— О каком деле? — вмешался Майкл, спрыгивая с катера на берег. Что это за дело?
— Папа хотел рассказать о поисках сокровища в Абингдоне, объяснила Джилл. — Ну, папа! Расскажи, пожалуйста. — Она взобралась обратно на катер и, протянув руку, помогла вскарабкаться Керол. Сначала расскажи, а потом мы отправимся в город за покупками.
— Эта история не предавалась гласности, — нерешительно ответил отец Джилл. — Я, собственно, и не должен был упоминать о ней.
— Но мы же никому не скажем, — заверил Майкл.
— Конечно, не скажем, — подтвердила Джилл. — Керол тоже умеет хранить секреты, ведь правда, Керол?
— Я обещаю никому не говорить, мистер Бренксом, — твёрдо сказала Керол.
— И всё же мне не следовало бы рассказывать об этом никому, даже вам, — повторил отец Джилл. — Однако, — добавил он, подмигивая ребятам, — вреда, по-моему, не будет, если я и расскажу. Но, справедливости ради, надо позвать сюда и Питера.
— И маму, — добавил Майкл, вскарабкиваясь на катер.
Главный инспектор подошёл к каюте, заглянул в люк и покачал головой.
— Она задремала, да и нет необходимости беспокоить её только для того, чтобы заставить выслушать эту историю. Кстати, многие факты ей известны ещё с того времени, когда всё это произошло. Питер!
— Да, папа? — Питер выглянул из рулевой рубки, где он рассматривал карту реки.
— Иди к нам. Я хочу вам кое-что рассказать.
Все кружком расселись на палубе, и мистер Бренксом приступил к своему рассказу.
— Это будет не совсем обычная история, — начал он. — Я даже не знаю, с какого конца повести рассказ. Он состоит из нескольких отрывков. Каждый в отдельности ничего особенного не представляет, но если их объединить, то получится правдивая история об одной странной тайне. Пожалуй, лучше начать с того, как нашли Яна…
Мистер Бренксом молча принялся набивать трубку, и, пока совершался этот важный процесс, его слушатели изо всех сил старались скрыть своё нетерпение.
— Это случилось во время войны, — возобновил, наконец, Бренксом свой рассказ. — Однажды утром, едва забрезжил рассвет, береговая охрана обнаружила в море, примерно в четверти мили от берега, небольшую лодку. Волны то и дело подбрасывали её вверх и вниз. Дело было где-то в Эссексе, по-моему, в 1942 году. Впрочем, когда это происходило и где, — не так уж важно. Это была маленькая парусная лодка, и, хотя парус был поднят, пограничники не были уверены в том, что в лодке кто-нибудь есть, и поэтому для осмотра её направили рыбачий бот. Рыбаки обнаружили на дне лодки совершенно истощенного старого матроса. Мокрый, полузамерзший, он лежал без сознания. Рыбаки перенесли его в свой бот, взяли лодку на буксир и доставили её к берегу.
— Он пришёл в себя? — спросила Джилл.
— О, да. Его положили в госпиталь, и он поправился, хотя полностью здоровье к нему не вернулось. В конце концов, это был семидесятилетний старик, и он несколько суток провёл без пищи в море, в обыкновенной лодке. С собой у него был только небольшой узелок с вещами. Вскоре выяснилось, что по национальности он голландец. Он умел немного говорить по-английски и сообщил, что зовут его Яном, просто Яном. Когда его попросили назвать свою фамилию, он ответил: «Зовите меня старым Яном из Дордрехта». Он, по-видимому, жил раньше в этом городе.
Я не знаю всего, что случилось с Яном, но несколько месяцев спустя он перебрался сюда и поселился вместе с другими стариками в одном из домиков этой богадельни.
Мистер Бренксом указал своей трубкой в сторону расположенных на берегу коттеджей.
— Он жил, кажется, вот здесь, в третьем домике, — добавил он.
Его слушатели повернулись к берегу и посмотрели на группу уютных коттеджей.
— Мы в Скотленд-Ярде понятия не имели о Яне, пока однажды, три года спустя, с нами не связались представители военной разведки и не попросили разыскать его. По-видимому, когда Голландия была освобождена от оккупантов, кто-то из голландцев сообщил нашей военной разведке, что во время войны участники движения Сопротивления укрыли от немцев в безопасном месте много золота, бриллиантов и других ценностей. Гитлеровцы случайно обнаружили это сказочное богатство в стоге, сена и попытались вывезти его, но мужественные голландские патриоты устроили засаду и отбили сокровища. Конечно, история эта наделала много шума, и кончилось тем, что старому Яну доверили спрятать ценности. Стало известно, что однажды ночью, в непроглядной темноте, старый Ян отправился куда-то на своей маленькой лодке, и с тех пор его больше не видели. Голландцы надеялись на то, что он, может быть, рискнул доставить сокровища в Англию. Вот почему представители военной разведки и запросили Скотленд-Ярд, не известно ли нам что-нибудь о Яне.
Мы, конечно, стали повсюду наводить справки и, в конце концов, выяснили, что старик, приметы которого нам сообщили, в самом деле был подобран в лодке и что его действительно звали Яном. Затем удалось установить, что он поселился вот в этой богадельне. Я хорошо помню, как мы все бросились сюда, чтобы переговорить с ним. Кроме нас четверых из Скотленд-Ярда, приехали несколько офицеров военной разведки в двух штабных автомобилях, голландский генерал с переводчиком и один из участников движения Сопротивления, который лично знал Яна. Его доставили из Голландии специальным самолётом. В общем, мы явились сюда, на этот маленький двор целой кавалькадой.
— И сокровища оказались у Яна? — возбуждённо спросил Майкл.
— К сожалению, Ян к тому времени умер. Он умер во сне, за три недели до нашего приезда. Мы перевернули здесь всё вверх дном, тщательно осмотрели маленький узелок с вещами Яна, допросили всех стариков, которые знали его, но никаких следов сокровища мы не нашли. Видимо, Ян ни с кем не разговаривал о спрятанных драгоценностях, и если он и знал тайник, где спрятаны бриллианты и золото, то унёс этот секрет в могилу.
— Значит, вы не только не нашли сокровищ, но даже не напали на их след? — разочарованно спросила Джилл.
— Мы не нашли и намека на них.
— Конечно, Ян мог просто потерять ценности в море, раз он прибыл без них, — заметил Питер.
— Вполне возможно, — согласился отец. — Но мне почему-то кажется, что это не так. Судя по всему, Ян был типичным старым моряком, закалённым и находчивым. Мне кажется, что, если бы Ян в самом деле не смог уберечь ценности, он не дожил бы до того дня, когда его прибило волнами к берегу.
— Ты думаешь, что Ян спрятал ценности в Голландии, да? — спросил Майкл. — Почему же тогда голландцы не разыщут их?
— Они искали повсюду, но безрезультатно, и, в конце концов, бросили это дело.
— Минуточку, папа, — снова вступил разговор Питер. — Но ведь голландцам известно, откуда Ян отправился в своё путешествие?
— Известно. Он отправился из погреба своего дома в одном из переулков Дордрехта. Сам я не был там, но видел столько фотоснимков этого дома, сделанных голландской полицией, что знаю его, как наш собственный дом. Дверь из погреба открывается прямо в узкий сточный канал шириной около шести футов.
— А куда он ведёт?
— Куда угодно. Он соединяется с другими каналами, а часть из них впадает в реку, которая течёт в море. На берегах этих каналов рядами стоят старые склады с подвалами, так что Ян мог спрятать сокровища где ему вздумается.
— Но ведь кто-нибудь должен был знать, куда Ян отправляется с ними? — спросила Керол.
— Как видно, никто не знал. Несколько патриотов охраняли дом Яна, чтобы обеспечить ему безопасный отъезд. Но они не знают даже, в каком направлении он отправился по каналу. Позднее голландцы перерыли весь город, не оставили ни одного подвала, не обыскав его от пола до потолка.
— А почему бы им не пройтись по каналам землечерпалкой? — спросил Питер.
— В этом, очевидно, не было необходимости. Каналы наполняются только в часы прилива, а в остальное время в них нет ни капли воды. Дно и стенки выложены кирпичом, спрятать или закопать здесь что-нибудь, не говоря уже о довольно — громоздком тюке с драгоценностями, невозможно.
— В общем, голландцы ничего не нашли, — с сожалением заметил Майкл.
— Ничего. И прекратили поиски несколько лет назад… Вот и вся история.
Джилл задумчиво посмотрела на маленькие мирные домики богадельни, хранившие тайну старого Яна.
— Скажи, папа, — полюбопытствовала она, — все эти вещи, которые якобы спрятал Ян, оцениваются в большую сумму?
— Да, да, — ответил мистер Бренксом, выбивая свою трубку о борт катера. — Это были главным образом бриллианты и другие драгоценные камни из Амстердама общей стоимостью около трёх миллионов фунтов.[3]
Возгласы удивления разбудили мать Джилл, дремавшую внизу в каюте. Из люка показалась её голова.
— Что случилось? — испуганно спросила она и быстро обежала всех глазами, торопясь убедиться, что никто не свалился в воду.
