переводчицами после школы. Экскурсоводами для иностранцев хоть сейчас. Во всех анкетах могут смело указывать свободное владение языком.
— Как же я устал… — болтовню продолжаюпо-французски. Девочки включаются. Катя уже включилась, а Зина… а Зину не разберёшь, она больше молчит. И я действительно устал. Ничего побездельничаю пару дней, подзаряжусь.
— Есть у меня идея, написать сочинение «Как я провёл лето» на французском, — раздумываю вслух, — но как писать, не понимаю…
— Что было, о том и пиши, — не доходит до Кати.
— Ты тоже не понимаешь, — хватаю уже третий пирожок, Зиночка наливает чаю. — В любом произведении, хоть в анекдоте, хоть в длинном романе, должна быть интрига, развитие сюжета. А в моих нынешних каникулах никакой интриги нет. Носились по лесам, купались, рыбачили, работали пастухами. Мы классно проводили время, но настоящих приключений не было. Производственный роман? — Морщусь. — Это скучно. Вот в первое и второе лето, тогда да. И ведь хотел по итогу второго класса ещё написать сочинение, да вылетело из головы. И вот снова влетело.
Мечтательно зажмуриваюсь и отдаю должное выпечке тёти Глафиры.
— Так и напиши про первое лето, — подаёт голос Зиночка. От неожиданности замираю.
Медленно дожёвываю пирожок, отпиваю чай, смотрю на Зину неподвижным взглядом питона Каа. Напряжённо ищу слова.
— Это настоящая эврика, — последнее слово говорю по-русски, тем более, оно нерусское. — Ты достойна оваций, аплодисментов и восторженных комплиментов. С меня — шоколадка.
Обсуждаем дальше. Это же сочинение! Значит, можно сочинять всё, что угодно. Украшать, как угодно. Зиночка тоже напишет про первое лето, Катя — про первое и тут же второе. Интригой и мотором повествования выступит упоминание про наши с Зиной каникулы и возникшее у Кати чувство здоровой зависти. Которая и послужила причиной её последующих каникул уже в деревне.
— Дружеские наблюдения, взгляд со стороны и проверка в реальных условиях. Напиши, как там ваши мальчишки дрались. Они ведь дрались?
Катя миленько морщит носик и объясняет, что не видела и ей не интересны подобные глупые забавы.
— А ещё нам надо музыкальный ансамбель, — выдвигаю очередную идею. У меня просыпается какой-то зуд, сначала изредка, но всё чаще всплывают интересные стихи и мелодии. То ли из прошлых жизней, то ли в загадочном процессе самозарождения. Как у настоящих авторов.
Пианино есть. И в школе есть, и есть Катя, которая довольно бойко на нём лабает. Есть Эдичка с хорошим голосом. Но нужно ещё что-то. И кто-то. Есть Сверчок со своей скрипкой, но это для классики, для эстрады не пойдёт. Барабаны нужны, мля! А с этим туговато. Где его найдёшь, барабанщика? И ему целый комплект тамтамов нужен, вот в чём засада. Хотя есть такая вещь, как синтезатор…
И есть хорошая песня, слова и музыка сами всплывают в голове:
АукцЫон — Дорога
Я сам себе и небо, и луна,Голая, довольная луна,Долгая дорога, да и то не моя.За мною зажигали города,Глупые, чужие города,Там меня любили, только это не я.
О, зона!Ожидает напряженноРодниковая.Я сам себе и небо и луна,Голая, довольная луна,Долгая дорога бескайфовая.
За мною зажигали города,Глупые, чужие города,Там меня любили, только это не я.
Меня держала за ноги земля,Голая тяжелая земля,Медленно любила пережевывая.И пылью улетала в облака,Крыльями метала облакаДолгая дорога бескайфовая.
О, зона!Ожидает напряженно,Беспросветная.Я сам себе и небо, и луна,Голая, довольная луна,Я летаю где-то, только это не я.
(Лучшее на мой взгляд исполнение: https://youtu.be/msA_-1ipuxo )
4 сентября, утро и дальше.
Дом, двор, школа.
Время 06:40.
— Ён, де, труа! — На счёт «три» диск «фрисби» уходит в красивый полёт и за ним рвёт когти и ноги вся компания во главе с Обормотом.
Обормот — наш главный тренер по бегу и, вообще, физподготовке. Круче физкультурника. Если кто-то думает, что человек не может перебегать собаку, он сильно заблуждается. Один дядька с нашего двора пограничником служил. Как раз с собакой, там то ли на отделение, то ли на взвод одна собака полагалась. Так вот он рассказывал, что на марш-бросках в пятнадцать камэ первые пять километров собака своего хозяина тащит, следующие пять бегут ровно, а последние пять километров погранец свою собаку волочёт. И это про овчарок, которые изначально пастушьи собаки, то есть, для них бег — образ жизни.
Девчонки, Кир и Димон стартуют с форой, мне приходится бежать одновременно с Обормотом. Мои друзья хитрят, не пускают пса вперёд. Когда тот на финише пытается прорваться, Зиночка ловко толкает его ногой прямо на бегу. Обормот возмущённо рычит, но удерживает равновесие. А вот диск первым схватить не успевает. Димон торжествующе подпрыгивает с ним на вытянутых руках.
Теперь ему бросать. Стартуем. Сразу распластываюсь над землёй, бегаю-то быстрее всех, за исключением Обормота, конечно. Но на него кидается и, вцепившись репьём, волочится по траве Кир. Обормот опять громко возмущается, в итоге вырывается, но диск опять берём мы. Морда собакена обиженная.
— Чего ты базлаешь? Иначе тебя не обгонишь, — объясняю псу политику партии. Дело ещё в том, что когда Обормот хватает первым, игра превращается в хаос. Доброй волей он диск не отдаёт. Ловить его тоже весело, но бег по прямой не потренируешь. А ещё надо поприседать, поотжиматься…
7:00.
Выходит хозяин Обормота, игры заканчиваются. Нам ещё умываться и много прочего сделать, что положено по утрам. Такой порядок завёл для себя и друзей. Сколько-то усилий пришлось приложить, заставить человека добровольно соблюдать жёсткий режим всегда не просто. У меня получается, потому что всё происходит весело. Одна сияющая морда Обормота при виде нас — огромный плюс. Так что с некоторых пор утренняя зарядка заметно повышает наше настроение и тонус.
Ещё один козырь срабатывает. Катюша и, особенно, Димон поначалу пропускали утренние побегушки, но Кир и Зина от меня отставать не могут физически. Особо Кир, который пару лет назад нервничал, даже когда я в туалете запирался. Хвостизмом в тяжёлой форме страдает до сих пор.
— Се ту, гарсон и фий, — объявляю концовку по-французски. Мы давно непринуждённо болтаем на парижском диалекте, а в присутствии Кира русский язык вообще не использую. Тому есть причины.
Обучать иностранному языку с детства можно только таким способом. В одной из прошлых жизней мы, группа студентов, как-то спросили преподавательницу английского, не учит ли она свою дочку? Оказалось, нет. Пожаловалась на то, что
