был уничтожен. Но теперь он возродился, буквально из небытия. Батый и подумать не мог, что Галактионовы смогут хоть что-то из себя представлять, а зря. Они смогли забрать свою крепость назад.
Степняку было грустно осознавать, сколько бойцов он уже положил под этими стенами. Само небо словно плакало об их погибших, и дождь стал лить, как из ведра.
Батый полностью выложился. Ему пришлось вернуться в лагерь, чтобы набраться сил и дождаться нового подкрепления, пока его люди идут в очередную атаку. Рано или поздно они точно продавят его. Для этого пошел зов по Степи, чтобы все, кто был рядом, сейчас двигались сюда. У них еще были большие запасы в этих горах, и неделю они точно смогут продолжать в том же темпе.
При всем этом проблемы так и сыпались на его голову. Его сын, который забрал часть армии и отправился на границу, докладывал страшные вести. Армия со стягом Галактионова уже двигалась по их землям, когда он прибыл, а затем взяла и растворилась. Точно колдовство! Как же он этого не любил. Вернуться тоже не получилось, ведь вышло так, что на смену призрачной армии пришла уже другая армия. Настоящая Имперская. Там сейчас идут тяжелые бои, но никто не рискует пойти в настоящее наступление или отойти назад. А ему так нужны еще люди!
Батый сейчас был готов на все! Пусть даже всех своих людей оставить под теми стенами, но вернуть назад «Верность». Иначе ему больше нет места в Степях, он будет опозорен навеки. И имя его станет у всех на слуху, как имя неудачника.
Наконец-то пришло подкрепление, которое он встретил лично, и выразил благодарность Сынам Степи, что откликнулись на его призыв. Затем принялся рассказывать им, как вероломный враг обманом смог захватить крепость, и что ее требуется немедленно вернуть. Не сдерживал Батый себя в резких словах, и разразился проклятиями на головы врагов. А еще восхвалял смелость монголов, которые точно победят.
— За Хана! — взревели тысячи глоток, когда он закончил свою речь перед людьми, и для зрелищности ловко вскочил на коня.
Именно в этот момент дирижабли, которых не было видно отсюда, нанесли свой первый удар, и раздался гром. Конь от такого шума испугался, и встал на дыбы, отчего Батый слетел с него и едва не угодил лицом в лошадиный помет.
Монголы в ужасе ахнули.
— Батый упал… Это плохой знак…
По рядам армии пошли перешептывания.
— Ах! — раздался новый шокированный вздох. — Конь Батыя умер от страха!
Конь, и правда, умер, но не от страха, а от старости, не выдержало, по-видимому, сердечко. Но худшего плохого знака для степняков невозможно придумать — падение командующего и смерть его коня у всех на глазах.
На этом тоже неудачи Батыя не закончились. Он узнал, что в игру вступила третья сторона. Очень сильная сторона!
* * *
— Северное королевство? — не поверил мне Волк. — Ты уверен? Они здесь каким боком?
— Да откуда я знаю? Может, решили помочь, по доброте душевной?
— Это вряд ли…
— И я так думаю, но это неважно, — постучал я по столу. — Тащите еще ракеты, на всякий случай. Может, еще не поздно доставить Иерихон?
— Доставить может и нет. А вот собрать и настроить, думаю, что займет не один день.
— Облом.
— Еще какой! — поддержал меня Волк.
Прибытие такого воздушного флота явно испугало ханские войска, и они прекратили нападение. Но это лишь затишье перед бурей. Временами они пытаются сбить эти могучие воздушные корабли, но ничего не получается, а вот ответный удар выходит страшным. Я решил воспользоваться моментом и действовать. Отличная возможность, пока небо полностью закрыто. Первым делом уничтоженная техника была заменена, и теперь мы снова можем расстреливать их в полную силу. Технику, правда, жалко…
Следующим шагом была вылазка, в которую я собрал тридцать человек. А дело в том, что Шнырька нашел один скрытый лаз, который вел сейчас к небольшому лагерю на склоне, где находилось около полтысячи человек. Но именно с этого направления нам было максимально неудобно обороняться. Также направил к ущелью, где сейчас враги осуществляли передислокацию сил, Одина. Он сможет со своими существами здорово потрепать их. Наверное, в скором времени, по степи будут ходить слухи про меня. Големы… Боевые дятлы, и прочая живность. Я еще молчу про Затупка, который где-то бегает по горам и, уверен, сеет страх и панику в рядах гордых степняков. Но, блин, ладно Затупок, но Кара… Девочка тоже побежала на свободный выгул, и произошла магия… Она нашла здесь трех белок, которых убила, и притащила сюда их тела.
Белки? В горах? Откуда? Сколько вопросов…
Вылазка была собрана на скорую руку, но даже Волк вызвался идти. В основном брали тех, кто прошел «курсы» моего усиления. Я без преувеличения могу сказать, что на данный момент это самая сильная часть моей гвардии. Он тоже устали, но не до такой степени, как другие, и еще ни одного из них не ранили серьезно.
Решено! В следующий раз я установлю им печати реакции. Вот будет потеха, когда они узнают, через что им придется пройти. С этими печатями все непросто. Сам себе я не могу такую установить, на данном этапе развития. Нужно хотя бы в четыре раза стать сильнее, а иначе, тупо потеряю себя.
А вот другим… Легко!
— Интересно, а откуда… — выдал Призрак после того, как я отодвинул фальшивый камень в одиночку, и нам открылся проход.
— Секреты Рода, — пожал плечами.
Волк сообразил быстрей, что дело в Шнырьке и только хмыкнул. Призрак еще не привык к нашему диверсанту. Шнарк проявился в воздухе и показал бесплотнику язык, на что тот не удержался от фейспалма.
Через этот проход мы смогли здорово сократить расстояние, и вышли буквально в метрах трехста от нужного лагеря. Там сейчас полным ходом шла суматоха и подготовка, и у нас, наверное, будет не больше тридцати минут на работу здесь. Может, максимум, час, ведь следующее нападение будет совсем скоро.
— Альфа на позицию! А Дельта прикрывает Альфу! — пошли команды от Волка. — Пленных не берем, и целимся в тех, кто в офицерской броне. В общем, первых валим командиров, как обычно.
— Я взорву их склад, — вызвался Призрак, но не успел.
Раздался взрыв. Возле склада никого сейчас не было, и Шнырька закинул туда связку гранат.
— Склада больше нет, — пожал плечами.
Впрочем я поспешил, и облажался. Взрыв был такой мощности, что тряхнуло хорошо горы. Мне на ухо заржал Шнырька, и показал новую картинку. В одном месте туннель завалило. Об этом я, само собой, никому не рассказал, и сделал вид, что ничего не произошло. Послышались выстрелы, и совсем стало не до этого, теперь нужно убить как можно больше ханских ублюдков. Слегка задерживаюсь, и оказываюсь за спиной у своих. По-быстрому призываю два десятка муравьев, и даю им приказ расчистить нам путь.
Нападение было неожиданным, и пули стали собирать щедрый урожай, пока противник не понял, откуда по ним ведут огонь, и не стал прятаться. Среди них, кстати, был один сильный Одаренный. Настолько сильный, что я им заинтересовался. Он одним взмахом руки возвел каменный вал, подняв скалы, таким образом, не давая возможность нам отрабатывать цели. Но помог он не только своим, но и нам.
— Нас прикрыли, двигаем дальше, — слышу команду Волка.
Пожалуй, я с ним согласен. В ближнем бою мне всяко приятнее.
Я нашел свою цель через Шнырьку. Одарённый сейчас кидал огромные валуны в склоны горы над нашими головами. Хочет вызвать обвал и похоронить нас.
— Кинь ему под ноги, — достал из кольца гранату, и дал Шнырьке.
Он ее взял в лапки, понюхал, а затем заржал.
— Ш-ш-ш-шу-ка! Ш-ш-ш-шут-ка! — ему идея понравилась.
Он не заставил себя ждать, и уже совсем скоро Одаренный с Даром владения стихией камня увидел у себя под ногами гранату без чеки, и сиганул в сторону, при этом придавая себе ускорение, поднимая и толкая каменный пласт. Он сделал все правильно, и даже накрыл гранату каменной плитой, чтобы она
