и прут в руки.
А мужчина выглядел человеком серьёзным, со связями. Такой проблем создаст не только на остаток года, но и на год вперёд.
– Чего тебе надо? – небрежно спросила женщина. – Деньги вернуть?
– И маме объяснить, что не светит мне никакая невеста до конца года.
Тётя Лариса почти согласилась, но вдруг вспомнила женщину, которая заходила к ней с неделю назад с фотографией своего единственного любимого сына.
Женщина та была очень миловидной, простой, доброй и открытой, каких сейчас встретишь редко.
За чашкой чая она рассказала тёте Ларисе как своей доброй подруге, что есть у неё сын единственный, уже тридцать три года ему, а всё один.
Мальчик рос без отца, муж женщины погиб, когда ребёнку не было и года.
Она сама с того момента и воспитывала мальчика, и одевала, и кормила. Жили небогато, но не жаловались.
Как–то так сложилось, что своего счастья она так больше и не нашла, зато вырастила сына настоящим мужчиной, защитником матери и кормильцем для будущей семьи.
Влад строил свой бизнес, помогал родительнице, благотворительностью часто занимался. Вот только о семье и слышать не хотел, не думал ни о жене, ни о детях.
И так была эта женщина расстроена, что ей шестьдесят лет скоро, а внуков всё нет… Тётя Лариса не могла не нагадать счастья её сыну.
Наплела с три короба и про невесту красивую, и про внуков в скором будущем.
Как ей теперь, глядя в глаза этой женщине, признаваться, что всё было враньем?
– А если правда всё, что я сказала?
– За дурака меня не держите.
– Да больно надо, – отмахнулась Тётя Лариса. – Просто времени у тебя прошу дать чуду Новогоднему случиться. Три денька ведь всего осталось. Если не случится ничего, после Нового года и деньги верну, и перед мамой твоей извинюсь.
– Только время тянете.
– А чего ты теряешь? Ведь ничего! Дай ручку, посмотрю, что тебя ждёт.
То ли злость отступила, уступив место отсутствию всякого интереса и желания ругаться, то ли Влад проникся к этой странной женщине.
Но руку нехотя на стол всё–таки положил.
– Вот, вижу, вижу всё, что нагадала! Невесту вижу, что до Нового года встретишь. Вся такая ладненькая, красивенькая, худенькая. Ребёночек у неё есть, но не её. Кого–то воспитывает как будто. Мальчика.
– Я своих–то детей не хочу, чужих мне тем более не надо.
– Ну тебя, – отмахнулась Тётя Лариса, продолжая сочинять дальше. – Доброе дело сделаешь, так и познакомитесь.
– Сколько там осталось? – мужчина нехотя глянул на наручные часы. – Трое суток без малого. Если не исполнится Ваше предсказание, приеду с мамой за деньгами.
– А ежели исполнится, путёвку мне купишь. В Геленджик, – совсем осмелела тётя Лариса.
Влад на секунду замер, а потом склонился над столом. Гадалка уже думала, что болтнула чего лишнего, и сейчас её пошлют в пешее эротическое, но мужчина неожиданно произнес:
– Если исполнится, Мальдивы Вам на две недели оплачу.
С этими словами Влад покинул тесный кабинет, а тётя Лариса принялась ждать исполнения своего гадания как никогда сильно.
Глава 1
Влад лавировал между московскими пробками, проклиная всеми чертями приближающийся Новый год и гадалку, из–за которой пришлось оставить работу на несколько часов и метнуться на другой конец города.
Мама совсем с ума сошла от одиночества! Уже пошла по каким–то сомнительным шарлотанкам искать счастье для своего сына.
Влад всерьёз переживал за неё, потому что кто знает, куда она соберётся в следующий раз.
А главное зачем ей вообще понадобилось идти к какой–то престранной даме? У Влада ведь всё было хорошо.
В тридцать три года он имел свой процветающий бизнес по установке котлов и проведению тепловых систем в квартиры и дома.
Давно купил себе просторную квартиру в центре, имел в распоряжении несколько машин, маме помогал, чтобы она ни в чем не нуждалась и жила такой жизнью, которой у неё раньше не было.
Влад был счастлив. Но почему–то все вокруг пытались навязать ему собственное представление о счастье.
Даже гадалка эта, будь она неладна! Женщина с ребёнком, хах! Нет, ему такого счастья и даром не надо, и с деньгами не надо.
– Да, Серый, – мужчина в трубку перекрикивал сигналы других машин из пробки. – Застрял в Алтуфьево. Не спрашивай, что я тут делаю! Что по годовому? Успели переделать и сдать? Подожди, подожди, у меня вторая линия.
Заметив входящий с незнакомого номера, мужчина поставил разговор с коллегой на удержание и принял вызов на симку, которую считал личной, а не рабочей.
– Да?
В трубке несколько секунд было лишь молчание, нарушаемое тихими вздохами. Женскими. Это Влад определил как–то неосознанно.
– Добрый день, – наконец отмерла собеседница и заговорила приятным бархатным голосом. – Я звоню по объявлению об электрической печке. Ещё продаёте?
Мужчина отстранил телефон от уха и глянул на экран, чтобы проверить, не знаком ли ему номер.
Какая ещё к черту печка? Прикалывается кто–то, что ли?
– Девушка, Вы номером ошиблись. Я ничего не продавал и не продаю.
– Да?.. – незнакомка даже растерялась на секунду. – Ой, простите тогда, пожалуйста. Я из объявления вообще–то скопировала… Простите ещё раз. И с наступающим Новым годом!
Влад вместо ответных пожеланий грубо ругнулся в трубку, потому что в него едва не въехал какой–то козёл на тойоте.
После такого нелестного прощания незнакомка повесила трубку.
Мужчина бы забыл об этом звонке как о страшном сне, но многокилометровая пробка не представлялась весёлым занятием, и приходилось делать что–то, чтобы развлечь себя.
Он вбил свой номер телефона в поисковой строке браузера и, к удивлению, по первой же предложенной ссылке обнаружил объявление о продаже электрической печки со своим номером в объявлении.
– Стоп, это же мамина печка, – нахмурив брови, произнес мужчина.
А полистав фотки, убедился, что интерьер на кадрах и впрямь из квартиры, где он пару месяцев назад освежил ремонт.
– И продавец Валентина. Ну мама!
Злиться на родительницу он не мог, но всё равно набирал номер с ноткой недовольства.
Несколько долгих гудков, и вот радостный голос из трубки отвечает:
– Владик! А ты чего днём звонишь? Случилось что?
– Это я у тебя, мама, хочу спросить, что случилось, раз ты на Авито печь продаёшь за три тысячи рублей. Что, на последние деньги живешь?
– Владик… – женщина растерялась, не найдя, что ответить.
– Мам, ну на кой тебе продавать этот конвектор? Хочешь, я тебе три тысячи переведу? Хочешь, тридцать? Ну хочется тебе продать что-нибудь, мой номер-то зачем указывать?
– Владик, я ж ничего не понимаю в этих ваших Интернетах! Мне
