— А когда он придет? — безжизненным голосом спросила я.
— Часок посидишь, ничего с тобой не случится. Может, меньше. Сейчас я его пошлю.
— Какой часок?! Ты что, тетя? Звони в милицию! Немедленно звони в милицию…
— Я тебе сейчас в такую милицию позвоню, дура пьяная, что тебя в медвытрезвитель скоренько отвезут. Время обеденное, а ты уже нажралась. Присядь, посиди. Сейчас мастер придет и лифт сделает. Наберись терпения, идиотка! А то труп у нее в кабине! Наркотики, наверное, употребляешь! Ненормальная!
Дежурная замолчала, а я, затаившись, приставила ухо к двери и стала прислушиваться к тому, что творится в подъезде. Внизу громко хлопнула входная дверь. «Ну вот и конец», — молнией проскочила в голове обжигающая мысль. В эту минуту лифт неожиданно плавно поехал наверх. Остановился он на этаж выше моего. Дверцы поползли в стороны, открывая мне возможность к бегству.
В подъезде стояла звенящая тишина. «Если уж рисковать, то рисковать до конца», — подумала я и, встав на колено, вытянув одну ногу вперед, чтобы дверцы лифта не могли закрыться, принялась отодвигать труп в сторону. За его спиной оказался портфельчик с позолоченной монограммой внизу. Схватив его, я не медля бросилась прочь, умудряясь при этом не топать металлическими набойками на каблуках.
Закрыв за собой дверь собственной квартиры, я с трудом перевела дыхание и с замиранием сердца открыла портфель. Доллары! Аккуратные зеленовато-серые пачки, крест-накрест перетянутые белой банковской бумагой!
Достав из холодильника начатую бутылку джина, я, не раздумывая ни минуты, залпом выпила приличную порцию, почему-то на цыпочках подошла к окну, осторожно приоткрыла занавеску и увидела, как от подъезда на большой скорости отъехал серебристый «опель» с транзитными номерами. Проводив его глазами, я направилась в ванную и умылась холодной водой, затем наложила легкий макияж и опять подошла к портфелю. Заглянув внутрь, тяжело вздохнула, вытерла пот со лба и сунула портфель в черный пакет из-под туфель. Если я не ошибаюсь, то там ровно пятьдесят тысяч долларов. Просто сумасшедшая сумма! Кто бы мог подумать, что из малоприятного «знакомства» с трупом можно извлечь такую пользу!
Переодевшись, я посмотрела на пакет и подумала о том, что его, наверное, опасно оставлять дома. Что ж, возьмем его с собой! Перекрестившись, я открыла дверь и подошла к лифту. Красный глазок говорил о том, что лифт занят. «Нет уж, хватит с меня острых ощущений», — подумала я и побежала вниз.
На первом этаже толпился народ. Изобразив на лице удивление, я поинтересовалась, что случилось, в меру поохала с сердобольными соседками, выразительно взглянула на часы и вышла из подъезда. Сердце учащенно билось и готово было выскочить из груди в любую минуту. Пятьдесят тысяч, внезапно свалившиеся на меня, приятно грели душу. Эти деньги — мое спасение. Они обязательно помогут мне вылезти из нищеты и зажить достойной жизнью. Только пока я не буду их тратить. Пусть все уладится, утрясется само собой. Главное, все сделать по уму, чтобы никто ничего не заподозрил.
Я не стала ловить машину и спустилась в метро. Никто не должен знать, куда я поехала с черным пакетом в руках. Добравшись до Павелецкого вокзала, я нашла автоматическую камеру хранения, подошла к свободной ячейке, сунула в нее пакет и набрала номер. Затем, оглядевшись по сторонам, облегченно вздохнула и вышла на дорогу ловить машину, чтобы доехать до работы.
Глава 2
Рассчитавшись с водителем, я достала зеркальце и подкрасила губы. Перед глазами стоял шикарно одетый покойник, безвозмездно подкинувший мне пятьдесят тысяч долларов. Конечно, пока я не могу чувствовать себя полноправной хозяйкой этих денег, но это только пока, а потом посмотрим. Когда все перемелется, куплю себе новенький «форд» и белоснежную норковую шубку, только не какое-нибудь рыночное барахло, а настоящий эксклюзив. Деньги всегда идут к деньгам, а дорогие мужчины — к дорогим женщинам. Главное теперь — не продешевить…
Усмехнувшись беспорядочным мыслям, я подумала о том, что мечтать о роскошной жизни слишком рано. Надо временно забыть про пакет и делать вид, что я тут ни при чем. Скорее всего, те двое, пытавшиеся вскрыть лифт, еще вернутся.
Сделав беззаботное выражение лица, я вошла в офис. Открыв дверь с табличкой «Служба 907. Откровенный разговор для взрослых», прошмыгнула мимо кабинета шефа и спокойно направилась в свою комнату. Закинув длинные ноги на офисный стол, моя сменщица Галька о чем-то оживленно беседовала с клиентом. За ее спиной висел огромный рекламный постер с совершенно обнаженной женщиной в фривольной позе и размашистой надписью внизу: «У нас нет запретных тем. Позвони — и получишь ни с чем не сравнимое удовольствие!» Увидев меня, Галька, не переставая мурлыкать, выразительно постучала пальцем по циферблату часов. Мне ничего не оставалось, как, извиняясь, улыбнуться.
Закончив разговор, Галька с грохотом бросила трубку и довольно потерла руки.
— Порядок! Кончил, старый хрыч! Час на телефоне висел, придурок! Еле его раскрутила. Представляю, в какую копеечку влетит ему этот оргазм! Светлан, а ты что так долго? На два часа опоздала!
— В лифте застряла.
— В лифте?
— Представь себе! Села. Он меня до низу довез, а двери не открыл. Час только до диспетчера дозванивалась. Она, видите ли, на обед ушла и с концами. Пока мастера вызвала, пока лифт починили… Короче, целая история произошла.
— А ты что бледная такая? На тебе лица нет. Дрожишь как осиновый листочек. Может, что-нибудь случилось? Ты мне скажи, я же твоя подруга. Чем могу — помогу.
— Да ничего не случилось. Просто торопилась, переживала, как ты тут без меня.
— Тебе повезло, шефа не было и, говорят, что сегодня не будет. От тебя спиртным пахнет. Ты что, выпила, что ли?
— Пару рюмок джина.
— Что-то я раньше не видела, чтобы ты в таком состоянии на работу приходила…
— Ладно, Галька, хватит меня допытывать. Если что случится, ты об этом узнаешь первая. В конце концов, может, у меня было плохое настроение, и я захотела немного расслабиться.
— В обеденное время?
— А почему бы и нет?
Галька стала собираться домой, искоса поглядывая в мою сторону. Я села в кресло и с облегчением посмотрела на пока молчащий телефон.
— Только бы ночь спокойная была, — улыбнувшись, сказала Галька. — А то у меня сегодня был настоящий кошмар. Желающих потрахаться хоть отбавляй и, как назло, одни садомазохисты или сексуальные маньяки. Достали, аж тошно! И куда только скромные студенты подевались?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
