Я знала, что моя подруга Гвен встречается с парнем, который держит конеферму неподалеку. Она уверяла, что на его ферме лучшие жеребцы в Шафтсбери, а то и во всем Дорсете. Когда она рассказывала мне об этом, я едва могла удержаться от смеха. Конечно, я не могла не спросить, откуда у нее такая исчерпывающая информация. Она улыбнулась и ответила, что парень действительно чертовски хорош. Румянец на ее щеках подсказывал мне, что этого жеребца она и в самом деле успела узнать неплохо.
Мне правда просто необходимо было что-то предпринять, чтобы убедиться, что я еще не совсем утратила связь с реальностью. Я позвонила Гвен, чтобы узнать, смогу ли брать уроки верховой езды на этой ферме. Она ответила, что если я так интересуюсь лошадьми, то ее друг Стив с удовольствием поможет мне. Их семья занимается лошадьми с незапамятных времен. Она пообещала поговорить со Стивом и проследить, чтобы он оказал мне должное внимание. Поэтому я решила подождать, пока Гвен позвонит ему, прежде чем сделать это самой.
Я поговорила со Стивом и объяснила ему, что хочу научиться ездить верхом, но не имею большого опыта в обращении с лошадьми. Я росла в Лондоне, а там у меня не было никакой возможности научиться этому. Мне хотелось не только научиться ездить верхом, но и побольше узнать о лошадях. Мне нужен был инструктор, обладающий терпением и опытом, человек, готовый ответить на любые, даже самые глупые вопросы новичка. Стив сказал, что знает как раз такого инструктора и что я смогу записаться к нему в тот же день.
По дороге на ферму меня почему-то пробирала дрожь. Я встретилась со Стивом у его дома, и мы уладили все бумажные вопросы. Он разрешил мне вносить оплату поурочно, пока я не буду уверена, что хочу заниматься регулярно. Затем он спросил, когда я хотела бы приступить к занятиям. Я ответила, что готова начать прямо сейчас, если это, конечно, возможно. Раз я твердо решила заняться этим, то, черт возьми, начну немедленно!
Стив приехал со мной на ферму, чтобы познакомить меня с моим учителем. Увидев его, я чуть не забыла, зачем пришла. Я наблюдала, как он взял целую копну сена и понес ее к пустому стойлу. Достав из кармана нож, он перерезал бечевку и разбросал сено по полу. Я была уверена, что его рост больше шести футов. Его длинные темные волосы были зачесаны назад и собраны в хвост на затылке. Тонкие усы, обрамляющие его рот, переходили в аккуратную бородку. Когда он нагнулся, чтобы перерезать бечевку, я увидела самый крепкий зад и самые длинные ноги, какие мне когда-либо доводилось видеть.
Где-то за моей спиной раздался голос Стива — он окликнул его:
— Эй, Иван! Иди сюда. Тут к тебе новый ученик.
Я обратила внимание на то, как он произнес это имя — И-ван, — с ударением на втором слоге. Я подумала, что это имя ему идет. Иван обернулся, было заметно, что наше появление застало его врасплох. Но он легко справился со смущением. Его футболка, мокрая от пота, вся в соломе, прилипла к телу. Я ощутила приятную дрожь в теле, когда он вышел нам навстречу, на ходу стряхивая с себя соломинки.
Сняв плотную перчатку, он пожал мою руку и сказал:
— Так это вы хотите научиться ездить верхом? Посмотрим, что мы сможем для вас сделать.
Моя симпатия к нему была очевидна, и я почувствовала, что краснею.
Работа летом на конеферме — это для меня способ вырваться из стен университета. Хотя работа преподавателя мне по душе, я испытываю необходимость иногда отдыхать от мира науки. Как только после весенних выпускных экзаменов мои глаза становятся похожими на бусинки, я понимаю, что если не выберусь куда-нибудь, то окончательно свихнусь.
Мой лучший друг унаследовал конеферму от своего отца, находится она близ Шафтсбери. Каждое лето я езжу из Нортгемптоншира, где живу и преподаю, на эту ферму, чтобы пожить здесь и поработать. Все, что мне нужно, — это жилье и пропитание. Я с детства работал здесь. Для меня приехать сюда — все равно что побывать дома.
Несмотря на то что отец Стива когда-то нанял меня в качестве конюха, Стив никогда не относился ко мне как к наемному рабочему. И он, и я были единственными детьми в наших семьях, поэтому росли как братья. Его отец научил ездить верхом нас обоих. Скоро мы пристрастились к пиву, которое Стив таскал из запасов отца, и, конечно, мы делились нашим опытом в общении с противоположным полом.
Стив предлагал мне остаться на ферме и помогать ему вести дела, но вместо этого я решил получить образование в университете. Так как мои родители умерли, члены семьи Стива были единственными приглашенными на мой выпускной. И они все приехали. Правда, на защиту докторской степени приехать смог только Стив. Его отец умер, а мать переехала в Лондон. Поэтому Стив вынужден был заниматься фермой один.
Став профессором, я купил себе дом с пристройками близ Трепстона, в Кеттеринге. Мои коллеги считали полным безрассудством покупать дом так далеко от Нортгемптоншира, но я подбирал такое место, где когда-нибудь смог бы завести парочку собственных лошадок.
Осознав, что имею приличную сумму на банковском счету и без учета моего летнего заработка, я поразмыслил и… Черт побери! Почему бы снова не остаться у Стива на лето? Я был готов к тому, что эта идея может ему не понравиться, ведь он до сих пор не мог простить мне того, что я не остался у него после окончания университета. Но, к моему удивлению, он был рад снова принять меня.
Когда же я приехал к нему этим летом, он дал мне понять, что видит меня в роли инструктора. Он еще не нашел замены инструктору, который уволился не так давно. Без особой охоты я согласился взять несколько учеников, раз уж возникла такая необходимость.
Когда он позвал меня, чтобы познакомить с моим первым в этом сезоне учеником, я ожидал увидеть любопытного подростка. Но вместо этого передо мной стояла невысокая стройная рыжеволосая девушка, примерно моего возраста, и вид у нее был довольно неуверенный. Стив представил ее как Пэш. Я никогда раньше не слышал такого имени. Какое-то время я избегал общения с женщинами. Я улыбнулся про себя и подумал: «Это знакомство сулит неожиданное удовольствие».
Стив спросил Ивана, может ли тот уделить мне хотя бы час, чтобы ввести меня в курс дела. Иван явно медлил с ответом. Тогда Стив отвел его в сторону и стал что-то ему говорить. Когда они вернулись, Иван сказал с улыбкой:
— Конечно, мы можем начать сегодня же. Ну что же, приступим?
После этого я пережила, пожалуй, самый ужасный час в моей жизни.
Вначале все шло довольно гладко. Он спросил меня:
— Вы когда-нибудь раньше ездили верхом?
— Только раз. Я каталась на пони в Баттерси-парке, в лондонском детском зоопарке. А еще я много читала и смотрела документальные фильмы! — Осознавая, что это прозвучало неубедительно, я добавила: — По правде говоря, я не очень-то много знаю об этом.
