ещё политическая воля.
— Что такое политическая воля? — спросил Фьор.
— Это решение наших правителей, — уточнил Игорь слова капитана.
— Правители! Мы понимаем о чём вы, у нас тоже когда-то они были, — заулыбалась Ньора.
— Да, мы их выбираем, — на всякий случай пояснила Клара, — а они принимают за нас решения. А как вы это делаете, если у вас нет правителей?
— Всё очень просто. Мы выбираем самое разумное решение.
— Великолепно! Как я вам завидую! А если окажется, что есть несколько ответов, похожих на правильный? — не унималась Клара, — или существуют разногласия в обществе?
— Тогда всё решает случай, — просто ответила Ньора.
— То есть, вы полагаетесь на случайный выбор?
— Да, — улыбнулась Кларе Ньора.
— Это ничуть не хуже правителей, пусть и избранных, — встал на защиту Норы Игорь. — Их решения тоже порой выглядят совершенно случайными.
Земляне подошли к шатрам и их обступили соплеменники Фьора и Норы, разглядывая новый вид прилетевших инопланетян. Однако, то ли по причине врожденной вежливости, то ли пресыщенности визитами, а, возможно, и того, что в космонавтах не было ничего интересного — ни щупалец, ни крыльев — аборигены быстро потеряли интерес и разошлись по своим делам.
— Вы будете ходить в этих неудобных штуках? — поинтересовался Фьор.
— Где-то можно их снять? — спросил Джек.
— Да, пожалуйста, вот в этом шатре, — предложил Фьор.
Когда космонавты разоблачились, Ньора пригласила их попробовать разноцветные фрукты, лежавшие на столах, как угощение.
— Сначала я должен их проверить, — остановил коллег Игорь.
Он достал анализатор, иголку которого стал по очереди втыкать в предложенные фрукты. Данные сразу отправлялись на корабль, где ИИ анализировал молекулярный состав.
— Ничего опасного для здоровья человека не обнаружено, — волшебно пропел он. — Однако, я не анализировал вкусовые рецепторы аборигенов и не могу сказать, насколько вам понравится на вкус то, что вы видите визуально.
— А ты хотел бы, чтобы мы прислали на корабль язык аборигена, да? — съязвила Клара.
— Это было бы практично и предусмотрительно, — не понял иронии ИИ.
— Ладно, теперь пробую я, — сказала Клара.
Пилот выбрала мерцающий фиолетовый шар и надкусила его.
— Боже! — остановилась она внезапно.
— Что? — забеспокоился биолог.
— Никогда ничего подобного не пробовала, это — божественно!
— Я рада, что вам понравилось, — прокомментировала, стоявшая рядом, Ньора. — Мы выращиваем фрукты круглый год, это наша основная пища.
— А вы не едите животных? — спросил Игорь.
— Как вы смеете такое предполагать?! — первый раз возмутилась Ньора, — мы — цивилизованные существа.
— Извините его, пожалуйста, он просто изучает вас, это — профессиональный интерес и ничего больше, — сказала Клара.
— Ах, это вы извините меня, я не поняла. Конечно, спрашивайте, я вам всё расскажу.
— И фруктов хватает всем жителям планеты? — уточнил Игорь.
— Да, — ответила Ньора, — мы в любой момент можем вырастить столько, сколько нужно.
— Поразительно! — восхитился биолог. — Нам бы такие технологии…
— Вам не хватает пищи? Вы едите животных? — начала задавать свои вопросы Ньора.
— Нет, нет, — отмахнулся биолог, — в целом хватает, но не всегда и всем.
— Смотрите, что это? — сменил тему Джек.
Несколько эльфов устанавливали на поляне огромный экран. Они использовали хитроумные механизмы, позволявшие поднимать тяжелый экран очень быстро и беспроблемно.
— Это для праздничной трансляции, — пояснил Фьор.
— А что же за праздник сегодня? — спросила Клара.
— Очень важный. Праздник контуров на карте, — переливчатой мелодией ИИ перевел ответ Фьора.
— Праздник контурной карты, может быть? — уточнила перевод Клара. — В чём он заключается?
— Ребенок, которого специально для этого выбрали, рисует с завязанными глазами на карте границы, — пояснила Ньора.
— Границы чего?
— Границы наших стран. Ну, знаете, мы по многолетней традиции делим планету на несколько стран.
— Да, у нас тоже есть страны на планете, — сказал Джек.
— Очевидно, социальная эволюция живых существ развивается похоже, — сделал заключение Игорь.
— И что же, теперь вы меняете границы? Зачем? — спросила Нору Клара.
— Да, меняем, — ответила та. — Однажды наши предки задумались, что мы живём в каких-то границах, которые установили тысячи лет назад, зачастую неизвестные, люди по неизвестным нам причинам. Это же так глупо — продолжать жить и ориентироваться на них. Исполнять закон, непонятно кем и зачем придуманный. Не находите?
— Действительно, глупо, тем более, такому продвинутому обществу, как ваше.
— Да, а вы знаете, как много определяют эти границы в жизни? — спросила Ньора Клару.
— О, да, конечно. И как же вы вышли из ситуации с границами?
— Как и со всем остальным. Мы решили: пусть они будут лучше случайным, чем бессмысленными, — пояснила Ньора.
— То есть? — удивился Джек.
— То есть, — вступил в разговор Фьор, — случайным образом выбирается ребенок, который с завязанными глазами рисует на карте случайные границы. Эти границы действительны год, а через год проводится новый праздник, и границы меняются.
— Не могу поверить, что такое возможно?! — воскликнул капитан.
— Тише, — попросила Нора, — сейчас начнётся.
Космонавты отошли от эльфов и начали обсуждать планету и ее жителей.
— Этоже настоящий рай! — возбужденно говорил биолог, — они решили проблемы экологии, голода, социального неравенства, живут и наслаждаются жизнью на свой планете.
— А чтобы было не скучно, проводят праздничные лотереи, — добавила Клара.
— Мы многому можем у них научиться. Нужно попробовать узнать больше о местных технологиях, — сказал капитан.
— Смотрите, — указала на экран Клара, — действительно, начинается.
На огромном, установленном на поляне, экране, появилось изображение ребенка, сидящего за столом. Глаза его были завязаны красной повязкой, в руках он держал красный карандаш. Перед ним лежал зеленый лист бумаги, очевидно, изображавший поверхность планеты. Вокруг воцарилось полное молчание.
Зазвучала волшебная музыка. Ребенок на экране опустил карандаш и повел его по листу. Когда он закончил, вокруг раздались восторженные крики. Затем эльфы снова замолчали: на экране появились изображения планеты с географическими названиями. Диктор за кадром рассказывал, где изменилась граница. Конечно, землянам эти названия ни о чём не говорили.
Внезапно Ньора повернулась к
