–В больницу поедете? – отрываясь от заполнения бумаг спрашивает медработник.
–Не знаю, – пожимаю плечами. У меня такой завал на работе, что не разобрать! На больничный сесть будет невероятной проблемой.
Что делать?
А, ладно! Плевать!
–Если нужно, то поедем, – принимаю решение. Здоровье Оленьки дороже всего. – Что вы посоветуете? – впиваюсь в медиков взглядом.
–Я бы не стала торопиться с госпитализацией, – отвечает вторая женщина параллельно осматривая ребенка. – У девочки температура всего первый день. Нет никаких признаков ОРВИ. Горло не красное, нос дышит, кашля нет, – перечисляет признаки. Я же понимаю, что не понимаю ничего.
Медленно сползаю по стене. Ноги не держат.
–Мамочка! Возьмите себя в руки! – требовательным тоном обращается ко мне врач. – Очень похоже, что у вашей дочери довольно распространенное детское инфекционное заболевание. Пара дней будет высокая температура, на третий она резко пройдет, – принимается меня успокаивать. – Девочка покроется мелкой сыпью, но и она тоже постепенно исчезнет, – заверяет меня.
– А что мне делать с температурой? – поднимаю на медиков растерянный взгляд. – Она же не сбивается!
Стоявшая в стороне женщина подошла к малышке, осмотрела ее еще раз. А после достала лекарство и помогла моей дочери.
–Ох, мамочка, мамочка, – качает головой. – Где ж вас таких находят?!
Женщина начинает рассказывать мне про то, как нужно правильно сбивать температуру у ребенка, открывает глаза на нюансы и особенности маленьких детей. Слушаю ее, впитываю информацию словно губка. Мне постепенно становится легче от услышанных напутствий.
Тревога отступает на задний план. На передний выходит решимость.
Провожаю бригаду "Скорой", благодарю. Они невероятно сильно нам помогли!
Возвращаюсь в комнату, накрываю спящую дочку пеленкой, трогаю лоб. Он хоть до сих пор горячий, но малышка начинает потеть. Это хорошо. Значит, температура пошла на убыль.
Выдыхаю.
Начальнице бы сообщить… И няне. Ближайшие несколько дней я проведу дома со своим ребенком, отлучиться не смогу.
–Елена Константиновна, доброй ночи! Извините за столь поздний звонок, – тараторю в трубку.
–Аня, вы на время смотрели? – недовольным голосом произносит женщина.
–Смотрела, – отвечаю печально. – Но у меня неотложный вопрос! – ещё не хватало, чтобы Тараканова положила трубку.
–Что-то случилось? – интересуется сухо.
–У меня дочка заболела. Сильно, – признаюсь. Сердце в груди чересчур быстро колотится. От страха.
–И что с этого? – сухо отзывается начальница. Я даже могу представить ее возмущенный взгляд. – Завтра к нам придет крайне важный человек. Вы обязаны присутствовать на совещании!
–Но, – пытаюсь возразить.
–Анна! Никаких "но"! С Ильей Григорьевичем Измайловым не шутят! – не скрывая своего раздражения шипит в трубку. – Вы обязательно должны присутствовать на совещании! Он лично приедет! Как вы этого не понимаете?! – возмущается, не скрывает своего негодования. – Если вас не будет, то можете начинать поиски новой работы! Нашей компании не надежные сотрудники не нужны!
Вторую половину устрашающей речи Елены Константиновны я уже не слышу. В голове набатом стучит имя – Измайлов Илья.
Мой бывший муж. Отец Олечки. Мужчина, который предал. Который ушел и оставил ни с чем. Кто обещал любить вечно, а вместо этого вышвырнул прочь. Беззащитную. Беременную. Без средств к существованию.
Ненавижу тебя, Илья Измайлов! Ты гад, которых еще поискать!
Он был обыкновенным представителем малого бизнеса. А после нашего расставания стал чуть ли ни олигархом. Счастливчик, который сорвал большой куш.
–Я вас поняла, Елена Константиновна! – произношу на автомате. Эмоции резко исчезли. Слишком много потрясений за один вечер. – Доброй ночи! – говорю перед тем, как завершить вызов.
В груди пустота. На сердце печаль. Больно до жути! И страшно…
Завтра мой бывший муж придет ко мне на работу и я должна буду показать ему презентацию нового проекта. Его готовили целый год! Там все крайне серьёзно. На него возложены большие надежды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Компания, где я работаю, нуждается в контракте с Измайловым. Если Илья откажется стать нашим партнером, то сами этот проект мы не вытянем. Разоримся и тогда виноватой во всем буду лишь я.
Только вот что же мне делать? Не оставлять же больного ребенка на няню! Или оставить? Как же тяжело…
Хватит ли у меня сил выдержать присутствие бывшего мужа рядом? Как он себя поведет?
А если Илья начнет задавать вопросы? Что делать? Как отвечать? Про Олю, про жизнь, про работу? После нашего развода Измайлов стал большой шишкой. За короткий срок вознесся чуть ли ни до небес. Кто ж теперь знает, что у этого мужчины на уме?
Как быть-то? Что делать?..
Ааа! Блин! Ума не приложу!
–Маленькая моя, – убираю мокрые волосики с детского личика. Держусь за надежду, которая рождается в душе.
Малышка приоткрыла ротик и мирно спит. Температура становится ниже, страх отступает. Надеюсь, укол надолго помог.
– Как плохо мамам, когда рядом нет пап, – озвучиваю вслух известную правду. – Спи, моя сладкая, – дарю свою любовь малышке. – Я тоже рядышком с тобой посплю.
Но сначала нужно решить, что делать. Позвонить няне, отменить завтрашний визит или же нет? Меня разрывает на части.
Ответственность за малышку, за рабочий проект… Оно навалилось все разом! Я банально не знаю, как дальше быть…
Бессонная ночь, ломота в теле, больная от недосыпа и тревоги за доченьку голова. Я несколько раз в час подскакивала с кровати, измеряла температуру и снова ложилась спать.
Точнее, падала без сил на подушку. Закрывала глаза, проваливалась в тревожный сон без сновидений. Чтобы через несколько минут снова встать и начать все с начала.
После укола, который сделали медики, Олечке стало лучше. Девочка пропотела и у нее температура пришла в норму. Надолго ли?.. Никому не известно.
Вроде бы есть шанс самой хоть немного отдохнуть. Но любящее материнское сердце никак не желает успокаиваться и дать возможность самой восстановиться. Какое там?! Разве можно не переживать, когда болеет ребенок?!
Особенно, если это случилось в первый раз. Сотовый… Блин! Он разрывается…
–Слушаю, – подношу к уху без конца вибрирующий телефон.
–Анна Владимировна! Вы где пропадаете?! – из динамика раздаются истерические нотки моей начальницы.
Резко подскакиваю с кровати. Перед глазами появляются черные точки, голова кружится. Через силу игнорирую слабость, заставляю себя встать с кровати. Смотрю на настенные часы и меня бросает в холодный пот. Половина десятого! Я проспала все на свете!
Аааа! Это же полнейший кошмар!!!
–Елена Константиновна! Презентация будет! – говорю с жаром. Голос хриплый ото сна, звучит не очень.
В голове прикидываю варианты как можно достойно выйти из сложившейся ситуации. Одна идея ужаснее другой.
Что делать? Что делать?? ЧТО ДЕЛАТЬ?!!!
Охватывает паника…
–Я дома. У меня дочь заболела. Оставить ребенка ни с кем не смогла, – не даю строгой женщине сказать даже слово.
Про то, что Илья Измайлов отец моей дочки решаю промолчать. Целее буду. Да и вообще! Он об этом вообще никогда не должен узнать!
Измайлов меня отправил на аборт! Илья поступил подло и низко! После этого он не достоин называться отцом!
– Насчёт презентации не волнуйтесь! Она будет! Я лично за всем прослежу! – заверяю Елену Константиновну.
Мне страшно! Меня трясет. Бросает то в жар, то в холод. Одно ее слово и я останусь без работы. Без средств к существованию.
А у меня аренда жилья, оплата няни, питание… За это все платить именно мне.
–Только попробуйте облажаться! – недовольная женщина не скрывая своего гнева цедит сквозь стиснутые зубы. – За неявку на работу на вас будет возложен штраф! А теперь идите и выполняйте возложенный на вас функционал!
Штраф?! Блин! За что?! Почему такая несправедливость!
