Взаимодействия идеального и материального в окружающем нас внешнем мире носят глобальный и всеобъемлющий характер. Они же являются основой взаимодействия субъективной и объективной сторон поведения. При этом субъективная сторона поведения представляет по большей части внутренние идеальные формы взаимодействия, а объективная – его внешние материальные или физические формы.
Внутренние идеальные формы субъективной стороны поведения являются продуктом физиологии мозга и функционирования его сложных нейродинамических структур. Они представлены частью того, что входит в состав сознательного и бессознательного.
Осознанное и неосознанное также, как и их нейродинамические материальные основания, имеют многоуровневые структуры, аккумулирующие опыт прошлого сходно повторявшегося потребного поведения и нормативно обобщающие его во все большей и большей степени по мере перехода субъективных идеальных форм с нижестоящих уровней на вышестоящие. Взаимодействие идеальных форм поведения разных уровней обобщения формируют в мозгу мыслительные и эмоциональные процессы, организующие и приспосабливающие объективную сторону потребного поведения к особенностям наличной внешней среды.
При этом нематериальные структуры идеального взаимодействуют со своими материальными носителями – нейродинамическими структурами мозга. Идеальное воздействует на нейродинамику (физиологию) мозга и изменяет ее функции в соответствии с его мысленными и эмоциональными формами. В свою очередь, нейродинамические функции мозга воздействуют на идеальное и актуально приспосабливают его к своим физическим или материальным формам, а также к внешним материальным формам наличной среды, в которых воспроизводится объективная сторона потребного поведения.
Многоуровневые взаимодействия идеального и материального в нейродинамических структурах мозга делят идеальное на осознанную и неосознанную части, которые также взаимодействуют друг с другом. Результаты таких взаимодействий существенным образом влияют на восприятие субъектами внешней среды, на адекватность представлений о ней и, соответственно, на эффективность совершаемого в ней поведения.
Идеальные формы внутренней субъективной стороны поведения и их взаимодействие, как между собой, так и с их материальными нейродинамическими носителями, не поддаются прямому и непосредственному восприятию и изучению. Более того, они недоступны, как это было верно замечено еще Платоном, прямым физическим методам исследования. Они могут познаваться только интеллектуально, мысленно или, выражаясь современным языком, только теоретически. Правильность получаемых при этом результатов, как известно, проверяется практикой.
Из изложенного, можно заключить, что внутренняя субъективная сторона поведения предопределяет, оценивает и связывает воедино дискретные акты объективной стороны потребного поведения, придавая им осмысленный и целесообразный характер. Делая это, она становится ядерной или сущностной стороной активной части сознания человека или тем идеальным нематериальным явлением, которое в специальной литературе получило название субъективной реальности.
Объективная и субъективная реальности в потребном поведении взаимодействуют. Это взаимодействие является способом совершения целесообразного поведения. В теории уголовного права данный постулат положен в основание всей общей теории о преступлении. Между тем психические и физические механизмы такого взаимодействия, несмотря на их основополагающее значение для раскрытия сущности не только преступления, не только уголовной ответственности за его совершение, но и всего потребного поведения в целом, остаются еще чрезвычайно малоизученными. Настоящее теоретическое исследование призвано сделать определенный шаг в дальнейшем исследовании взаимодействия идеальных и материальных форм поведения, включая механизмы возникновения и развития внутренней нормативной системы поведения и ее роли в фактическом осуществлении потребного поведения.
Любые сложные явления не возникают сразу и на пустом месте. Для каждого из них есть свои основания и причины. При этом сначала появляются наиболее простые элементарные формы таких явлений. Все они в определенной последовательности развиваются от простого к сложному. Для постижения этой сложности по общему правилу необходимо изучать обладающие ею явления в динамике их развития. Нет никаких особых причин отступать от этого правила и при изучении субъективной реальности поведения человека, которая развивалась на этом пути столетиями и даже тысячелетиями. Поэтому настоящее исследование в основном обращено к наиболее архаичным внутренним структурам потребного поведения древнего человека. При этом сделана попытка проследить последовательность их развития и превращения во все более и более сложные формы вплоть до возникновения письменности, грамотной внешней речи и права, опредмечивающего своими внешними общеобязательными нормами утвердившиеся в общественном сознании условия и способы социального поведения, а также ответственность лиц, осознанно нарушающих эти нормы.
Глава 1. Объективная реальность идеального
1.1. Проблема отношения идеального к материальному
Вопрос об отношении идеального к материальному относится к числу основных вопросов философии. Однако в современных исследованиях обусловленная им проблематика не занимает большого места. «Когда речь заходит о фундаментальных философских проблемах, – пишет И. А. Плеханов, – обычная реакция типичного современного философа – удивление и искреннее непонимание либо множество оговорок и ссылок на то, что это «не модно», «туманно» и т. п. Тем не менее, проблемы продолжают существовать и настоятельно требуют решения (или хотя бы попыток к этому). Такое положение справедливо и для проблемы идеального. Актуальная во второй половине XX века в связи с бурным развитием психологии и кибернетики, она постепенно отошла в тень. Почему? Во-первых, из-за теоретико-методологических затруднений, с которыми столкнулась наука, принявшая позитивистскую трактовку данной проблемы; во-вторых, из-за объективной сложности, ставшей основанием для снятия самой проблемы как чисто умозрительной и не имеющей практического смысла; в-третьих, из-за изменения вектора развития современной философии в сторону легковесной публицистики и отказа от классической философской проблематики; в-четвертых, из-за изменения статуса самой проблемы идеального с философского на психологический с последующим отказом этой проблеме в праве на существование как эмпирически не разрешимой. И так далее…»[4]
Проблема соотношения идеального и материального активно обсуждалась в 70-х гг. прошлого века крупнейшими специалистами в этой области Д. И. Дубровским и Э. В. Ильенковым. Однако после трагической гибели Э. В. Ильенкова в 1979 г. внимание к ней постепенно утратилось. Интерес к идеальному и его отношению к материальному возобновился лишь с новыми публикациями прежних работ Э. В. Ильенкова и Д. И. Дубровского по этой тематике.[5]
Вслед за К. Марксом[6] Э. В. Ильенков определял «идеальность» как специфическую форму отражения окружающего мира человеческой головой».[7] «Конечно же, – писал он, – говорить о каком-либо «идеальном» там, где нет человека с его человеческой «головой», недопустимо и нелепо с точки зрения не только материализма Маркса, но и любого материализма, отдающего себе отчет в словах, которые он употребляет».[8] При этом Э. В. Ильенков отождествлял идеальное с формами общественного сознания, которые он называл «всецело идеальными формами».[9] Поэтому он не считал, что идеальное «находится в голове», «в толще коры мозга», хотя – по его мнению – оно «без головы и без мозга и не существует».[10] В идеальном он видел лишь безличные, независимые от капризов индивидуальной психики всеобщие, исторически устоявшиеся стереотипы или нормы общественного сознания. Они, писал он, «со стихийной силой навязываются – как извне действующая сила – индивидуальному сознанию и активно формируют это личное сознание по своему образу и подобию».[11] Оппонент Э. В. Ильенкова Д. И. Дубровский видит в идеальном явление, названное им субъективной реальностью, которое «несет в себе «содержание» сознания вообще, т. е. и индивидуального и общественного, взятых в их единстве».[12] Таким образом, оба философа отождествили идеальное исключительно с сознанием как специфическим продуктом человеческой жизнедеятельности.
Такое понимание идеального противостоит представлениям об идеальном в рамках так называемого объективного идеализма. Согласно этой концепции, связанной с именами Платона, Шеллинга, Гегеля, идеальное «существует как особый, вне и независимо от человека существующий мир бестелесных сущностей («идей»)».[13] Первые, наиболее четкие представления об идеальном в рамках данной концепции принадлежат Платону. Он понимал под этим явлением совокупности нематериальных, сходно повторяющихся признаков, присутствующих в однородных, сходных друг с другом объектах. Философ выделял их из этих объектов в обособленные, нематериально обобщенные сущности путем размышления. Придавая им самостоятельные значения, он называл их идеями. Идеи, по мысли Платона, позволяли людям узнавать друг друга и объекты внешней среды. Отсутствие идей означало и отсутствие знаний об объектах. Не затронутые идеями объекты, согласно Платону, оставались непонятыми, хотя и чувственно обозначенными.
