но что-то подсказывало, что это не он.
— Нельзя отчаиваться даже перед лицом неминуемой гибели — сказал десантник сам себе и вновь поймал себя на мысли, что разговаривает сам с собой от другого лица. Как будто чужое сознание проникло в него, но не выдавая себя говорит с ним его же голосом. Это было похоже на сумасшествие и от этого становилось жутко.
— Я схожу с ума — сказал он вслух и осекся на полуслове.
— Возможно, ты только начинаешь правильно мыслить.
— Да пошёл ты — заорал десантник — пошли вы все кто засунул меня в эту форму, в эту коробку, я сдохну и никто не вспомнит. Молодой десантник поддался приступу паники и забил по панели кулаками.
— Это не правда — спокойно прозвучало в голове.
— Правда и не надо мне лгать…
— Остановите экзамен — тихо сказал голос в голове.
— Какой ещё экзамен? — вслух произнес тестируемый и с удивлением обнаружил, что сидит в кресле в центре светлой комнаты перед аудиторией, которая катается со смеху. К нему подошел профессор Плеханов — грузный мужчина с блестящей лысиной и тихо сказал:
— Оценка неудовлетворительно, вы эмоционально нестабильны юноша, к сожалению, вам не служить в звездных войсках.
В этот момент он все понял — один из основных экзаменов звездной академии — проводился в искусственной реальности с созданной критической обстановкой, и он провалился. Немея, он встал с кресла, яркий свет слепил. Он — Злобин Владимир Евгеньевич — провалился. Теперь его возьмут только в тех. обслугу, нет, только не так — с сожалением думал Злобин.
— Профессор?! — не обращая на ревущую аудиторию попытался что-то возразить Владимир.
— Зайдете ко мне после того как я закончу — не оборачиваясь ответил Плеханов. Совершенно раздавленный Злобин вышел.
3
Через два часа в своем кабинете его принял профессор. Он отошел от окна, присел в кресло и как можно более мягко произнес:
— Вы сами согласились, когда поступали к нам, молодой человек. Кроме того этот экзамен проходят не более 22 процентов испытуемых, к сожалению, вы не в их числе.
— Но профессор, это моя жизнь, что я буду делать?
— Я не хочу давать вам не нужных советов, вы ещё молоды и жизнь сама найдет вас, наверное, так должно было произойти. Профессор на секунду задумался и продолжил:
— Конечно жаль, на протяжении учебы вы показывали хорошие результаты и не применить их было бы преступлением.
Владимир, сидевший в это время в удобном кресле, чувствовал себя словно смертник на электрическом стуле в ожидании казни, но все еще питал надежду. Его молодые амбиции усмиряли приступы гордости. Его подмывало встать и, хлопнув дверью уйти, но он сидел и слушал старого профессора.
— В вас чувствуется энергия и в хорошем смысле вы тщеславны. Вам не нужны деньги, вам не нужна значимость и благодарность, вам нужно сознание полезности и необходимости. Я думаю ваша стезя спасать или наставлять на путь истинный. Сопоставив ваши личностные характеристики и полученные у нас знания, могу объективно сказать, что из вас получиться хороший каппелан или, может, детектив криминальной полиции…
4
Вдруг неожиданно на столе у профессора зазвонил телефон, да так громко, что Злобин открыл глаза и проснулся.
— Детектив криминальной полиции… — повторил он слова профессора из сна, которые тот действительно произнес чуть более шести лет назад — да дед, ты уж угадал, так угадал.
Коммуникатор продолжал трезвонить. Владимир протер глаза и взяв коммуникатор на наручном браслете с тумбочки у кровати ответил:
— Да, Злобин слушает…
Уже через 5 минут капитан криминальной полиции Владимир Злобин ехал по утренней Москве, машина шла на автопилоте. Он вчера убрал режим автоматического контроля прозрачности стекол и, солнце приятно грело, напоминая о том, что тьма отступает. По дороге гипнотизируясь мелькающим пейзажем, Владимир предался воспоминаниям, навеянными сном. Звездная академия — как это было давно, что казалось не правдой. Если бы не провал на экзамене где сейчас он был? В звездном десанте? В открытом космосе среди обломков космического мусора? Кто знает. Взглянув в свое отражение в боковом стекле, Владимир не сразу узнал себя. На него смотрел мужчина, с высоким умным лбом, темно-зелеными глазами, излучающими какой-то внутренний свет, короткие темные волосы и эта вечная ухмылка — казалось, он смеется над миром, думая о чем-то своем. Кто ты? — подумал Владимир, созерцая себя — 29 лет, без ответа.
Оторвавшись от размышлений, Злобин соединился со своим новым напарником — Симоновым Артуром, который как выяснилось, уже находился на перерабатывающем заводе, так как ночью не спал.
— Ну что там, криминал? — не надеясь услышать отрицательного ответа, спросил Владимир.
— Да, двое расчлененных, мужчина и женщина — торопливо отвечал напарник.
— Личности установили?
— Ещё нет, эксперты как раз пазл собирать заканчивают, думаю в течении получаса…
— Что-нибудь есть примечательное?
— Ага, головы разбиты, чипы гиперпамяти отсутствуют, имущество не тронуто. То, как именно они погибли установить теперь практически не возможно.
— Привык ты там у себя в нолики и крестики играть, а от нормальной оперативной работы далек, работать будем, все и без чипов установим — строго заметил Владимир.
— В нолики и единички играли, двоичная система исчисления — не смущаясь, поправил Симонов, который всего третью неделю работал со Злобиным.
Капитан отключил связь и перешел на ручное управление. Его машина со значительным превышением скорости мчалась, обгоняя попутный транспорт. До завода оставалось совсем немного. Промышленная зона, отделенная от мегаполиса условным озеленением, создавала впечатление загородного пейзажа, пока ни минуя её открывался совершенно другой вид. 25 миллионный город изрыгал за сутки такое количество дерьма, что переварить его мог только этот монстр — 4-х километровое здание с бесчисленным количеством труб и помещений, поглощало тысячи тонн промышленного и бытового мусора, выпуская около сотни наименований продукции, начиная от детского питания и заканчивая составными частями ядерного щита страны.
5
Два трупа лежали на улице собранные по частям на черном полиэтиленовом пакете. Вокруг толпились эксперты и другие служащие внутренних дел. Артур беседовал чуть поодаль с одним из членов экипажа 317. Симонов — не был похож на типичного сетевика, скорее он был исключением подтверждающим правило — высокий, хорошо сложенный молодой человек с открытым взглядом, немного небрежной прической и богатой мимикой.
— Какой у вас маршрут? — спросил он молодого парня в грязной робе, которая
