Яна состроила недовольную моську:
— Мне это должно о чем-то сказать?
— Это… красавчик с филологического. Он еще концерты ведет университетские. Девчонки про него рассказывали. Мы когда первокурсниками были, он выпускался с бакалавриата… в КВН выступал за универ… говорят, красив как кинозвезда. Ладно, я тебя впишу сюда, там уже на него посмотришь… нам расскажешь, — и, весело подмигнув, Инна села на свое место — вносить новое имя в список желающих.
Яна рассеянно подумала, что зря записалась. Если препод красавчик, то, получается, будет толпа девиц, что пришли не его слушать, а свои прелести демонстрировать? Решив, что сходит один разок, а потом, если не понравится, уйдет, Яна успокоилась.
У нее не было близких подруг среди одногруппниц. Общались девчонки между собой хорошо, кровавых разборок не устраивали, подлянки друг другу не строили. Но Яна постоянно ощущала себя не на своем месте: здесь все находятся более-менее осознанно, а она пошла, чтобы предки отстали… Ну и потому что верила: если что, бабуля поможет избежать отчисления. Потом оказалось, что бабуля скорее сама ее отчислит, чем позволит филонить, но первое время Яна пребывала в счастливом неведении.
В общем, более-менее она общалась как раз со старостой и ее лучшей подругой — Кариной Гордеевой. Девчонки почти везде ходили вместе, поэтому Яна была то ли третьей лишней, то ли их любимым ребенком: те о ней нередко заботились, опекали и помогали. Но дружбы — чтобы тоже можно было с большой буквы писать — не было. В школьное время у нее была Марина, но сейчас она учится в Питере, и они могут лишь болтать по телефону и вместе гулять на каникулах. Ну и еще, конечно, есть брат. Он, без сомнения, ее лучший друг, но все же не подружка: косметику, парней и месячные с ним не обсудишь…
С началом лекции Яна все больше думала о странном незнакомце и ее Артуре. И чем дальше, тем сильнее размывались воспоминания о нетипичном поведении парня и ее маленьком позоре и тем ярче становился образ книжного героя. К концу четвертой пары Яна была уже на низком старте: планировала прогулять все, что можно прогулять с наименьшими потерями, а домой неслась как на крыльях.
Шмотки с себя скидывала практически на ходу, только натянула длинную футболку брата и сразу села за ноутбук — писать продолжение своего романа. Она едва ли заметила, как брат вернулся с пар, как, горько вздохнув, сам собрал ей бутерброд и подсунул под руку вместе с кружкой сладкого чая.
Ян — ну или Януш по паспорту — ее близнец. Двойняшка, если быть предельно точной: они ведь даже не похожи внешне… Он выше на полторы головы, глаза у него карие, нос не курносый, а сам серьезный и рассудительный… Не то что его непутевая сестра, вечно влипающая в сомнительные авантюры.
Яна, закончив главу, тут же решила ее выложить. Подписчиков у нее было не особо много, но комментарии к главам — это тот же наркотик, поэтому удержаться не было никакой возможности. Опубликовав, она закрыла вкладку браузера, с трудом переборов желание сидеть и обновлять страничку каждые пятнадцать секунд. Устало потянулась, чувствуя, как расслабляются напряженные мышцы, потом сама унесла пустую посуду на кухню, поблагодарила брата за заботу, даже разобрала рюкзак с универа и налила себе еще чаечку… Больше терпеть было невмоготу, и Яна открыла нужную страничку — вдруг кто-то уже прочел и написал ей комментарий?
Комментариев еще не было. Зато мигала иконка личного сообщения. Яна, окрыленная надеждой на чью-то похвальбу, тут же открыла переписку. Пользователь с ником Просто Чел, впрочем, ее ожиданий не оправдал.
Просто Чел: Признайся: ты ненормальная. Извращенка.
Янина Соболь: Простите, но вы вообще кто? Если не нравятся мои книги — не читайте. Если хотите кому-то нагрубить, идите в другое место.
Яна ответила раздраженно, но закрыть вкладку не успела: ответ пришел почти мгновенно.
Просто Чел: В смысле, кто? Я твой герой. И, знаешь, в реальном мире то, что творит этот Артур, называется насилием и преследуется по закону.
Яна уже хотела снова рыкнуть на него — какой еще герой? — но вовремя опомнилась. Герой… Точно! Тот парень, которого она сегодня сфоткала, ее живое вдохновение. Кто ж знал, что он реально будет читать ее текст? Стало немного стыдно. Просто закон подлости какой-то!..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Между тем парень успел настрочить еще пару сообщений.
Просто Чел: Ты вообще понимаешь, что твой герой — мудак?
Просто Чел: Я не хочу, чтобы моя внешность была основой для морального извращенца.
Янина Соболь: Отстань. Ты просто ничего не понимаешь в женских романах. Мой Артур — идеальный мужчина.
Яна уверенно напечатала ответ и гордо выдохнула: будут тут еще какие-то идиоты говорить ей, как романы пишутся. Но ответ парня ее удивил.
Просто Чел: Идеальный мужчина?! То есть если я запихну тебя в багажник машины, привезу в свой загородный дом и… ну, вряд ли они у тебя в следующей главе будут голыми в шахматы на кровати играть. Это называется изнасилованием. Я требую переписать роман!
Янина Соболь: Тебя еще буду спрашивать.
Просто Чел: Свободу Героям!
Просто Чел: СВОБОДУ!
Просто Чел: ГЕРОЯМ!
Просто Чел: С
Просто Чел: В
Просто Чел: О
На этом моменте Яна не вытерпела и просто закрыла вкладку браузера. Псих. Жаль, что на сайте отсутствует нормальная система банов: блокировать пользователей могут только админы, простым смертным остается только жаловаться на хамов и ждать ответа техподдержки. Или просто игнорировать, чем Яна и планировала заняться. Пусть пишет, она просто перестанет отвечать, и со временем ему надоест.
— Ты что такая сердитая? — раздался за спиной голос Януша.
С начала учебы в университете они переехали в двухкомнатную квартиру в старом кирпичном доме. Несмотря на то, что они двойняшки: разнополые, не похожие друг на друга ни внешностью, ни характерами, родители все равно относились к ним так, будто они — близнецы. На детских фотках у них часто костюмчики одного цвета, им нередко дарили одинаковые игрушки (Яна все равно больше любила играть с машинками и роботами), книжки, школьные принадлежности. У них даже комната была одна, где две кровати стояли рядом, а в углу стояла ширма для переодевания. Яне казалось чем-то само собой разумеющимся за ширмой мерить шмотки, болтая с братом, а потом требовать от него реакции на наряд. Следуя детским традициям, эту квартиру им тоже купили одну на двоих. Ян жил вроде как в зале, а Яна — в спальне. Но оба компьютерных стола находились в ее комнате, так что брат чаще бывал здесь, чем у себя.
— Эй, ты чего зависла? — Ян помахал у нее перед глазами ладонью.
— А? Задумалась просто. Нормально все, просто один… хмырь достал. Интернет-тролль. Это не опасно.
Януш кивнул и тоже сел за стол, включая компьютер.
Он учится на инженера, сейчас строит какие-то сложные схемы в специальной программе — у него для этого и компьютер помощнее. Вообще, Ян — это родительская гордость. Почти все семейство Манцевич хорошо разбираются в математике и всяких там сложных конструкциях. Папа у Яны владеет бизнесом, мама — бухгалтер и главный папин помощник, бабуля — доктор экономических наук, дедушка до развала СССР был ведущим инженером в институте, а его брат — первым секретарем горкома партии и историком по образованию. Это она с самого детства больше увлекалась чтением книг. И то, не серьезной классической литературой, которую любила и ее бабушка, а фэнтезийной и любовной прозой.
Она закончила лицей с физико-математическим уклоном. Экзамены сдала хорошо, особенно математику, хотела аккуратно поступить на экономиста и традиционно после выпуска использовать диплом в качестве подставки под горячее. И никогда не думала, что ее баллов хватит для бюджетного места по специальности бухгалтера. Вообще, семья вполне могла себе позволить отучить ее и на платном, но для Яны это было возможностью показать родителям, что она не хуже Януша. Он-то после своих олимпиад мог и в Москву поступать, непонятно, почему вообще выбрал их политех.
