не совсем красная — это все три цвета вместе взятые. У него очень глубокие чёрные глаза, которые смотрят в вас, и вы знаете, что вас видят насквозь. Его высокие брови похожи на крылья птицы. У него квадратная челюсть, красивый рот, и, когда он улыбается, вы знаете, что вы в раю. Руки его очень-очень длинные, и пальцы тоже длинные; и он ими очень красноречиво жестикулирует, когда объясняет свои мысли.
Представьте теперь, как после того, как он научил меня покидать моё тело, практически вытягивая меня и бросая в туннель, я ударялась о световую стену, отскакивала и осознавала, что мои дети уже вернулись из школы, а я только успела помыть посуду, оставленную после завтрака. Привыкнуть к потере времени на этом плане было очень трудно, и я не понимала, что я делала и куда улетала. У нас было много таких практических занятий.
Только представьте себе, как он к вам подходит и выхватывает вас из вашего тела, подбрасывает под потолок и спрашивает: «Ну а как теперь всё выглядит?» Затем бросает вас в туннель — но лучше описать его как чёрную дыру следующего уровня, — и вы летите через туннель, ударяетесь об эту белую стену и всё забываете. И вы должны понять, что он это делал со мной в десять часов утра, а когда я возвращалась от белой стены, было 16:30. Поэтому было неимоверно трудно привыкнуть к упущенному здесь времени. Долгое время он учил меня всему этому. Это было и занятно, и весело, а иногда очень и очень страшно.
Но это было только подготовкой к тому, чтобы научить меня чему-то, на что я уже согласилась до этой инкарнации. Научить меня, что моя судьба в этой жизни — это не выйти замуж, и иметь детей, и преуспеть в жизни, а пройти через испытания, чтобы случилось то, что было намечено раньше. А это включает обретение необыкновенного сознания, каким является он.
Одеть моё тело для Рамты было действительно непросто. На первый сеанс ченнелинга я надела туфли на высоких каблуках и юбку. Можно было подумать, что мы шли в церковь. Вы сами можете представить, если вы с ним хоть немного знакомы, как бы он выглядел в строгом костюме и на каблуках, на которых никогда в своей жизни не ходил.
Но главное, что я хочу вам сказать: очень трудно говорить с людьми. Может быть, когда-нибудь я смогу это сделать с вами.
Я понимаю, что вы уже познакомились с Рамтой, и знаете его мышление, и знаете его любовь, знаете его силу, но как понять, что я — это не он, и, хотя я над этим усердно работаю, всё-таки мы — два разных существа, и если вы говорите со мной, когда я в этом теле, вы говорите со мной, а не с ним. Несколько раз за последние десять лет я испытывала огромные трудности подобного рода со средствами информации, потому что люди не понимают, как это возможно, что человек может быть наделён божественным разумом и все же быть отдалённым от него.
Поэтому я хочу, чтобы вы знали: хотя вы видите Рамту в моём теле, это моё тело, а он выглядит совсем по-другому. Но его появление в моём теле никак не преуменьшает громадность того, кто и что он есть. И вы также должны знать, что, когда мы говорим, когда вы начинаете спрашивать меня по поводу того, что он сказал, я нахожусь в полном неведении, потому что, когда я покидаю своё тело, через несколько минут я уже в другом времени, в другом, незнакомом мне ранее месте. И как бы долго он ни находился с вами сегодня, для меня это будет, возможно, три или пять минут. А когда я возвращаюсь в моё тело, уже и день прошёл, и я ничего не слышала из того, что он вам здесь говорил, и не знаю, что он делал. Когда я возвращаюсь, моё тело совершенно без сил — иногда даже трудно подняться по лестнице, чтобы пойти переодеться и привести себя в порядок на остаток дня.
Вы как начинающие ученики также должны понять то, что стало очевидным только с годами: он показал мне много прекрасного и удивительного, что, как я полагаю, никогда не приснится даже в самых диких снах тому, кто никогда этого не видел. Я видела 23-ю Вселенную, встречалась с необыкновенными существами и видела, как уходит и приходит жизнь. В считанные секунды я видела, как рождались поколения, как они жили и умирали. Я могла наблюдать исторические события, чтобы лучше понять, что же мне было необходимо познать. Мне была дана возможность ступать рядом с моим телом в других жизнях и наблюдать, какой я была, кем я была. И была дана возможность увидеть другую сторону смерти. Всё это дорого моему сердцу, и такие возможности — особая честь. Когда-то и где-то я заработала право иметь их в моей жизни. Рассказывать о них другим людям, в каком-то смысле, бесполезно, потому что трудно объяснить, что это такое, если они никогда не бывали в таких местах. Я стараюсь, как могу, быть хорошим рассказчиком, но не получается.
Но я знаю, почему он учит учеников так, как только он умеет: Рамта никогда не хочет никого затмевать, ни одного из вас. Другими словами, всё его внимание направлено на то, чтобы приходить сюда и учить вас быть необыкновенными; он уже такой. Он не развлекает показом чудес. Если он сказал, что пошлёт вам «гонцов», знайте, что они обязательно прибудут. Он вам не показывает фокусы; он не такой. Фокусы — это средство аватара, который пока что ещё гуру, нуждающийся в поклонении, но к Рамте это не относится.
Итак, что вас ожидает? Он вас научит, взрастит вас и даст вам возможность творить необыкновенное, и вы будете способны это делать. И тогда придёт день, когда вы сможете материализовывать по команде и будете способны покидать своё тело, будете способны любить, в то время как другие думают, что это невозможно. Тогда он будет шагать рядом с вами в вашей жизни, потому что вы будете готовы поделиться тем, чем является он. А то, чем является он, — это то, чем вы станете. А пока... он старателен, терпелив, всеведущ, Он всепонимающий, понимающий всё, в чём вы нуждаетесь, чтобы научиться быть таким, как он.
И я могу вам сказать одно: если вы почувствовали интерес к тому, что услышали в его
