За исключением титула. Да, она выложила на стол и это, почувствовав нежелание Рауля связывать себя обязательством с ее страной. А почему нет? Принцесса должна выйти замуж ради интересов Монтеверде. И не имеет значения, что это злит ее. Не имеет значения, что она чувствует себя беспомощной, бесполезной. Почему отец не мог позволить ей учиться в университете? Она умеет разливать чай и быть прекрасной хозяйкой светского приема. И какой ей прок от этих навыков?
Рауль благосклонно отнесся к ее предложению, но пока не дал согласия. Он вышел из низов. Его можно соблазнить титулом. А если у нее ничего не выйдет, это станет еще одним унижением, список которых и так весьма обширен.
Машина, которую вел ее первый жених, упала с обрыва. Второй женился на своей любимой девушке вскоре после того, как Паоло Романелли заставил его обручиться с Антонеллой.
Похоже, ей не везет в любви. Не то чтобы она когда‑то была влюблена, но ей очень хотелось испытать это чувство. Вот, например, ее подруга Лили. Именно на ней женился обручившийся с Антонеллой юноша. Каково это, когда мужчина смотрит на тебя так, как Нико Кавелли смотрит на Лили? Когда он жертвует всем, чтобы быть с любимой? Этого Антонелла, похоже, никогда не узнает. Ей не суждено найти любовь.
Данте говорил, что ей необязательно выходить замуж ради Монтеверде, но она считает, что это ее долг. Ради блага своей страны она готова на все. И не важно, что это вызывает в ее душе отчаяние и печаль. Не все мужчины такие, как ее отец. Не все распускают руки, когда разозлятся.
Антонелла потрясла головой, чтобы прийти в себя. Пока Рауль еще не объявил о своем решении. Еще есть шанс, что ее титул и железная руда окажутся более соблазнительными, чем все, что может предложить Кристиано ди Саваре.
Антонелла продолжала мерить шагами палубу. В гавани стояли на якоре яхты, круизный лайнер и рыбацкие шхуны, и звуки смеха и музыки разносились над водой.
Девушка покусала ноготь, затем, чертыхнувшись, отдернула руку, осознав, что делает. Она не кусала ногти с двенадцати лет, когда отец заставил ее выпить полбутылки острого соуса, чтобы покончить с дурной привычкой. Это определенно помогло — два дня ей было очень плохо, а после она не могла смотреть на свои ногти без содрогания.
Но Кристиано выбил девушку из колеи. Он монтероссец, что является в ее глазах большим недостатком. Он будущий король Монтероссо — еще больший минус. Он высокий, невероятно притягательный и надменный сверх всякой меры. И тем не менее трепет возбуждения пробегает по ней всякий раз, когда она оказывается рядом с ним.
Хватит! Он ей совсем не нравится, и она ему ни капли не доверяет.
— Возможно, вам не следовало пить так много кофе на ночь, дорогая.
Антонелла развернулась и обнаружила рядом с собой Кристиано. Сердце ее подпрыгнуло, но не от страха. Почему он приводит ее в такое замешательство?
— О чем вы говорите?
— Вы нервно вышагиваете.
Антонелла закрыла глаза и сосчитала до пяти. Он знает, что раздражает ее. Хуже того, он, похоже, находит в этом удовольствие. Она не должна позволять ему делать это. Она в состоянии контролировать свои эмоции. Она возьмет себя в руки.
— Я выпила всего одну чашку кофе. Благодарю. Ваша забота трогает.
Он подошел ближе и оперся о поручень, наблюдая за Антонеллой. Глаза его опустились на ее грудь, затем вернулись к лицу. Как типично! Половину времени мужчины разговаривают исключительно с ее грудью. Она уже привыкла к этому.
— Вам не терпится узнать, о чем мы беседовали с Раулем, ведь так?
Антонелла пожала плечами:
— Вы ошибаетесь. Я здесь совсем не по делам.
Он рассмеялся:
— Вы уже говорили. Но сейчас то, чем вы занимаетесь, называют древнейшей профессией, верно?
Она не будет реагировать. Не будет! Неужели Рауль рассказал этому наглецу, что она предложила ему себя в обмен на строительство заводов? Или он просто подначивает ее?
Антонелла с трудом сдерживалась. Она порывалась объяснить, что ни с кем не спала. Но он ни за что ей не поверит, разумеется. Да и не заслуживает он объяснения. Ну почему у мужчин двойные стандарты, если дело касается секса? Он может спать с бесчисленным количеством женщин, и это лишь добавляет ему привлекательности.
— Обиделись?
— Вовсе нет. Просто вы мне не нравитесь. Не нравится ваше лицемерие.
— Я оскорблен. — Кристиано усмехнулся.
Как ей хотелось, чтобы он оставил ее в покое!
— Где Рауль? — спросила она.
— Я не ваш секретарь, принцесса. Если он вам нужен, пойдите и найдите его. — Он произнес это почти издевательски. — И что заставляет вас считать меня лицемером? Мне нравится, что у вас были любовники. Это означает, что вы научились доставлять мужчине удовольствие. Это означает, что нам не придется терять время, когда мы окажемся в одной постели.
— Я не собираюсь спать с вами, Кристиано.
— Вы уверены? — отозвался он с чувственными нотками в голосе, которые царапнули по ее нервным окончаниям и вызвали трепет.
— Я знаю себя и знаю, чего не хочу. Вас я не хочу.
Кристиано протянул руку, сплел ее пальцы со своими и поднес к губам. Она попыталась вырвать руку, но он держал крепко.
— А знаете ли вы свое тело, Антонелла? Часто наше сознание и наше тело воюют. Разве вам это не известно?
Прежде чем она успела сформулировать ответ, он коснулся кончиком языка середины ее ладони.
Антонелла резко выдохнула, словно поток лавы потек по ее позвоночнику, по чреслам, в самую сердцевину женственности.
Почему? Ну почему? Мужчины пытаются затащить ее в постель столько, сколько она себя помнит, однако Антонелла никогда не испытывала ничего хотя бы отдаленно напоминающего то, что она чувствует, когда к ней прикасается Кристиано. Какая жалость, что он — неподходящий мужчина.
Ей надо было вырвать руку, надо было увеличить расстояние между ними и никогда больше не оставаться с ним наедине. Но она не могла. Антонелла словно угодила в ловушку.
— Прекрати, — с трудом выдавила она.
— Ты уверена? — пробормотал он. — Твое тело говорит другое.
— Ты этого не знаешь.
— Знаю. Ты пылаешь…
— Здесь просто жарко.
Кристиано рассмеялся низким смехом, поцеловал пальцы девушки и положил ее руку себе на плечо, прежде чем привлечь ближе. Его ладони легли на ее бедра.
— И вот‑вот станет еще жарче. Зачем отрицать это влечение? Нам будет хорошо вместе.
— Я…
Какая‑то тень упала на них, затем послышался возглас:
— Прошу прощения!
Антонелла вырвалась из объятий Кристиано и увидела, как Рауль повернулся и исчез за дверью. О боже! Слезы ярости защипали глаза, но она сдержалась. Она же только что предложила Веге жениться на ней!
