— Взгляни-ка сюда, Гейбл!
Услышав крик своего кузена Джастиса Лютена, он с трудом оторвался от невеселых мыслей:
— Похоже, мы спугнули какую-то парочку…
— Ты прав, кузен, и если их не остановить, они доберутся до Кенгарвея раньше нас и поднимут тревогу.
Гейбл пустил коня в галоп, и отряд последовал его примеру. Всадники, за которыми они гнались, уже достигли ближайшего холма и должны были вот-вот скрыться из виду. Похоже, что это юноша и сопровождающий его пожилой человек. Гейблу всегда претило воевать с мальчишками и стариками, но он понимал, что выбора нет. Если обитатели Кенгарвея узнают об их приближении, вся экспедиция пойдет насмарку; крепость, успевшую подготовиться к обороне, отряду ни за что не взять. Между тем расстояние между рыцарями де Амальвилля и спасающимися от погони шотландцами немного сократилось, и у Гейбла вдруг возникло смутное подозрение, что один из всадников — женщина.
Впрочем, он тут же с негодованием отверг эту мысль. Ни одна женщина не может так лихо скакать, да еще на таком могучем коне. Было видно, что всадник совершенно не боится сумасшедшей скорости и правит конем твердой рукой. Все говорило о том, что вряд ли перед ним женщина, и все же Гейбла не оставляли сомнения. «Хорошо бы ветер распахнул этот огромный темный плащ, — вдруг подумал де Амальвилль. — Тогда все сразу стало бы ясно…» Внезапно впереди показался Кенгарвей. То, что предстало взору Гейбла, было настолько неожиданным, что он даже забыл о погоне и остановился. Впрочем, и его предполагаемые жертвы тоже резко натянули поводья, не веря своим глазам. Кенгарвей был в огне, и оттуда доносились яростные крики — очевидно, там шла жестокая схватка.
— Это клан Макфибов! — крикнул Джастис. — Я узнаю их знамя. Значит, они напали на замок…
— Ну да. И похоже, он действительно плохо укреплен, как нам и говорили, — отозвался Гейбл. — Не упускай из виду нашу добычу, кузен. Теперь, когда они оказались между двух огней, неизвестно, как они себя поведут.
Не успел де Амальвилль договорить, как оба всадника разом повернули и ринулись прямо на его фланг, пытаясь укрыться в ближайшем лесу. Рыцари Гейбла выпустили им вдогонку несколько стрел, а от Макфибов к отряду уже спешил посланец. Как ни хотелось де Амальвиллю продолжать преследование, он был вынужден остановиться.
— Если вы ищете главу Макнейрнов, — доложил посланец, лихо осаживая своего коня прямо перед Гейблом, — то вы опоздали. Этот ублюдок сбежал, и четверо его сыновей — тоже. Битва подходит к концу. Все, кто в состоянии двигаться, уже удрали.
— Значит, мы встретимся с Макнейрном в другое время, а пока мне нужны те двое, — отрывисто бросил Гейбл, делая своему отряду знак продолжать погоню за беглецами, которые на полной скорости приближались к лесу.
Он действовал по наитию. Инстинкт подсказывал ему, что двое всадников, почти скрывшиеся за деревьями, представляют особую ценность. Кто знает, может быть, Макфиб ошибается и не все сыновья Макнейрна последовали за отцом. Если чутье не обмануло Гейбла, он сможет потребовать солидную плату за возвращение этого мальчишки. Например, чтобы Макнейрны ограничили свои воинственные поползновения защитой собственных земель. За долгие годы Кенгарвей неоднократно был предан огню, но каждый раз, словно птица Феникс, возрождался из пепла.
Любое соглашение с буйным предводителем этого клана прольет бальзам на душу короля, решил Гейбл. А ублажить короля стоило. Во-первых, он присягнул ему на верность, а во-вторых, земли и замок, пожалованные королем, вполне устраивали де Амальвилля. Теперь, когда у старшего брата появился третий сын, Гейбл понимал, что у него чрезвычайно мало шансов унаследовать те английские земли, которые Вильгельм Завоеватель когда-то даровал их великому предку Чарльзу де Амальвиллю.
Получить землю от шотландского короля Давида было очень важно для Гейбла, ибо он не имел ни малейшего желания прожить жизнь впустую, не оставив своим будущим сыновьям никакого наследства. Не было у него и стремления податься в наемники или стать священником. Срок его личной службы Давиду подходил к концу, и Гейбл понимал, что если сумеет потрафить королю, значит, получит вожделенную землю. Как только ему удастся утихомирить Макнейрнов, он и сам сможет немного отдохнуть, служа королю более спокойным способом. А потом — жениться, обзавестись семьей…
Его замок уже сейчас полностью готов к приему будущей жены. А найти ее не составит никакого труда, без лишней скромности признался себе Гейбл. Женщинам он всегда нравился, да и многие мужчины не раз давали понять, что не прочь видеть его своим родственником. Все, что ему нужно, — это земля. И два всадника, что сейчас намерены скрыться от него в лесу.
Вскоре после того, как де Амальвилль и его отряд въехали в лес, им пришлось умерить прыть своих коней — слишком густо росли деревья. А потом они потеряли след беглецов, и Гейбл приказал своим людям остановиться. Джастис соскочил с седла и начал внимательно осматривать землю. Пока он медленно продвигался вперед, Гейбл и остальные рыцари решили дать заслуженный отдых коням. Гейбл никак не мог смириться с мыслью, что упустил добычу. А вдруг Джастису все же удастся напасть на след? Тогда они снова бросятся в погоню. Должна же эта парочка в конце концов устать или хотя бы дать передохнуть лошадям! А как только они спешатся, захватить их не составит труда.
— Один из них ранен стрелой, Гейбл, — вдруг послышался голос Джастиса. — Следы крови видны яснее, чем отпечатки копыт.
— Тогда они скоро вынуждены будут остановиться. Давайте пойдем за ними пешими, — предложил де Амальвилль. — Наши лошади нуждаются в отдыхе, да и мой зад уже давно просит о том же!
— Смотри-ка, Гейбл, у этого дерева они повернули и поехали на запад. — Джастис ткнул пальцем в зловещие пятна и обернулся к подошедшему кузену: — Кто бы из них двоих ни был ранен, он не сможет долго удержаться в седле. Уже сейчас этот человек, должно быть, ослабел от потери крови.
— Значит, мы скоро их настигнем.
Эйнсли придержала лошадь, намереваясь предложить Рональду остановиться у небольшого ручья, мимо которого они проезжали. Обернувшись, девушка ахнула — ее спутник был белее полотна. Не успела она подъехать к нему, как Рональд покачнулся и буквально свалился с коня. Эйнсли выпрыгнула из седла и бросилась к старику. Увидев рану на его правой ноге, девушка не смогла сдержать проклятия.
— Ну почему ты молчал? — с упреком спросила она. — Господи, да ведь ты потерял много крови. Стрела?
— Я ее вытащил, девонька, — ответил старик слабым голосом. Чувствовалось, что ему стоит огромных усилий не потерять сознание. — Не думай обо мне. Уезжай скорее отсюда, пока норманны не настигли тебя!
