носили Манчуры. (Жевуны)
Все эти подробности Тонконюх узнал от Тубаго. Если все правильно сложить, то получается, что великий оз сильно зависел от тех провинций, что еще поддерживали его. А значит, его отец вынужден будет послать хоммморитов в помощь, если оз прикажет ему.
– Ну а ты Тубаго, – спросил Тонконюх, – За что ты воюешь в армии оза? Ты же флианец. Ты говорил, что они стали союзниками Гудвина.
– Гудвин лишил меня всего, – свирепо посмотрев на него, ответил Тубаго, – Он мятежник и тиран. Придет день и я лично убью его. И тогда оз вернет мне мое положение, каким оно и должно быть.
– Если бы меня лишили моего положения я, быть может, тоже так ненавидел Гудвина.
Тонконюх так и не увидел грозную Данольскую армию. При их приближении данолы отступили на юг. Оз долго думал идти ли за ним или вернуться в столицу. Когда же пришли известия что южные данольские города признали Беллино своим озом, тот повелел возвращаться в Гилликинлур.
Тонконюх наблюдал, как из лагеря под Гилликинлуром растекаются ручейками войска великого оза. Манчуры ушли на плотах на юг.
В столице остался гарнизон и гвардия в общем количестве пять сотен воинов. Остальные две тысячи воинов разместили по городам и крепостям либо на границе.
Тубаго мрачно смотрел на эту картину.
– Глупо как-то, – произнес он, – У нас был шанс подавить мятеж, а оз удовольствовался тем, что получил дары от данольских князей.
– Может быть, оз не планировал такого длительного похода, – заметил Тонконюх, – Нам требовалось лишь защитить свое.
– Ты многого не понимаешь, – покачал головой Тубаго, – Ты знаешь, что тридцать лет назад великий оз был страшен для всех народов. Жалкие данолы и винки да и другие народы платили дань. А теперь данолы и винки смеют грабить имперские провинции. У императора осталась лишь Гилликиния и Манчкиния. Квадлин, Ор и Эв теперь гордо именуют себя союзниками, а не вассалами.
– Неужели империя ослабла. Неужели император не может навести порядок?
– Все настолько плохо, что даже великий оз Беллино стал довольствоваться, лишь защитой своей столицы. А знаешь каким он был воином. Он самого Гудвина гонял по степям и лесам. Гудвин начал побеждать лишь когда начал использовать всякие ловушки и западни. Он отказался от колесниц и увеличил конницу. Основу его армии составляют большие отряды арбалетчиков. Часто мы проигрывали из-за того что недооценивали врага. Например, осаждая Гудвина в южном данольском городе, оз занялся сооружением осадных сооружений. А Гудвин ночью атаковал и так массировано что оз бежал.
– А может он боится нового поражения?
Тубаго нахмурился.
– За такие разговоры можно и голову потерять. Но возможно ты прав.
2
Всадники ехали по полю, галопом преодолевая препятствия и поражая мишени стрелами. Тубаго сдвинув брови хмуро наблюдал за учениями. Рядом стояли командиры отрядов.
– Неплохо, – сказал он, – Но можно и лучше. Степняки стреляют дальше и лучше. Даже мой ученик Тевальто умеет лучше стрелять.
Командиры молчали.
– Все учения окончены, – Тубаго досадливо махнул рукой.
Командиры разошлись, бросая злые взгляды на Тонконюха.
Тубаго повернулся к Тонконюху. Будучи на тридцать лет старше он стал наставником молодого княжича. Тонконюх был более приспособлен к военным сражениям чем все его сверстники. Но будучи всего лишь шестнадцати лет он не мог войти в армию великого оза.
– Поехали Тевальто, – сказал Тубаго, – Если придет Гудвин, мы с такими вояками проиграем. Эх, как хотел бы я жить в дни прежних озов.
– Мне кажется, что в дни прежних озов ваш народ бился с ними за свободу, – заметил Тонконюх, – Ваши действия могут быть для них предательскими.
– Верно, замечено, – согласился Тубаго, – Ладно. Будем надеяться, что оз прав и данолы сломлены.
Назад в Гилликинлур Тубаго и Тонконюх ехали не спеша. Тонконюх посмотрел на оборонительные валы, где множество рабочих разбирали стены. Крепость Скробирон находилась на другом берегу реки. От крепости шли три ряда оборонительных крепостных валов и окружали столицу.
Эти укрепления были мощной преградой против любого противника. Но великий оз объявил, что данолы сломлены, а островитяне столкнулись в боях между племенами. Именно поэтому оз объявил, что все стены надо снести и в следующие годы перестроить и укрепить.
Тонконюх спросил:
– А если Гудвин придет и здесь не будет этих стен?
– Я этого тоже опасаюсь, – покачал головой Тубаго, – Но озу видней. Конечно сам Гудвин нам не опасен. Но вот если он привлечет на свою сторону ринкитинков то наше положение осложнится.
– А как же союзники? Они же помогли в этот раз.
– Союзники ненадежны, – Тубаго покачал головой, – Боюсь наш оз постарел и уже боится так резко реагировать как раньше. Было время когда он как орел налетал на Гудвина и не жалея сил преследовал его.
– Но Гудвин оказался хитрее.
– Хитер как лис, – Тубаго рассмеялся, – Похоже, ты его понимаешь. Ну, потомок лисиц, что же предпримет Гудвин.
– Союз с ринкитинками, – серьезно ответил Тонконюх, – И общими силами внезапно атаковать Гилликинлур.
– Ты забываешь, что ринкитинки сейчас дерутся с Корегоситами.
– Любого можно привлечь добычей и они на время могут объединиться.
– Надеюсь, Гудвин не так умен, – заключил Тубаго, – Иначе мы все можем просто погибнуть.
Два воина кружились по плацу, внимательно следя друг за другом. Они держали в руках дубины и щиты. Первый воин бросился на второго, тот защитился щитом и нанес удар своей дубинкой. Они вновь начали кружить по плацу.
– Отбой, – раздался грозный голос, – Следующая пара.
Тонконюх смотрел на тренировочные поединки. Тубаго удалось невозможное: его из свиты перевели на границу. Здесь он мог по крайней мере тренироваться. Впрочем, по молодости лет Тонконюха пока не допускали к боям на мечах и копьях. Зато он мог вволю стрелять из лука.
Не было мишени, которую бы Тонконюх не мог поразить. Этим он удивлял даже бывалого воина Мидара, начальника гарнизона северной границы. Но дисциплина сильно хромала. Воины наемники гораздо больше времени проводили в тавернах.
Поздней осенью воин по имени Фалк подошел к Тонконюху.
– Эй, малой. Пошли с нами в горы. Мы уходим ночью на север. Можно славно пограбить этих хиляков.
Тонконюх с сомнением покачал головой.
– Эти хиляки живут в горах, где страшные ливни и камнепады. Нет, это опасно. К тому же как на это посмотрит оз? Или полковник Мидар?
– Что ты понимаешь малец, – усмехнулся Фалк, – Горцы дикие и тупые варвары. Жрут сырое мясо и одеваются в шкуры диких животных. А, никогда ни стать тебе воином.
Поздней осенью полсотни наймитов ушли на север в поисках наживы. Больше их никто не видел. Тонконюх еще раз убедился, что умный тем и отличается, что думает о последствиях своих решений.
3
Наступила весна 1887 года. Но эту дату хемалы слышали иногда лишь от Гудвина. Он говорил, что эту дату исчисляют от года смерти какого-то там бога или его сына. Этот год хемалы называли восемнадцатым годом озом Беллино, а арзалы и данолы семнадцатым
