Читаем без скачивания Рождественский рассказ. Мерцание - Даринда Джонс

Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, я стала бороться с порывом наброситься на него сию же секунду. Сорвать одежду и разодрать на ленточки. Я собрала оставшиеся крупицы самообладания в кулак. Сосредоточилась. Со всем изяществом, на какое была способна, и чувством собственного достоинства, которому позавидовал бы любой дипломат, я протянула руку, чтобы расстегнуть джинсы на Рейесе. Правда, вряд ли дипломат сделал бы что-то подобное.

Меня охватил трепет, с которым ничего поделать было нельзя. Трясущимися пальцами я кое-как справилась с пуговицей. Рейес не сводил с меня пристального взгляда, позволяя растягивать удовольствие, пока я медленно расстегивала «молнию». Не важно, сколько раз я трогала его раньше. Каждый раз, когда моя кожа соприкасалась с его, внутри вспыхивал фейерверк острейшего удовольствия. Тем более что сейчас речь шла о его коже в таких местах, что интимнее просто некуда.

Под боксерами отчетливо угадывались очертания самого главного. Давным-давно забыв о своем подарке, я села сверху и наклонилась к Рейесу, пока между нашими губами не остались сущие миллиметры. Богатый аромат какого-то ликера смешался с моим дыханием. Забравшись рукой под боксеры, я обхватила твердый как камень член, в который раз поражаясь, что не могу соединить пальцы.

И услышала, как на толстый ковер с глухим стуком упал бокал. Спустившись на пол и стащив с Рейеса джинсы, я взяла его в рот. Его мышцы напряглись, и он едва слышно втянул носом воздух, взяв меня за волосы, чтобы контролировать темп. Языком я почувствовала прилив крови, когда он стал еще тверже, хотя это казалось невозможным. Не обращая внимания на стальную хватку, я вобрала его целиком, подалась обратно, подождала одно мучительное мгновение и снова опустилась.

Рейес откинул голову. Его бедра приподнимались мне навстречу.

- Датч, - процедил он сквозь зубы, как будто предостерегая меня. Как будто ему было больно.

Жар в животе разгорелся настоящим пожаром. Одно прикосновение Рейеса могло подтолкнуть меня к краю оргазма. Я чувствовала то же, что и он. Чувствовала, как по его венам обжигающими волнами течет наслаждение. Он взял меня за волосы второй рукой, оторвал от себя и грубо потянул вверх, пока я не очутилась на нем. Казалось, ему нужна минута перевести дух, но Рейес тут же расстегнул мои джинсы и стащил их вниз по заднице. От прохладного воздуха обнаженная кожа сразу покрылась мурашками.

Одним гладким, как стекло, движением Рейес полностью стащил с меня джинсы и трусики, положил руки мне на бедра, приподнял и подвинул, открывая своим губам доступ к самому чувствительному местечку.

В тот миг, когда язык коснулся клитора, я резко втянула носом воздух. Между ног разгорелся настоящий пожар, от которого каждую молекулу затопило жидким пламенем. Я схватилась за диван, чтобы не упасть, но это было лишним – Рейес крепко держал меня над собой, словно я ничего не весила, то опуская ниже, когда хотел оказаться глубже, то приподнимая, чтобы легко, словно перышком, погладить разбухшую от желания плоть. От прикосновений языка внутри меня кипела и клубилась расплавленная лава, с каждой секундой подводя все ближе и ближе к самой вершине наслаждения.

Я была на грани экстаза. Чувствовала, как мчусь ему навстречу. Но ужасно хотелось, чтобы Рейес был во мне, когда это произойдет. Хотелось, чтобы он достиг оргазма вместе со мной. За свободу пришлось бороться, вцепившись ему в запястья и царапая кожу ногтями. Оказавшись наконец у него на груди, я наклонилась, зарылась пальцами ему в волосы и прошептала на ухо:

- Хочу, чтобы твой член был внутри меня. Хочу почувствовать, как сотрясается земля, когда ты кончишь.

Застонав, он незамедлительно послушался. Прижал меня к себе, перекатился и, оказавшись сверху, вошел в меня одним быстрым движением. Я была более чем готова его встретить и громко ахнула, когда меня одновременно с идеальной наполненностью пронзила вспышка невыносимого удовольствия.

Погрузившись на всю длину, Рейес замер, но только на мгновение. Ровно на столько, чтобы я успела привыкнуть к его размерам. Потом подался назад и снова наполнил до краев. У меня вырвался крик, но на этот раз он не дал мне ни доли секунды на передышку. Темп нарастал, нарастала и сила ударов, пока Рейес подталкивал меня все ближе и ближе к краю. Я цеплялась за его спину, чувствуя острые, почти болезненные укусы растущего возбуждения. И с последним скачком обжигающей энергии на меня обрушилась волна мерцающего света.

Внутри словно взорвались миллионы звезд, осыпаясь искрами на кости. Я до боли стиснула зубы, легкие ныли от нехватки воздуха. На волне неописуемого экстаза я летела прямиком на край вселенной. Толчки Рейеса стали быстрее, отчаяннее, снова и снова вызывая во мне спазмы восхитительного удовольствия. Он сжал меня так сильно, что я едва могла дышать. С его губ сорвался низкий стон, когда Рейес изогнулся в тисках собственного оргазма и вздрогнул от нахлынувшей волны наслаждения. Под нами сдвинулась земля. Столкнувшись и объединившись, наши энергии создали мощную трещину в пространственно-временном континууме, и земля загрохотала в знак протеста, пока атомы внутри нас не успокоились, пока не угасло возбуждение.

Выбившись из сил, мы лежали, пытаясь отдышаться. Все еще наполовину одетые. Переплетясь руками и ногами. Неприкрытая одеждой кожа мерцала в свете камина. Каким-то чудом мы оказались на коврике. Кофейный столик сдвинулся в сторону (даже дальше, чем можно было ожидать), а журнальный валялся вверх ногами. Понятия не имею почему.

Рейес лежал на мне, и я ничего не могла с собой поделать – забравшись руками под рубашку, погладила его по спине, спустилась ниже и обхватила ладонями стальные ягодицы. В ответ он еще глубже уткнулся носом мне в шею.

- Ну и как тебе твой подарок? – поинтересовался он.

Только теперь я вспомнила, что купила ему подарок на Рождество. Оглядела разбросанную как попало по гостиной одежду и усмехнулась:

- Думаю, на полу эти боксеры смотрятся лучше, чем на тебе.

Рейес отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза.

- Ты оскорбляешь мои рождественские трусы в колокольчики?

- Вовсе нет, - поспешила заверить его я. – Просто… просто ты лучше выглядишь в чем мать родила.

Он опять расслабился.

- Я буду носить их каждый день до конца моей жизни.

- Не посмеешь, - громко рассмеялась я.

- Увидишь.

- Я их сожгу.

- Тогда и меня придется сжечь, потому что я больше ни за что их не сниму.

Я укусила его за плечо. Тонкая ткань рубашки предлагала всего лишь намек на преграду. Рейес схватил меня за волосы и несколько долгих секунд прижимал мою голову к себе. Потом снова приподнялся и посмотрел на меня сверху вниз. От его взгляда в животе опять запорхали бабочки. Причем бабочки-камикадзе. Они отчаянно атаковали мои внутренние органы, совершенно не заботясь о собственном благополучии.

Только через минуту мне удалось выдавить:

- Кстати о подарках. Что ты мне приготовил?

Он приподнял брови:

- То есть этого было мало?

Я хохотнула самым непристойным образом:

- Ты об этом нашем маленьком свиданьице? Ну уж нет, так легко ты не отделаешься.

Взгляд Рейеса остановился на ящике в кофейном столике – том самом, который оказался не на своем месте. Я дернулась к ящику, но не дотянулась. Судя по выражению лица, Рейес не собирался мне помогать. То есть не собирался с меня слезать. Целую вечность я терпела одно поражение за другим, но в конце концов мне удалось открыть ящик и даже вслепую пошарить в нем рукой, пока я на что-то не наткнулась. Я вытащила подарок. Он был обернут золотистой фольгой и перевязан красным бантом.

- Это мне? – взволнованно спросила я.

Рейес выгнул бровь:

- В жизни не видел этой коробки.

Я улеглась обратно на ковер и захихикала:

- Это простой вопрос, на который можно ответить «да» или «нет».

- Прямо с языка сняла.

- Вот оно что, - понимающе протянула я. Он имел в виду вопрос, который задал мне – точнее которым меня огорошил – буквально на днях. А я все еще не дала ответа. – Можно открыть?

- Он твой, так что делай с ним, что хочешь. – В его глазах так и плясали черти, когда он скатился с меня, растянулся рядом и подпер кулаком голову, чтобы наблюдать за мной и ничего не пропустить.

Разорвав обертку, я почувствовала, как округляются мои глаза. Там оказался синий бархатный футлярчик. Я снова взглянула на Рейеса. Поверить не могу, что какой-то бриллиант (или даже перспектива его получить) способен превратить меня в легкомысленную дурочку. Закусив нижнюю губу, я открыла коробочку. Между двумя бархатными подушечками был зазор для кольца. Вот только кольца там не было.