— Ну, что там? — Карп перекатил из одного угла рта в другой травинку.
— Сидит… — наблюдавший в бинокль бандит на секунду оторвался от окуляров. — Сначала вскочил чего-то, даже за ствол схватился. Пополз куда-то… а потом снова встал и назад вернулся. Должно быть, опять кайф ловить уселся.
— Недоделок долбаный! — выругался Карп. — Блин… Обидно, я думал — клюнут на него.
— Так кому клевать-то? Нет тут никого, кроме нас.
— Нет, Перченый, это уж ты мне поверь! Не одни мы здесь — всем нутром чую! Идет за нами кто-то… да вот не просеку никак, кто это здесь такой ловкий? Я в этих краях вырос, тайгу знаю… знал… неплохо. Так что чужого почую враз! Вот как сейчас. Да и вообще… уходить отсель надо.
— И без того идем, — пожал плечами собеседник.
— Не понял ты… Не просто уходить, а — УХОДИТЬ! Всеми лапами и со всей возможной скоростью!
— Чего ж мы тут тогда сидим?
— Пока этих не стряхнем, хода не будет.
— Да кто ж здесь такой может быть, что ты их так стережешься?
— Могут и люди быть… и не совсем… люди.
— Задрал ты мне мозги! — покачал головой Перченый. — Не люди… кто ж тогда?
— В здешних краях всякое случиться может. Места здесь глухие, вот и выглядывает из лесу иногда… разное. Особливо к тем, кто себя ведет нехорошо.
— Это ты про нас, что ли? Так и сам-то, чай, не в ангельском обличье ходишь! Или, хочешь сказать, за тобой ничего такого нет?
— Такого — не такого… кровь на руках есть, тут не спорю. Однако ж и эта кровь разная бывает. Одно дело — по дурости да по удали глупой. Эдак-то у многих случается. А совсем другой расклад, когда по жестокости ненужной. Тайга такого не любит и не прощает.
— На что это ты намекаешь?! — покосился на Карпа собеседник.
— Кабы не дурацкие ваши приколы с бабами, я бы не пасся так. Завалили, поигрались — с них не убудет. Даже, скорее, и останется! А вот то, что дальше делать стали… неправильно это!
— Что ж сразу-то не сказал?
— Оглох? Да я во всю глотку орал! Только у вас, обалдуев, жестокость через край поперла уже! Как психи, право слово! Хрен бы с вами, убили бы просто — так еще полбеды! А груди кто резать заставлял? Дома палить?
— Так не резали же…
— Не дорезали, хочешь сказать? И то, когда я за автомат схватился! Тебя старшим Клим назначил — куда ты смотрел?!
— Ладно тебе… — смутился второй бандит. — Ну, недоглядел я… бывает. Теперь-то что делать будем?
— Посмотреть надо на недоделка этого. Схожу?
— Так он, поди, опять под кайфом! Ящерицу пошлю, нехай глянет. Ты у нас по лесу один спец, без тебя не выйдем к своим до Нового года!
— Ладно. Пинчищами этого умника поднимайте, да сваливаем отсюда к… словом, быстро сваливаем.
Раздвинув ветки, на полянку осторожно выбрался еще один автоматчик. Поправив свое оружие, он приблизился к полулежащему на траве товарищу и несильно пнул его по сапогу. Неподвижное тело дрогнуло и сползло набок. Удивленно постояв, бандит присел и приподнял голову шкета. В следующую секунду он, словно ошпаренный, вскочил на ноги. Сорвал с плеча оружие и завертелся на месте. Озираясь по сторонам, отступил на несколько шагов назад и, развернувшись, во весь опор бросился в лес. Проломившись, словно лось, сквозь кусты, бандит, с трудом переводя дыхание, упал рядом со старшим.
— Там… это… у Лысого…
— Что у него?! — наклонился Перченый.
— Горло… удавили его!
— Чем?
— А я знаю?! Тонкий такой след… как от струны гитарной…
— Это как?
— Каком кверху! Почем я знаю?! Валить отсель надобно!
— Ладно, не кипешуй! Разберемся… Иди пока.
Проводив Ящерицу взглядом, старший бандит повернулся к Карпу:
— Ну?
— Хреново… Этот баран, про все на свете позабыв, напрямки к нам понесся. Совсем, лопух, запамятовал, что я ему говорил — идти кругом!
— На фига?
— А то, что тот, кто Лысого придавил, теперь точно знает, где мы тут сидим! Оттого и этого барана не кончили на месте!
— Ох, бли-и-н… Братва! — приподнялся над землей Перченый. — Валим отсель…
Фух!
От головы старшего полетели брызги, и его тело безвольной куклой рухнуло на землю.
Ветерок унес в сторону негромкий, придушенный глушителем хлопок выстрела.
— Полундра!
Длинные автоматные очереди вспороли тишину. Посыпались листья с кустов, затрещали сбитые пулями ветки. По опушке стоящего вокруг поляны леса словно прошлись метлой! Взлетела комьями земля, брызнули разбитой корой деревья.
Пригнувшись к земле, Карп спокойно выжидал, время от времени бросая настороженные взгляды по сторонам.
Стрельба на несколько мгновений затихла — бандиты меняли магазины. Воспользовавшись передышкой, один из них, пригибаясь к земле, бросился к другому укрытию, показавшемуся ему более надежным, чем полусгнивший пень.
Фух!
Ноги бегущего дернулись в последний раз.
На этот раз огонь бандитов оказался менее плотным и дружным — некоторые из них, вместо того чтобы стрелять, стали отползать в стороны. Один из них, высокий, хорошо сложенный парень в черной куртке, быстро доползя до большого поваленного дерева, призывно замахал рукой. Укрытие, облюбованное им, действительно выглядело основательным — ствол почти метровой толщины, никакая пуля такую преграду не пробила бы. Ободренные примером товарища, трое мерзавцев шустро двинулись к выбранной позиции. Оказавшись в надежном убежище, они перевели дух.
— Ништяк… как в танке!
Да-дах!
Да-дах!
Брызнула кровь из простреленного виска обладателя черной куртки.
Подломились колени у его соседа.
Да-дах!
Ткнулся лбом в древесный ствол третий уголовник.
Завизжав, вскочил на ноги уцелевший бандюган. Паля из автомата во все стороны, он бросился назад. За грохотом оружия остался совершенно незамеченным выстрел из винтовки первого стрелка.
Не добежав всего пары метров до своего прежнего укрытия, злодей ткнулся лицом в траву.
На некоторое время все затихло. Напуганные столь быстрой смертью товарищей, уцелевшие мародеры затаились в укрытиях. Никто не шевелился и не стрелял — слишком очевидным было то, что беспорядочная пальба никакого урона неизвестным не нанесла.
Однако неведомые стрелки себя больше никак не проявили.
Осмелев, выглянул из-за коряги рыжеволосый парень. Тихо… не шелохнулась ни одна веточка. Быстро осмотревшись, он подтащил к себе лежащее неподалеку тело убитого и торопливо избавил его от оружия и припасов.
Прижавшись к земляному откосу, за ним неотрывно наблюдал Карп. Он старался не привлекать к себе внимания, не кричал и не стрелял.
Рыжеволосый снова нырнул в свое укрытие. Противник никак на это не отреагировал. Снова мелькнула огненная шевелюра. Опять тишина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
