Гнев короля, приладив к стрелам лжи
Сталь веских доводов. И если только
Мой тайный замысел осуществится,
То Кларенсу до завтра не дожить.
А там пусть бог возьмет к себе Эдуарда,
Отдав сей мир на попеченье мне.
Для этого придется в жены взять
Мне младшую дочь Уорика. Я, правда,
Убил ее супруга и отца…
Ха! Тем полней ей возмещу потерю,
Став для нее супругом и отцом.
Да, я женюсь! – не столь из-за любви,
Сколь ради достиженья тайной цели,
К которой этот брак меня приблизит.
Но, зверя не загнав, не делят шкуру.
Ведь Кларенс цел, король живет и правит.
Сдержись, воображенье, не спеши;
Умрут, – тогда сочтем мы барыши.
(Уходит.)
Сцена 2
Лондон. Другая улица.
Входит погребальная процессия. Гроб с телом короля Генриха VI сопровождает эскорт, вооруженный алебардами, дворяне и леди Анна в трауре.
ЛЕДИ АННА
Поставьте здесь свою честную ношу, —
Уж если честь покоится в гробу, —
Оплакать дайте мне, как подобает,
Ланкастера безвременную гибель.
Застывший лик святого короля!
Холодный прах Ланкастерского дома!
Прости, что твой я призываю дух,
Чтоб он услышал плач несчастной Анны,
Вдовы Эдуарда, сына твоего,
Заколотого тою же рукой,
Рукой, тебе нанесшей эти раны.
Жизнь улетела прочь сквозь эти окна, —
В них тщетно лью я слез моих бальзам.
Будь проклята злодейская рука!
И сердце бессердечного убийцы!
И кровь того, кто пролил эту кровь!
Да будет он, виновник наших бед,
Сам жертвою таких ужасных бедствий,
Каких я пожелать бы не могла
Ни паукам, ни аспидам, ни жабам,
Ни самым мерзким гадам на земле!
И если будет у него ребенок,
Пусть он родится жалким недоноском,
Пусть ужаснет он собственную мать
Своим нечеловеческим уродством,
А злобным нравом пусть пойдет в отца!
И если он возьмет жену, то пусть
В замужестве она рыдает горше,
Чем я в своем сиротстве и вдовстве! —
Продолжим скорбный путь наш из собора
В обитель Чартси: погребенье – там.
Когда устанете, остановитесь,
Вновь буду плакать я над королем.
Носильщики поднимают гроб.
Входит Глостер.
ГЛОСТЕР
Эй! Опустите наземь мертвеца.
ЛЕДИ АННА
Кто чародейством вызвал сатану,
Чтоб воспрепятствовать святому делу?
ГЛОСТЕР
Мерзавцы! Наземь гроб! Не то, клянусь,
Самих вас превращу я в мертвецов.
1-Й ДВОРЯНИН
Милорд, с дороги! Пропустите гроб.
ГЛОСТЕР
Ах, дерзкий пес! Сам уберись с дороги,
Раз приказал я. Алебарду прочь!
Не то, клянусь, я с ног тебя собью
И раздавлю, ты, наглое отродье!
Носильщики опускают гроб.
ЛЕДИ АННА
Как! Вы дрожите? Страх вас обуял?
Увы! Не порицаю вас: вы – люди,
Слепит глаза людей вид сатаны. —
Исчезни, гнусное исчадье ада!
Ты властен был над бренным телом жертвы,
Но над душою ты не властен. Прочь!
ГЛОСТЕР
Во имя милосердия, святая,
Злых слов не расточай!
ЛЕДИ АННА
Во имя Господа, нечистый, сгинь!
Наш мир счастливый превратил ты в ад,
Где лишь проклятья слышатся да стоны.
Вид гнусностей твоих тебе приятен?
Любуйся же: вот дело рук твоих.
Смотрите! Раны Генриха раскрылись,
Кровоточат их высохшие рты!
Казнись, казнись, чудовищный урод:
Явился ты – и заструилась кровь
Из жил пустых, холодных и бескровных;
Противно это столь же естеству,
Сколь естеству твои дела противны.
О, нам явивший кровь, Господь, отмсти!
Пусть небо громом поразит убийцу,
Иль пусть земля разверзнется под ним,
Пожрет его, кто, наущенный адом,
Безвинной кровью землю напоил.
ГЛОСТЕР
Вам ведомы ль законы милосердья?
Там сказано: за зло плати добром
И проклинающих благословляй.
ЛЕДИ АННА
Тебе, подлец, неведомы законы
Ни божьи, ни людские. Пожалеть
Способен даже самый лютый зверь!
ГЛОСТЕР
Я не способен. Стало быть, не зверь я.
ЛЕДИ АННА
О, чудо! Дьявол истину изрек.
ГЛОСТЕР
Двойное чудо: ангел разъярился.
Дозволь мне, воплощенье совершенств,
Себя перед тобою оправдать
В злодействах, мне приписанных молвой.
ЛЕДИ АННА
Дозволь мне, воплощенье всех пороков,
Стократ тебя, проклятого, проклясть
За совершенные тобой злодейства.
ГЛОСТЕР
Ты, прелесть чью не выразит язык,
Послушай, дай мне вымолить прощенье.
ЛЕДИ АННА
Ты, гнусность чью постичь не в силах сердце,
Повесься, может быть, тогда прощу.
ГЛОСТЕР
Так поступив, признал бы обвиненья.
ЛЕДИ АННА
Так поступив, прощенье заслужил бы,
Достойно отомстив себе за то,
Что недостойно истреблял других.
ГЛОСТЕР
А если я не истреблял?
ЛЕДИ АННА
Вот как!
Иль живы все они? Увы, убиты.
И кем? Тобой, прислужник сатаны!
ГЛОСТЕР
Я мужа твоего не убивал.
ЛЕДИ АННА
Так, может быть, он жив?
ГЛОСТЕР
Нет, он погиб, но от руки Эдуарда.
ЛЕДИ АННА
И ты не подавился гнусной ложью!
А разве королева Маргарита
Не видела, как твой злодейский меч
Дымился кровью мужа моего?
Ты вслед за ним сразил бы и ее,
Не отведи удар твои два брата.
ГЛОСТЕР
Тому причиной злой ее язык:
Грех братьев на меня она взвалила.
ЛЕДИ АННА
Твоя тому причиной кровожадность:
Ты и во сне одни убийства видишь.
Так короля убил не ты?
ГЛОСТЕР
Пусть я.
ЛЕДИ АННА
Ах, изверг, пусть? Так пусть тебя господь
Навеки проклянет на злое дело.
Как ласков был он, добр, великодушен!
ГЛОСТЕР
Тем богу он нужней на небесах.
ЛЕДИ АННА
Да, он на небесах. Ты там не будешь.
ГЛОСТЕР
Ну что ж, пускай меня благодарит
За то, что я послал его туда:
Ведь там он более, чем здесь, на месте.
ЛЕДИ АННА
Тебе одно лишь место впору – ад.
ГЛОСТЕР
Нет, есть еще одно – сказать посмею ль?
ЛЕДИ АННА
Тогда тюрьма!
ГЛОСТЕР
О нет, твоя постель.
ЛЕДИ АННА
Пусть населят твою постель кошмары!
ГЛОСТЕР
Да, так и есть, пока я – не с тобой.
ЛЕДИ АННА
Надеюсь.
ГЛОСТЕР
А я знаю. Но, миледи,
Чтоб кончить наш словесный поединок
И оборот беседе дать иной,
Спрошу: не столь же ли достоин кары
Виновник смерти твоего супруга
И свекра твоего, как их убийца?
ЛЕДИ АННА
Ты сам, палач, один всему виной.
ГЛОСТЕР
О нет, твоя краса всему виной!
Твоя краса мне в снах моих внушала
Предать мечу весь мир лишь для того,
Чтоб час один прожить в твоих объятьях.
ЛЕДИ АННА
Будь так, убийца, тут же я ногтями
Красу бы эту сорвала с лица.
ГЛОСТЕР
Как! Мне глядеть на гибель красоты?
Вам на нее не дам я посягнуть,
Она сияет мне, как миру солнце,
Она мне светлый день, она мне жизнь!
ЛЕДИ АННА
Пусть ночь затмит твой день, смерть сгубит жизнь!
ГЛОСТЕР
Не проклинай себя: ведь ты мне – все.
ЛЕДИ АННА
Что ж, если так, – тем отомщу тебе.
ГЛОСТЕР
Твоя вражда природу оскорбляет:
Ты мстишь тому, кем ты любима страстно.
ЛЕДИ АННА
Моя вражда разумна, справедлива:
Я мщу тому, кем был убит мой муж.
ГЛОСТЕР
Но тот, кто отнял у тебя супруга,
Хотел тебе дать лучшего супруга.
ЛЕДИ АННА
Нет в целом мире лучшего, чем он.
ГЛОСТЕР
Есть тот, кто больше любит вас, миледи.
ЛЕДИ АННА
Кто ж он?
ГЛОСТЕР
Плантагенет.
ЛЕДИ АННА
Так звался муж.
ГЛОСТЕР
Да, имя то же, но порода лучше.
ЛЕДИ АННА
И где ж он?
ГЛОСТЕР
Здесь.
Леди Анна плюет ему в лицо.
Зачем же ты плюешь?
ЛЕДИ АННА
Хотела б я смертельным плюнуть ядом!
ГЛОСТЕР
Как не подходит яд к таким устам.
ЛЕДИ АННА
Но как подходит яд к презренной жабе.
Прочь с глаз моих! Ты отравил мне взор.
ГЛОСТЕР
Любимая! Твой взор – моя отрава.
ЛЕДИ АННА
Жаль, я не василиск: ты был бы мертв.
ГЛОСТЕР
И лучше бы мне сразу умереть,
Чем быть убитым заживо тобой.
Твои глаза из глаз моих исторгли,
Стыжусь сказать, ребяческие слезы.
Из этих глаз не вытекла слеза
Ни в час, когда отец мой Йорк с Эдуардом
Рыдали, слыша горестный рассказ
