, человек пятьдесят, - стражники, дежурившие у ратуши, просители, ожидающие, когда начнут прием советники, свидетели, вызванные с утра пораньше в городской суд, - и все они, удивленные моим видом и внезапным появлением, повернулись в мою сторону. Я стоял посреди площади, переводя взгляд с одного на другого, потом поднял голову и посмотрел наверх. Крыши домов закрывали половину неба, да и солнце вот-вот должно было показаться из-за горизонта и поглотить остатки зловещего знака, но он был еще виден, еще чернел там, в вышине, прямо над нашими головами. И тогда я набрал полную грудь воздуха и закричал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
