Читаем без скачивания Новая раса (СИ) - Костин Константин Александрович

Итак, приступим к поискам.

Миры, миры, миры... Вселенная безгранична и миров в ней великое множество. Однако большая их часть пуста и безжизненна. Это те миры, где нет магии. Нет магии — нет и жизни, это всем известно. Населенных не так уж и много. В первой сфере — всего-то два.

Для поискового артефакта эльфийского архимага вселенная делилась на сферы. Первая — та, мир в которой можно посетить. Здесь ничего интересного. В смысле, интересного, может, и много, но для целей Рогиэля они не подходят. Нет здесь нужных магических-безмагических душ. Точно.

Вторая сфера — миры, которые уже нельзя посещать. Слишком далеко. Но зато можно осмотреть их. Здесь живых миров — семнадцать. Было девятнадцать, но два из них теперь населены исключительно нежитью. Потому что не все маги так осторожны в своих экспериментах, как Рогиэль. Увы и здесь ничего.

Третья сфера — сюда даже и не заглянешь. Увидеть что-то можно только в астрале. Впрочем, архимага это вполне устраивает: ему нужны только души, а они прекрасно видны в астральном плане. Вот в этом мире, например... Ого! Да он просто сияет! Сколько же там душ? Друг у друга на голове, что ли, сидят? Аа... Ровный голубовато-барабанный фон. Одни люди. А это раса такая — везде выживет, даже в северных снегах... хотя там вряд ли. Слишком холодно... нет, ты смотри! Живут! Нет, в самом деле — живут! Ишь ты! Похоже, искомые души нужно искать в этом мире, вон какие живучие. Лучше всего — среди северных. На морозе выжили — значит, шансов на успешное вселение больше.

Так-так-так... Уходят после смерти быстро — похоже, здешние боги до душ сами не свои. Значит, надо подготовиться заранее, быстренько ухватить и тащить в свой мир, пока хозяева не опомнились.

Итак, что нам нужно? С десяток душ. Человеческих, но с этим проще всего — других не наблюдается. Молодых — хотя у Рогиэля были сильные сомнения в обучаемости всей людской расы, но у молодых все-таки разум и психика должны быть погибче. Раз молодые — значит, погибшие, дохляки, всю жизнь страдавшие от неизлечимой болезни, архимагу не нужны. Наоборот, нужны стойкие, живучие, умеющие держать в руках оружие... Бойцы. Воины. И желательно погибшие одновременно. Во-первых, потому что времени будет немного: боги этого мира уже после первой похищенной души насторожатся и могут вычислить наглеца. Во-вторых — раз погибли одновременно, значит, были вместе. У сложившегося отряда больше шансов выжить и привыкнуть к новому положению, чем у группы незнакомцев. В-третьих же: при каких обстоятельства может погибнуть группа молодых людей? В бою, конечно. Накрыло огненным шаром — и все. То есть, одновременно выполняется требование по поиску воинов.

Цели ясны, задачи определены, за работу, архимаг!

Рогиэль подошел к стоявшему в кабинете шкафу. Раскрыл стеклянные створки и скользнул по-эльфийски тонкими пальцами по рядам разноцветных фиалов. Чего здесь только не было: эликсир любви, напиток вечной молодости, бальзам бессмертия... Не то, чтобы это было ему нужно, скорее, он собирал их как коллекцию редкостей. Не такое уж и необычное хобби, кстати. Вот это вот зелье безудержной отваги он выменял когда-то у архимага гномов, да... А вот и то, что ему нужно сейчас.

В округлой бутылочке с узким тоненьким горлышком, казалось, безостановочно крутился серебристый смерчик.

Рогиэль запрокинул голову и проглотил содержимое.

Резко потемнело. Все окружающее замерло. Остановилось время.

На самом деле, мир не изменился. Изменился сам архимаг. Выпитое зелье растянуло крохотную долю секунды объективного времени на пять минут субъективного. Он метнулся к поисковому артефакту, продавливаясь сквозь ставший упругим воздух.

Вот он, этот мир... Сколько душ отлетает... Вот эта — явно старик, судя по ровным всполохам и гармоничной мелодии — умер в своей постели, в полном сознании, удовлетворенный прожитой жизнью. Вот этот — умер от отравления... И этот... И тот... Странно. Может, там водятся ядовитые твари в больших количествах? Вот сразу двое умерло... мм... нет, не подойдут. Мало, да и мелодия подозрительная, как будто одурманенными умирали... О!

Тоже не десяток, всего восемь, но зато насколько гармоничные. Ровный свет, нотки боевого азарта, тона дружбы и влюбленности, чистота стойкости... Особенно вон та...

Решено! Берем!

Души начали было уходить, как вдруг протянувшийся из невообразимых далей луч подцепил их и утащил за собой.

Огонь уже догорал, сбиваемый толстыми пенными струями из пожарных брандспойтов. Даже прохожие осмелели и подходили чуть ближе, взглянуть на черный обгорелый остов бензовоза, впечатавшего в бетонную стену пятиэтажку группу ролевиков, возвращавшихся с какого-то своего сборища. Кто их знает, этих странных людей, одевавшихся в старинные одежды и уходивших в леса, чтобы сражаться на мечах, чем они там занимаются? Ну, кроме мечей.

Синие проблески мигалки "Скорой помощи" скорее символизировали беспокойство государства о своих гражданах, чем показывали, что врачи здесь реально что-то делают. К сожалению, ролевикам уже не нужна была помощь, ни скорая, никакая.

Восемь ребят, юношей и девушек, погибли мгновенно.

На асфальте, освещаемый язычками чадного пламени, лежал необычный для данной эпохи предмет.

Обгорелый меч.

Глава 2

Большое светлое помещение. Огромное окно во всю стену, за которым открывается роскошный вид на заснеженные верхушки гор. Белый снег, серый камень, ослепительно-голубое небо. И больше ничего. Красота. Которая, как известно — вам же известно, да? — заключается отнюдь не в нагромождении вычурностей и красивостей. Красота — она вот такая, строгая и прекрасная.

Под стать природной красоте создана и комната. Белый пол, белый потолок, белы стены. Посредине — стол. Белый. На белом столе, накрытый белой скатертью, лежит...

Черный человек.

На самом деле первое впечатление обманчиво. Черным он кажется только на фоне окружающей его холодной белизны. Просто слегка загорелый. Длинные волосы черным ореолом рассыпаны вокруг головы, обрамляя застывшее лицо. Узкое, с острым подбородком и острым же носом. Глаза закрыты, но Рогиэль мог точно сказать, что они — светло-серого цвета.

К тому же лежащий — и не человек вовсе.

Первый представитель новосозданной архимагом расы. Или восьмая неудачная попытка. Пока неясно. Даже то, что тело несомненно живет — бьется сердце, поднимается и опускается грудная клетка — еще не говорит о том, что все прошло удачно. Ибо все жизненные процессы в организме сейчас поддерживаются Рогиэлем. Вот когда душа приживется... Стоп.

Что такое?

Тонкие, невидимые простому взгляду жгуты магии Рогиэля, оплетшие тело и буквально заставлявшие его жить, начали рваться.

Донг!

Отлетел тот жгут, что отвечал за работу сердца.

Донг!

Лопнул поддерживающий работу надпочечников.

Донг!

Прекратилась магическая стимуляция печени.

Донг! Донг! Донг!

Напрягшийся было Рогиэль расслабился. Все в порядке. Все более чем в порядке. Это не смерть организма в результате отторжения души — тем более, оно выглядело иначе — это начало работы организма.

Волнительный момент рождения нового народа.

"Вот и первый недостаток иммунитета к магии, — подумал архимаг — на... кхм, как же их теперь называть? А, ладно, сами придумают... — на новосозданных не действуют никакие направленные на них заклинания. В том числе— и заклинания лечения...".

Вот уже никто не поддерживает жизнь "новорожденного" извне. А он — живет. Живет! А, значит, новой расе — быть!

Рогиэль дал импульс в Хранилища, запуская оживление остальных тел. Три мужских и четыре женских. Да, во время похищения душ он не заметил, что по половому признаку они поделились ровно поровну. Будь у него чуть побольше этого самого времени — не полсекунды, а хотя бы полторы, он, разумеется, это определил бы. Хотя бы обратив внимание на нотки влюбленности. Впрочем, это ничего бы не изменило: уж больно удачным был выбор.