From “Poems from Ripostes”, 1912
Портрет d’une femme
Ваш ум и сами вы – наше Саргассовое море,Лондон пронесся мимо – два десятка лет,И корабли чудесные оставили вам то и се, спасаясь бегством:Идеи, сплетни старые, остатки всех вещейСтранный рангоут знаний и тусклые бесценные предметы.Искали вас великие умы – за неимением другого.Вы на вторых ролях всегда. Трагедия?Нет. Вам это предпочтительней, чем обычная роль:Один скучный мужчина, тупеющий и чрезмерно привязанный к жене,Один заурядный ум – с каждым годом одной мыслю меньшей.О, вы терпеливы; я видел, как сидите выЧасами там, где сделалась бы буря в других обстоятельствах.Теперь вы платите. Да, в оплате вы щедры.Вы – личность интересная, приходят к вамИ с собой уносят добычу странную:Улов трофеев; какое-то любопытное замечание;Факт, не ведущий никуда; историю иль две,Чреватые мандрагорами или еще чем-то,Что могло бы оказаться полезным, но никогда таковым не оказывается,К уму никакому не подходит и остается бесполезным ильсвоего не дождавшись часа на закате дней;Тусклая, безвкусная, чудесная старинная работа;Кумиры и серая амбра и редкая инкрустация, –Это богатства ваши, ваш впечатляющий багаж; и тем не менее,Ради всего этого судового запаса преходящих вещей,Необыкновенные дрова наполовину отсырели, а новый, свежий запас:В степенном течении разных цветов и глубокийНет! Ничего здесь нет! В целом и во всемНичего нет вашего.И все же это вы.
Предмет
Вещь сия, у которой набор моральных норм, но нет сути,Завела знакомство там, где могла быть любовь.И ничего теперь не нарушает ее размышлений.
Приветствие
О, поколение безупречной самоуверенности и безупречно стеснительное,Я видел рыбаков, пикник устроивших на солнце,Я видел их и их неопрятные семьи,Я видел их улыбки во весь рот и слышал некрасивый смех.И я счастливей вас,А они счастливее меня;И рыба в озере плывет и даже без одежды.
Размышление
Я знаю, что то, о чем говорил Ницше, – правда,И все же,На улице я видел лицо маленького ребенка,И оно было прекрасным.
Рихаку
ПЛАЧ СТРАЖНИК
У Северных ворот ветер несет песок,Один с начала времен до ныне!Падают деревья, с осенью желтеет трава.Я взбираюсь на башни и башни следить за чужою землей:Заброшенный замок, небо, бескрайняя пустыня.От деревни не осталось ни стены.Покрылись холодным инеем кости,Высокие кучи, все в деревьях и траве;Кто причиной того?Кто причина пылающей императорской ярости?Кто привел войска с барабанами и тамбурами?Чужие цари.Добрая весна превратили в алчную к крови осень,Суматоха солдат, разбросанных по среднему царству,Триста шестьдесят тысяч,И тоска, тоска словно дождь.Печальный поход и печальное, печальное возвращение.Безлюдные пустые поля,Нет на них детей войны, Нет больше людей ни для наступления, ни для обороны.О! Откуда вам знать про эту тоску усеверных ворот,Когда имя Рихаку забыто,А нас, стражников, скармливают тиграм.
Перевод с китайского: Эзра Паунд, 1915.
Ручной кот
“Меня успокаивает пребывание в окружении красивых женщин.Почему о таких вещах всегда нужно лгать?Я повторяю:Меня успокаивает беседа с красивыми женщинами,Даже если мы несет полный вздор,
Мурлыканье невидимого усикаОдновременно возбуждает и радует.”
Сад
Как моток свободного шелка, разбросанного по стене,Она проходит у ограды дорожки в садах Кенсингтон,И она умирает постепенно от некоего вида амнезии эмоций.
И прямо вокруг там толпаГрязных крепких неистребимых детей бедняков.Они наследуют землю.
В ней конец рода.Ее скука утонченна и чрезмерна.Она хочет, чтоб кто-нибудь заговорил с ней,И почти боится, что я совершу это неблагоразумие.
Стихи: сокращенное изложение беседы с г-ном Т.Е.Х.
Через плоский склон Сен-АлуаШирокая стена мешков песка.Ночь,В тишине дезорганизованные солдатыКолдуют у костров, опорожняя котелки:Раз-два, с фронта,Люди возвращаются, будто это Пиккадилли,Прокладывая в темноте тропинкиЧерез груды мертвых лошадей,По мертвому пузу бельгийца.
У германцев ракеты. У англичан ракет нет.За фронтом – пушка спряталась, расположилась в милях позади.Перед фронтом – хаос:
Мой разум – это коридор. Коридоры в головах вокруг меня.Ничто за себя не говорит. Что остается делать? – Продолжать.
Чайная
Девушка в чайной Не так уже красива, как раньше,Август поизносил ее.Она не поднимается по лестнице так нетерпеливо:Да, она тоже повзрослеет,
И сияние юности, исходившее от нее, Когда принесла нам мафины, Исчезнет. Она тоже повзрослеет.
Чердак
Давай, посочувствуем тем, кто богаче нас.Давай, мой друг, и не забывай, что у богатых есть лакеи, и нет друзей,А у нас есть друзья, и нет лакеев.Давай, посочувствуем женатым и холостым.
Неслышной поступью входит рассвет как какая-то прозрачная Павлова,И я подле своего желания.Нет лучшего в жизни ничего,Чем этот час прозрачной прохлады, час пробуждения вдвоем.
Эпитафии
Фу И
Фу И любил высокие облака и холмы,Увы, он умер от пьянства.
Ли По
И Ли По тоже умер по-пьяни:Попытался обнять лунуВ Желтой реке.
